Чтение онлайн

Хотя Кэролайн этого ожидала, но все-таки почувствовала обиду: возможно, подумала она, он решил перестать с ней встречаться, потому что понял — она не подходит для легкой любовной интрижки. Но тут же отбросила эту мысль, которая могла бы прийти в голову только Колину.

В пятницу днем Кэролайн убиралась в салоне после ухода последней клиентки, когда секретарша сообщила ей, что ее желает видеть мистер Драйден. Секретарша Иана сразу же пригласила ее войти, и Кэролайн показалось, что девушка как-то странно взглянула на нее. Но только когда она открыла

дверь и увидела, кто еще находится в комнате, ее охватило предчувствие беды. Иан сидел за большим черным столом, сложив руки на книге записей, и выражение его лица абсолютно ни о чем не говорило. Перед ним в кресле располагалась миссис Биньон — первая клиентка Кэролайн после обеденного перерыва. А с краю стола на стуле сидела обеспокоенная и встревоженная Ева. Четвертый, пустой, стул стоял как раз напротив Иана.

— Проходите, мисс Браунинг. — Иан привстал и жестом указал Кэролайн на стул.

— Боюсь, у меня для вас неприятные новости, — начал он, когда она села. — Сегодня вы делали миссис Биньон маску, на что ушло примерно сорок минут. Половину этого времени она проспала. Это так?

— Да, — озадаченно согласилась Кэролайн. — Миссис Биньон заснула во время массажа и проснулась, только когда я начала удалять тонизирующую маску.

— И пока она спала, вы все время были с ней?

— Нет, я выходила минут на десять, чтобы выпить чашку чая. Но это вполне обычное дело, — добавила Кэролайн.

— Так мне и сказала мисс Арнольд. Пока вас не было, кто-нибудь еще мог войти в комнату?

— Не думаю. У мисс Арнольд и мисс Готье были клиентки, а парикмахеры обычно не заходят к косметологам, — чуть нахмурившись, ответила Кэролайн. К чему все эти вопросы? И почему Ева так встревожена, а миссис Биньон смущена?

— Выйдя из салона, миссис Биньон выпила чаю на террасе, а потом отправилась в бутик, чтобы купить сувениры, — бесстрастно продолжал Иан. — И там она обнаружила, что вместо тридцати фунтов в ее сумочке лежит только двадцать пять. Миссис Биньон обвиняет вас в том, что, пока она спала, вы взяли деньги из ее сумочки.

Кэролайн ошарашенно уставилась на него. Несколько мгновений она сомневалась, что правильно его поняла. И поскольку Иан продолжал бесстрастно смотреть на нее, ее щеки вспыхнули от гнева.

— Это неправда! Я ни разу в жизни не взяла и пенни! — яростно воскликнула Кэролайн и обернулась к Еве за поддержкой. — Ты ведь в это не веришь?

Но не успела Ева ответить, как Иан резко перебил:

— Мисс Арнольд уже высказала свое мнение, мисс Браунинг. Миссис Биньон утверждает, что, пока она была у вас, ее сумочка была открыта. Она говорит, что не снимала очков до того, как легла на кушетку, а потом положила их в сумочку и оставила ее открытой на маленьком столике. Она также говорит, что деньги лежали на виду, в небольшом кармашке. Вы с этим согласны?

— Да, сумочка была открыта, и я заметила в ней несколько банкнотов, — подтвердила Кэролайн. — Однако...

Но тут распахнулась дверь и появился крупный, плотный мужчина средних лет в шортах и яркой клетчатой рубашке. Выглядел он удивленным и разгневанным.

— Что все это значит? — требовательно спросил он с сильным техасским акцентом.

Иан

поднялся из-за стола:

— Прошу прощения, что помешал вам играть в гольф, мистер Биньон, но возникла неловкая ситуация, и я решил, что ваше присутствие необходимо. Позвольте я принесу вам стул.

Мистер Биньон свирепо посмотрел сначала на жену, потом на Еву и Кэролайн, после чего недовольно хмыкнул, грузно опустился на придвинутый Ианом стул и вытащил из кармана рубашки толстую сигару.

Несмотря на то что Кэролайн пылала от негодования, она не могла не удивиться, как такой большой, грубый человек мог жениться на хрупкой, трепетной миссис Биньон.

Иан кратко обрисовал подробности «неловкой ситуации». Когда он закончил, мистер Биньон несколько мгновений молча выпускал дым, потом вынул сигару изо рта и обратился к жене:

— Долорес, ты уверена, что у тебя в кошельке было именно столько денег?

— Конечно уверена, Гектор, — капризно протянула миссис Биньон. — Я пересчитала их сразу после обеда. У меня было тридцать пять фунтов. Я потратила пять в салоне на маску и духи. Потом пошла в бутик купить шали для Люси и Дайаны. И тут-то обнаружила, что у меня всего двадцать пять фунтов. Если бы я не пошла за покупками, то ничего бы не заметила. Обычно я не пересчитываю деньги. В конце концов, в таком месте вряд ли попадаются нечестные служащие.

— Мне стоит напомнить вам, что мисс Браунинг отрицает все ваши обвинения, миссис Биньон, — вставил Иан. — И вы уже слышали, что сказала мисс Арнольд насчет ее личности и рекомендаций.

Несмотря на то что его тон был спокойным и вежливым, миссис Биньон сразу заволновалась:

— Неужели вы думаете, что мне самой все это нравится, мистер Драйден?

— Не стоит так нервничать, Долорес, — быстро вмешался муж. — Лучше иди к себе в номер и поспи немного. Прими свое снотворное. Я со всем разберусь. — Он помог ей подняться со стула и твердо повел к двери.

Иан посмотрел на часы, потом перевел взгляд на Еву:

— В вашем присутствии больше нет необходимости, мисс Арнольд. Вам нужно закрыть салон. Мисс Браунинг, вы подождите в офисе мистера Ньюболта. Сегодня его нет. — Иан указал на дверь соседней комнаты.

Следующие двадцать минут были для Кэролайн самыми ужасными в ее жизни. Столкнувшись с таким обвинением, она вдруг остро осознала, что находится совершенно одна в чужом месте. И ее не утешала поддержка Евы. Она так мало ее знает. Единственные люди, которые могли поручиться за ее честность, находились более чем в трех тысячах миль отсюда.

Стрелки часов мучительно медленно отсчитывали время. Шагая по комнате с внезапно вспотевшими руками, Кэролайн прислушивалась к приглушенным голосам за закрытой дверью. Минуты текли, словно часы, за дверью продолжался шепот, и Кэролайн вдруг похолодела: даже если Иан и поверил в ее невиновность, он, не колеблясь, принесет ее в жертву, чтобы поддержать репутацию отеля. Наконец, когда напряжение достигло нечеловеческих пределов, дверь открылась, и в комнату вошел Иан. Кэролайн медленно повернулась от окна, и у нее перехватило дух, ей стало плохо. Лицо его было столь же бесстрастно, как и в день их первой встречи.