Острова лета
Шрифт:
— Ой, прошу прощения! Если бы я знала, что ты проснулась, то постучала бы. Я Мари-Лор Готье. Я принесла тебе кофе.
За завтраком Кэролайн узнала, что Мари-Лор старше ее на три года. Конечно же она не могла быть столь юной, как показалось вначале, потому что мадам Санчия не брала девушек моложе восемнадцати, а чтобы стать опытным косметологом, требовалось два года. Но на первый взгляд темноглазой смуглой француженке нельзя было дать больше восемнадцати—девятнадцати лет. Она была намного ниже Кэролайн и Евы, но удивительно пропорционально сложена. На ней был
— Ты купалась? Жаль, что ты не разбудила меня. Я бы пошла с тобой! — воскликнула Кэролайн.
Услышав эти слова, проходящая мимо Ева рассмеялась:
— Мари-Лор не купается, она украшает пляж. Хорошо спала, Кэролайн? Что будешь на завтрак? Яйца или фруктовый сок с тостами?
Они позавтракали на солнечной веранде, а потом Ева и Мари-Лор помогли Кэролайн разложить вещи.
— Значит, правда, что английские девушки сейчас самые модные, — одобрительно заметила Мари-Лор, разглядывая гардероб Кэролайн. — Мне нравится этот голубой шифон. Жаль, что у нас не один размер, а то мы могли бы иногда меняться.
— Поторопитесь, девушки, пора одеваться, — сказала Ева, взглянув на часы.
По пути в отель она объяснила Кэролайн, что новый салон «Санчия» прилегает к существовавшей ранее парикмахерской, так что женщины, живущие в отеле, могут получить «полное шикарное обслуживание». В обоих салонах была одна секретарь, которая уже успела записать нескольких клиенток.
Вскоре после десяти Кэролайн проводила первую клиентку в золотисто-белую комнату, очень похожую на ту, в которой она работала на Бонд-стрит.
Около двенадцати часов, когда она приводила себя в порядок после второй клиентки, заглянула Ева.
— Как дела? Все в порядке?
— Да. — Кэролайн усмехнулась и вытащила из кармана щедрые чаевые. — Еще, я продала флакон «Диадем» и записала миссис Гилберт на массаж тела, — добавила она, довольная утренней работой.
— Отлично. Слушай, чуть не забыла, менеджер по персоналу хочет тебя видеть. Его зовут Ньюболт, и его кабинет напротив входа.
— Зачем я ему потребовалась? — спросила Кэролайн, снимая халатик.
— Просто хочет посмотреть на тебя и произнести свою коронную речь насчет того, что «Тропикана» — самый лучший отель на Бермудах и что мы все должны поддерживать его репутацию. Это простая формальность. Он задержит тебя не более пяти минут, — успокоила ее Ева. — Когда ты выйдешь от него, я как раз закончу со своей клиенткой, и мы все вместе пойдем обедать.
Под халатиком на Кэролайн было льняное платье без рукавов лимонного цвета и мелкие белые бусы. Причесавшись и подкрасив губы, она сменила рабочие туфли на низком каблуке на пару новых белых кожаных сандалий. В просторном вестибюле отеля было полно людей, возвращающихся с пляжа, покупающих журналы и сигареты или что-то выясняющих у стола информации. Как и предвидела Кэролайн, молодых среди них почти не было. Она заметила нескольких детей и юных красавиц в сопровождении
Напротив салона была дверь с табличкой «Посторонним вход запрещен», по обеим сторонам которой располагались две освещенные витрины. В одной была выставлена коллекция хрусталя, в другой — веджвуде кого фарфора.
Постучав и получив приглашение войти, Кэролайн оказалась в маленькой приемной, где за пишущей машинкой сидела девушка. На двух дверях висели таблички «Менеджер» и «Менеджер по персоналу».
— Я Кэролайн Браунинг из салона «Санчия». Мистер Ньюболт хотел меня видеть, — сказала Кэролайн девушке.
— Ах да. Присаживайтесь, пожалуйста. — Девушка нажала на клавишу переговорного устройства и спросила: — Мистер Ньюболт, вы можете принять мисс Браунинг? — Потом повернулась к Кэролайн: — Проходите, мисс Браунинг.
Менеджер по персоналу оказался низким, крепко сбитым человеком лет сорока, в очках, в американском костюме и галстуке-бабочке в горошек, вид у него был чрезвычайно серьезный. Он пожал Кэролайн руку, пригласил ее сесть и выразил надежду, что она хорошо долетела и ей понравилось жилище. В его речи была странная смесь американского и английского, и Кэролайн решила, что он родился на Бермудах.
Когда он произносил свою «коронную речь», как выразилась Ева, соседняя дверь распахнулась, и в комнату шагнул мужчина.
— Прошу прощения. Не знал, что ты занят, Джордж. — Гость повернулся, чтобы уйти, когда заметил взгляд Кэролайн, и остановился. Его темные брови приподнялись, и в уголках губ появилась удивленная улыбка. Это был тот самый человек, который так отвратительно грубо вел себя с ней в аэропорту, — кузен Колина Иан Драйден.
— Эта молодая леди работает в салоне красоты, мистер Драйден, — объяснил мистер Ньюболт. — Мисс Браунинг — лондонский представитель «Санчии».
— Ясно. Здравствуйте, мисс Браунинг. — Равнодушно, словно прежде никогда ее не видел, мистер Драйден вошел в кабинет и протянул ей руку.
Кэролайн с удовольствием проигнорировала бы ее, но после секундного колебания протянула свою, хотя и не встала, как, должно быть, ожидал мистер Ньюболт.
— Здравствуйте, — сухо ответила она и быстро выдернула руку.
Очевидно, мистер Драйден уже встречал двух других девушек, потому что, прислонившись к столу мистера Ньюболта, заметил:
— Вы моложе ваших коллег, мисс Браунинг.
— Да, я младший консультант, — спокойно ответила она. — Но у меня достаточно опыта, в противном случае меня не направили бы сюда.
Темные глаза Иана Драйдена оценивающе скользнули по ее платью и сандалиям. Это был не обидный взгляд, а просто равнодушный. Тем не менее Кэролайн ощетинилась и почувствовала, что щеки ее заливает краска.
— Мисс Браунинг двадцать один год, мистер Драйден, — вставил менеджер по персоналу, быстро заглянув в лежащий на столе блокнот.
— Мм... довольно молода для такого назначения. Но думаю, мисс Арнольд будет присматривать за вами. Вы сообщили своей семье, что прилетели, мисс Браунинг?