Отель Бертрам
Шрифт:
– Вы сказали, что на вашу жизнь покушались вторично?
– Я это сказала? Не помню!– В глазах ее мелькнуло беспокойство.– Я не могла этого сказать... Видимо, была просто вне себя.
– Не думаю, - сказал Дед.– Мне кажется, вы знали, что говорили.
– Да нет! Просто разыгралось воображение!– И вновь в глазах промелькнула тревога.
– И вам показалось, что кто-то покушается на вас? Каким образом?
Бесс Седжвик спокойно обратилась к дочери:
– Лучше скажи ему,
– Вам нечего бояться. В полиции прекрасно знают, что девушки частенько не все говорят своим родным и опекунам. Мы к этому относимся с пониманием.., но, поймите, сейчас как раз необходимо знать все, чтобы напасть на след.
– Это случилось в Италии?– спросила Бесс.
– Да. В пансионе графини Мартинелли. Нас там было восемнадцать или двадцать...
– И вам показалось, что кто-то покушается на вас? Каким образом?
– Видите ли, однажды я получила коробку шоколадных конфет. В коробке была карточка, на ней несколько слов по-итальянски, ну что-то вроде "прекрасной синьорине". Ну, мои подруги и я, мы посмеялись и стали гадать, кто прислал конфеты.
– Конфеты пришли по почте?
– Нет. Нет, что вы! Коробка просто оказалась однажды в моей комнате. Кто-то ее туда положил.
– Понятно. Подкупили кого-то из слуг. Вы, полагаю, ничего не сказали об этом графине... Как ее там? Слабая улыбка показалась на лице Эльвиры.
– Нет-нет. Конечно, нет. В общем в коробке оказались чудные конфеты, разных сортов, в том-числе и с лиловым кремом. Знаете, есть такие шоколадные конфеты с фиалкой из глазури. Мои любимые. Ну я, конечно, сразу съела одну или две. И ночью мне стало плохо. Я не связала это тогда с конфетами. Решила, что съела что-то не то за ужином.
– Еще кто-нибудь захворал?
– Нет, только я. К концу следующего дня полегчало, а через пару дней я снова съела конфету и опять захворала. Я поделилась с Бриджет - это моя лучшая подруга. Мы с ней обнаружили, что у конфет с фиалками снизу маленькая дырочка, которая потом была заделана, и мы решили, что конфеты были кем-то отравлены.
– Никто другой не болел? Никто, значит, не ел этих конфет?
– Думаю, что нет. Видите ли, все знали, что конфеты с фиалками - мои любимые, и их оставили для меня.
– Этот тип, однако, сильно рисковал! Он мог бы всех отравить!
– Абсурд какой-то, - резко сказала леди Седжвик.– В жизни своей не слышала подобной чепухи!
– Прошу вас!– обратился к ней Дэви, сопроводив свою просьбу легким движением руки, и вновь повернулся к Эльвире:
– Ваш рассказ очень интересен, мисс Блейк. И что же вы сделали с конфетами?
– Выбросила.
– И вы не пытались узнать, кто их послал? Эльвира была явно смущена.
– Ну, понимаете, я подумала, что это мог быть Гвидо.
– Вот как?– весело откликнулся старший инспектор.– И кто же такой
– О, Гвидо...– Эльвира замолчала, взглянув на мать.
– Не глупи, - сказала Бесс Седжвик.– Расскажи старшему инспектору об этом Гвидо, кто бы он ни был. У каждой девушки твоего возраста непременно есть какой-нибудь Гвидо. Ты там с ним познакомилась?
– Да. Когда нас водили в оперу. Он там со мной заговорил. Он был очень славный. И привлекательный. Потом я с ним изредка виделась, когда мы ходили на уроки. Он передавал мне записки.
– И я полагаю, - вмешалась Бесс, - что тебе частенько приходилось обманывать и договариваться с подружками. Ты ухитрялась убегать из пансиона и с ним встречаться.
Эльвира, казалось, была довольна тем, что ее избавили от неприятных объяснений.
– Да. Мы с Бриджет иногда выходили вместе. Иногда Гвидо ухитрялся...
– Ну а как фамилия Гвидо?
– Не знаю. Он не говорил.
– То есть вы не хотите нам этого сказать?– улыбнулся старший инспектор.– Ничего. Понадобится - узнаем и без вашей помощи. Однако почему вы думаете, что юноша, которому вы нравились, хотел вас убить?
– Ну потому, что он мне иногда угрожал. Мы вечно ссорились. Он приводил с собой приятелей, и я иногда делала вид, что кто-то из них мне нравится больше, чем он, и он очень, очень злился. Говорил, чтобы я была осторожна, что он не потерпит, чтобы я его бросила. Что, если я не буду ему верна, он меня убьет.– Эльвира внезапно улыбнулась.– Все было очень забавно! Я не думала, что это всерьез!
– Не похоже, чтобы этот юноша, каким вы его описали, послал вам отравленные конфеты!
– Да я и сама так не думала, - сказала Эльвира, - но все-таки это должно быть он, потому что никто другой мне в голову не приходит! Это беспокоило меня. А когда я вернулась в Англию, то получила послание.., в конверте.., там было напечатано: "Будьте настороже. Вас хотят убить".
Брови старшего инспектора поползли вверх:
– В самом деле? Очень любопытно. И вас это испугало?
– Да... Я все думала, кому это понадобилось убить меня? Вот почему я старалась узнать, действительно ли я так богата... А недавно в метро, на платформе, где столпилось много народу, мне показалось, что кто-то пытался столкнуть меня на рельсы.
– Дитя мое, - воскликнула Бесс Седжвик, - перестань сочинять!
– Ну, может быть, мне и в самом деле могло все это показаться, но после того, что случилось сегодня, выходит, это могло иметь место? Внезапно она повернулась к Бесс Седжвик:
– Мама! Быть может, ты знаешь, кто хочет убить меня? Есть у меня враг?
– Нет у тебя никаких врагов, - нетерпеливо оборвала ее Бесс Седжвик. Не будь дурочкой. Никто не собирается тебя убивать.
– Тогда кто же стрелял в меня сегодня?