Окончательный монтаж
Шрифт:
– Как же прослеживается связь с банкирами?
– Я установил имя женщины. Это Анна Фельдман. В свое время была проституткой. Сидела два года за отравление клиентов клофелином и грабеж. После освобождения устроилась в престижный столичный притон к Инессе, там и познакомилась с Фельдманом, который вытащил ее из трясины и женился на ней. Я проверил все телефонные звонки, сделанные из квартиры на десятом этаже. За десять минут до смерти Гурьева Анна Фельдман звонила ему на мобильный телефон. Не знаю, что она ему сказала, но он впустил ее в квартиру. Больше некому было открыть ей дверь. Дальше она могла использовать любое отравляющее средство, чтобы вырубить хозяина. Эфир, хлороформ, тот же клофелин, а потом впустить в квартиру Семена Желткова. Во всяком случае, стреляли в Гурьева,
– В крови Гурьева медики обнаружили сильное снотворное, – подтвердил полковник. – Но как быть с оружием?
– Отец был убит из своего пистолета. Он держал его за книгами в шкафу. Оксана об этом знала. Я не знаю, почему отец не выбросил его. Из этого же пистолета он застрелил свою молодую жену Анну, теперь Анна Фельдман убила из него отца. Найти пистолет легко, если знаешь, где он лежит, так же как вынуть кассету из видеодомофона. А теперь я хочу вернуть вас, Леонид Павлович, к истории с кражей ожерелья в отеле «Континенталь». Вы нам говорили, будто просмотрели все пленки видеонаблюдений, отснятых в холле перед туалетными комнатами.
– Да, они до сих пор хранятся у нас.
– Все ваше внимание было сконцентрировано на каком-то воре-профессионале. Но дело в том, что я видела Анну Фельдман в туалете. Мы с ней не общались, так как наших мужей нельзя назвать друзьями. Она наверняка зафиксирована на этих пленках.
– Думаю, что да. Лицо этой женщины мне показалось знакомым, но я не мог вспомнить, где его видел.
– Зато я ее хорошо помню. Я вам говорила, что оставляла сумочку возле зеркала. Есть два варианта. Первый не исключает факта, что отраву в виски мне подсыпала Оксана, но он меня мало устраивает. Я ведь могла отпить из фляжки раньше, чем дойду до туалета и вырубиться прямо в фойе, у всей публики на виду. К тому же Оксана подсыпала бы снотворное в мою фляжку, а вы нашли в туалетной кабинке чужую. Помните гравировку? «Анне с любовью от Д.». На моей фляжке не было гравировок, но тогда я тоже была Анной, что дало вам основание для подозрений. Теперь я уверена в том, что фляжка была подарена Анне Фельдман одним из бывших клиентов. Или мужем. Когда я достала ее из сумочки, то, разумеется, никакой гравировки не заметила. Выпила и тут же вырубилась. Анна – опытная клофелинщица, знает, как вырубать людей. То же самое она сделала с моим отцом, когда пришла его убивать. Попытайтесь узнать у антиквара Дербенева, продавал ли он такую же фляжку еще кому-нибудь.
– К сожалению, это невозможно, Дербенев погиб.
– Странно. Не помню кто, но мне говорили, будто видели его в городе.
– Обознались.
– Послушайте, – вмешался Степанов, – теперь мне понятно, как ожерелье попало в банк. Если его украла Анна и передала мужу, то он потом подложил его в ячейку и показал Скуратову, зная, что Скуратов попадется на удочку. Скуратов клюнул и выкрал ожерелье, а Дина впоследствии выкрала его обратно и вернула банкирам. Так Фельдман и Шпаликов подставили Веню Скуратова, а потом убили его. Может, это сделала та же Анна. Вспомните о флаконе духов на окне в доме Скуратова. Точно такой мы видели в квартире на десятом этаже. Такими духами пользуются проститутки, а Анна из бывших жриц любви. Надо снять отпечатки пальцев с флаконов, ведь если Анна сидела, ее пальчики есть в нашей дактилотеке.
Только сейчас Степанов почувствовал, как Кулешов давит на его ногу. Похоже, он сболтнул лишнее.
– Выходит, гарнитур «Око света» лежал в банке и вы знали об этом? – спросила Ирина.
– Мы его не успели конфисковать, его выкрал Скуратов, – начал оправдываться Кулешов. – По всей вероятности, он собирался вернуть его вам за обещанное вознаграждение.
– Зачем Фельдману понадобилось ожерелье? – спросил Герман.
– Ответ очевиден, господин сыщик. Алина оказалась в безвыходной ситуации. Пришло время возвращать заказ. Арабы уже в Москве. Фельдман мог предложить ей обмен – акции за гарнитур. И возможно, она отдала им акции. Фельдману осталось только избавиться от Гурьева, чтобы стать полноценным владельцем огромного состояния. У него есть договор, по которому имущество Гурьева переходит банку в счет невыплаченного кредита. Убить Гурьева значит поставить точку. Вот только Фельдман не знает, что Гурьев переписал акции на имя своей дочери. Договор утратил свою силу. Что вы хотите, Ирина Савельевна?
– Посадить убийц за решетку.
– Да. Анну мы можем запрятать надолго. Тут вы правы. Все улики налицо. Но этот скандал вскроет все детали, вплоть до ограбления вас в отеле. Такой вариант никого не устроит. Вам начнут мешать очень серьезные силы. Мы же не вели протоколов, расследование носит частный характер. Думаю, вам надо пойти на некоторые компромиссы. Отца вы к жизни не вернете. Мстить Анне Фельдман – дело неблагодарное, она лишь марионетка в руках своего мужа. Я поговорю с Мамедовым, он выплатит вам компенсацию за моральный и физический ущерб. Цену вы можете назначить сами. От этих людей не убудет. Они больше огня боятся огласки, если заведете уголовное дело – кончите, как ваш отец. Сам Фельдман нигде не засвечен и может пожертвовать женой в случае опасности. Я даже не уверен, что она и Семен Желтков живы до сих пор. Что касается акций, то даю вам слово офицера, что верну вам их в целости и сохранности. Судить Фельдмана – дело неперспективное, с его адвокатами он сумеет отмазаться. Куда страшнее для Фельдмана и Шпаликова вылететь в трубу. Можете считать их банкротами. Я не могу от вас ничего требовать, но подумайте о собственной безопасности.
Ирина долго молчала, потом сказала:
– Я подожду до завтрашнего вечера. В семь часов вы должны мне позвонить. Тогда я приму окончательное решение.
– Договорились.
Полковник взял пакет с вещдоками.
– Тут есть ключ от квартиры на десятом этаже, давайте глянем на нее еще раз, новым взглядом. Вы можете пойти с нами, Герман Карлович?
– Да, конечно.
– Вы не заходили туда?
– Нет.
– А после того, как Анна выбросила в урну все эти вещи, вы не поднимались в квартиру Гурьева?
– Нет. Я все еще ждал звонка Савелия Георгиевича. Может быть, я и поднялся бы наверх, если бы в урну бросили оружие. А когда потом приехала милиция, я понял, что опоздал.
8
Вне зависимости от настроения, погоды или других причин Самуил Яковлевич начинал свое утро с любимой игрушки. Он вставал в шесть утра, не будил жену, сам варил себе кофе и поднимался наверх, в свою бесценную комнату, где играл в железную дорогу. Мы не будем возвращаться к подробным описаниям, они уже сделаны. [1] Его игра продолжалась до восьми часов утра, после чего он садился в машину и ехал с дачи в банк.
1
Читайте роман М. Марта «Сквозь тусклое стекло».
Сегодня у Фельдмана было хорошее настроение. Все проблемы решены, банкротство уже не грозит. Мало того, они со Шпаликовым получают больше трехсот процентов прибыли от продажи акций. Этого и в мечтах не было.
В то время когда Фельдман сел за пульт и десятки поездов на огромном пространстве комнаты тронулись в путь, Герман перелез через забор дачи и подобрался к дому. У ворот дремал только один охранник. На веранде никого не было. Ночные сторожа разошлись по домам. Как всегда, Герман пользовался бахилами и перчатками. Он тихо прошел в дом, потом в спальню. Подкрался к спящей женщине и закрыл ей рот платком, пропитанным хлороформом.
Война. Krieg. 1941—1945. Произведения русских и немецких писателей
Проза:
военная проза
рейтинг книги
Сетевые средства Linux
Компьютеры и Интернет:
ос и сети
рейтинг книги
Звездная Кровь. Экзарх V
5. Экзарх
Фантастика:
боевая фантастика
рпг
фэнтези
фантастика: прочее
попаданцы
рейтинг книги
Записки. Том I. Северо-Западный фронт и Кавказ (1914 – 1916)
Документальная литература:
биографии и мемуары
прочая документальная литература
рейтинг книги
Россия и Китай. Конфликты и сотрудничество
Военные тайны XX века
Научно-образовательная:
история
рейтинг книги
Кодекс Охотника. Книга XVI
16. Кодекс Охотника
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
рейтинг книги
Дружба - Этико-психологический очерк
Научно-образовательная:
психология
рейтинг книги