Охотник
Шрифт:
Я немедленно долбанул ближайшего зомбака, тянущего лапы к Айвене, булавой в грудак. Любо-дорого смотреть, как цверги учатся летать. Даже после смерти.
Шор красивым круговым ударом срубил головы ещё двоим коротышкам.
Пошла возня!
Из ямы вдруг повалил полупрозрачный серый дым, или, может, туман, который вытянулся в направлении нашего импровизированного морга.
— Пейте зелья «Стража», — звонко выкрикнула Айвена.
Сама она немедленно выполнила своё же указание. После чего начала чертить на полу линию вокруг себя наконечником посоха. В шум схватки
Сшибленный мной с ног зомбяк копошился в углу. Я шагнул вперёд, впечатав «Погибель» под подбородок новому оппоненту.
Зашипело. От рожи зомби пошёл лёгкий дымок, и он повторил судьбу товарища, улетев всё в тот же угол. Страйк, я считаю.
Между тем дела у нас шли не так уж и здорово. Безголовый зомби ухватился за лезвие меча Шора, вцепившись как клещ, и тянул его на себя, в то время как второй обезглавленный мертвяк пытался нанести нашему ящеру увечья какой-то смесью кирки и топора.
Врёт проклятая западная масс-культура-то. Пофигу зомбям на потерю головы. Но я, честно говоря, и раньше думал, что такое обезвреживание уже мёртвой страхолюдины выглядит как чит.
Шайя вообще устроила какую-то борьбу нанайских мальчиков. Ликанских девочек, вернее. Она зачем-то упала на ворочавшихся в углу моих подранков. Шерочка с яростным визгом не давала подняться второму, пока Шайя что-то делала с первым.
Единственным, кто оказался молодец-огурец в этой бестолковой схватке, был Ингвар.
Его топорик наносил тварям ужасные раны, из которых шёл дым, лилась чёрная жидкость. Он уложил уже троих зомбаков, и те больше не шевелились.
Я торопливо выхлебал зелье «Стража». Серая муть, валящая из ямы, заполняла помещение. На меня, по идее, подействовать не должно, но хрен его знает. Здесь границы размыты. Тут работает, здесь не работает. Нафиг нужны эксперименты.
Айвена закончила чертить свой круг, пространство вокруг неё вспыхнуло мутно-зелёным стеклом и снова погасло. После этого она сформировала на конце посоха дымный сгусток и влепила его в одного из безголовых оппонентов Шора. Тот рухнул навзничь, не подавая больше признаков нежизни.
Шор что-то сделал с мечом, тот полыхнул голубым, разваливая руки зомби и латные перчатки, которыми он удерживал клинок, и наотмашь полоснул тварь поперёк тела.
Свет солнца померк. Серая муть вокруг нас изрядно затрудняла зрение.
Я отправил в полёт ещё одного неживого коротышку и инстинктивно пригнулся.
Бодак явился во всей своей потусторонней красе и сразу атаковал меня.
Выглядела эта тварь отвратно донельзя. Призрачная и вместе с тем плотная фигура, будто сотканная из переплетений пепельного дыма. Вытянутый трёхглазый череп скалился вовсе не декоративными зубами. Он был будто бы насажен на жирное, покрытое складками, блестящее тело, из которого торчало множество щупалец. Но самое отвратительное в облике твари — это глаза. Глаза были разбросаны по всему его туловищу в хаотичном порядке. Их были десятки. Разных форм и размеров, от разных рас. Они постоянно перемещались по туше,
От одного взгляда на эту мерзотную тушу в голове появлялась мутная пелена, будто кто-то пытался усыпить сознание.
БОДАК
Бодак будто соткался из клубов серой хмари над моей головой. И метнулся вниз. Несмотря на довольно солидные размеры, двигался он чрезвычайно быстро.
Я отпрыгнул с его пути.
Бодак просвистел мимо меня, всё же задев меня одним щупальцем и выбив амулет.
Взамен он получил по жирной спине «Погибелью» от всей души.
Н-на, ска!
Через всю тушу прошли светящиеся полосы, из которых на пол плеснула отвратительно пахнущая жижа. Будто я мешок с навозом и отходами химического производства вскрыл.
Ну, хоть на нём эти дурацкие накладки работают. На зомби они не произвели особого впечатления.
Бодак напоролся на копьё Шайи, выставленное ему навстречу, взвизгнул многоголосым хором и исчез.
Растворился в сером киселе.
Что, всё что ли?
Словно в насмешку над моей наивностью, мою лодыжку стиснули короткие пальцы. Кто-то из недобитков пытался уронить меня. Хватка у зомбаков, надо сказать, была железной.
И сразу же бодак появился недалеко от меня и хлестнул щупальцами.
Айвена выкрикнула что-то, и бодака снесло в сторону с линии атаки.
Часть атак я отбил баклером.
Затем хорошенько влепил твари булавой в череп. Пришлось проследовать за ним — стоять на месте тварь отказывалась.
Череп твари от моего удара с треском разлетелся на вполне материальные осколки, которые брякали, падая на пол.
Поскольку моя нога всё ещё пребывала в зажиме, я рухнул, рискуя сломать себе лодыжку.
Пара щупалец до меня всё же дотянулась.
Вас когда-нибудь прижигали жидким азотом? Вот и меня нет. Но думаю, ощущение было бы примерно такое же. Меня сперва обожгло запредельным холодом, а потом места, к которым прикоснулся призрак, полностью потеряли чувствительность. Хорошо, что здесь нету уровней, как в играх. Иначе парочку тварь бы точно отсосала. Я почувствовал резкий упадок сил.
Потеря «головы» на бодака повлияла примерно как на зомби до этого. То есть никак. Он просто немного уменьшился в размерах.
На грани слуха раздалось многоголосое шипение и вопли, и тварь снова замерцала.
Копьё Шайи прошло насквозь, почти не причиняя вреда. Какие-то ошмётки полетели в стороны, но бодак вновь исчез.
В этот момент Айвена грохнула посохом о землю, громко и повелительно выговаривая какой-то свой магический «ахалай-махалай». Казалось, у неё даже голос изменился — в нём появились «мужские» хриплые нотки.
Снаружи здания по всему периметру полыхнула зелёная завеса. Раздался разочарованный потусторонний вой.