Отступники
Шрифт:
Робби с его сестрой и другими пятью ребятами были в первой группе, они ходили по магазинам и продавали товары, которые им точно не понадобятся.
Абель, Хамсан, какой-то парень, и Никки, что увязался за Абелем, были во второй группе, они искали корабль, который согласится повезти их огромную группу.
Рой ввёл самую большую группу, третью, которую выдал за туристическую. Они осматривали окрестности, записывали в карте посты стражников, так, на всякий случай.
Томас был в команде с Сэмом в четвертой группе, они разделились засев в разных барах и слушая
Остальные восемьдесят человек остались за портом, разбив там лагерь и ожидая «разведчиков».
Хамсан шёл позади, плёлся за Абелем, а тот в свою очередь, наконец-то отдохнув, не отставал за Никки, который рвался подняться на каждое увиденное им судно, а ещё, он очень хотел сбросить якорь. И залезть в корзинку, которая находилась на вершине мачты. Парень, которого отправили вместе с ними, всегда старался быть ближе к Хамсану, а ещё часто поглядывал на Абеля.
«Что-то он мне не нравится…» — подозревал Абель.
Они подходили и спрашивали капитана про то, сможет ли тот отвезти огромную группу людей, которые не имеют ни удостоверения личности, ни денег. Все отказывали. Но поиски продолжались…
— Может передохнем? — спрашивал Никки, когда они получили очередной отказ.
Никто не был против, особенно Хамсан. Они зашли в какой-то бар, надеясь, что там не будут сидеть Сэм и Томас (Абель очень надеялся не встретить Томаса). Повезло, там сидели старики, да такие же юные парни, как и они. Никто даже не глянул на них, чему, несомненно, обрадовался Абель. Чем меньше внимания — тем лучше.
Они потратили всего монету, но наелись на славу: тот парень заказал себе пива (самого недорогого), остальные обошлись водой, всё это они заели каким-то травяным супом. А после…
— Эй, Абель, — сказал парень, — Мне надо кое-что сказать, идём.
Подозрительный парнишка глянул за спину, а после вышел из заведения. Абель же, попросив Никки посидеть с Хамсаном, вышел следом. Оглянулся, парня нигде не было. Вокруг бара была открытая местность и тот парень не успел бы уйти, разве что…
— Переулок, — пробормотал Абель, — Ну конечно…
***
— Я научу тебя заклинанию Земли, — говорил Томас, — Замани его куда-нибудь, да избей, чтоб не вставал до следующего дня. Не хочу видеть на корабле его морду!
Томас и какой-то парень пили тёплый чай из металлических кружек, сидели на открытой местности, обсуждая свой план. Они думали, что уже все спят, как-никак было три ночи.
Лишь Робби, что в ту ночь искал Абеля и нашёл его позже на речке, услышал их диалог и рассказал об этом Абелю.
***
Абель шёл медленно, не торопясь и прижавшись к стене. Он ясно видел тень человека впереди,
— Эй, — понял, что не знает его имени, — Выходи, я тебя вижу.
— Тц, — раздосадованно произнес парень.
Но парень не выходил. Абель лишь слышал учащенное дыхание, поэтому сжал руки в кулаки, как когда он игрался с Джимом. Немного отодвинулся назад, пригнул колени, готовясь к худшему.
Парнишка выпрыгнул изо угла с криком, он держал в правой руке камень, который, видимо, подобрал где-то там. Будто чем-то разгневанный, скрипя зубами, он кинул этот камень в Абеля. Камень попал в плечо, выбивая Абеля из равновесие и заставляя того упасть, хватаясь за ноющее место. Он прикрыл голову руками, когда заметил, что тень нависла над ним — парень начал пинать Абеля.
— Сукин ты… — чертыхнулся парень, задыхаясь от собственных ударов.
Абель чувствовал боль лишь сначала, потом, когда удары стали сильнее, он просто потерял сознание, надеясь, что не умрёт от ног грязной подстилки Томаса в таком же грязном переулке.
— Ты в норме? — грубый, с характерным рыком, точно принадлежавшим Робби, голос медленно пробуждал Абеля, — Эй, он просыпается!
Абеля лежал на сене, вокруг него столпилось множестве людей, всё-таки нападение на одного из них — важная причина, чтобы разузнать, что же произошло.
Он вставал медленно, приподнимаясь на локтях, что ныли от синяков, и медленно дыша, понимая, что сломаны пара, а может и больше, ребер. Кряхтя, он смог принять полулежащее положение, оперевшись на бугорок из сена.
Его поливали вопросами, мол, кто сделал такое, а кто-то просто молчал, ждал, пока Абель хотя бы придёт в себя. Он пытался утихомирить звон в ушах, будто бы его продолжает избивать тот…
Абель, открыв глаза пошире, осмотрел помещение. Они были в каком-то амбаре, у входа стояли пара взрослых мужчин, видимо, следили за ребятами. В стойлах были лошади. Только лошади.
— Р-Робби, — запнувшись сказал Абель, — Можно мне куда-нибудь… В менее светлое место?
Габриэль, мать Абеля, всегда говорила ему: «Если поранишься — посиди в темноте» — это всегда помогало. Сейчас он нуждался именно в лечении.
— Э-э! — возразил Томас, появившийся из ниоткуда, — Больным — постельный режим.
Абель зло глянул на громилу-Томаса (когда Абель сидел, то Томас казался ещё больше, чем обычно), а Робби, заметив взгляд своего товарища, смог додуматься, что же случилось с Абелем.
— Вот чёрт, — лишь сказал чешуйчатый.
Робби пригнул голени, взмахнув собственным хвостом и сбивая с ног Томаса. Ящеролюд выхватил из поясных ножен кинжал и прыгнул на поваленного здоровяка. Тот, когда понял, что произошло, уже чувствовал холодную сталь у горла. Тогда в себя пришли и присутствующие. Пара ребят, видимо, друзей Томаса, попытались схватить Робби — им помешала Эсмеральда, до этого наблюдавшая издалека.
Она заломила руки обоим, даже не напрягаясь, после, перехватив за шкирку, выбросила к выходу, прямо к ногам тех мужчин, что просто стояли и наблюдали за потасовкой детей.