Охотник
Шрифт:
Вторая задача на повестке дня — закрепиться хотя бы здесь. Получить себе ресурсную базу, обеспечить доход. Я не верю, что найду «гору золота», которая мне нужна для портала, просто на дороге или в какой-нибудь древней сокровищнице. Как? Надо обдумать. Но мне очевидно нужно Рубежное как союзная территория. Значит, Лютого и его отморозков надо кончать. Просто прийти в деревню и всех убить не получится. Но кое-какие идеи у меня уже есть.
Ну и третье: поросёнок Пётр должен построить трактор и свалить из сраного Межмирья домой. А для этого мне
Супер. Во исполнение первой части надо начинать осваивать эти их аскоры. Я, конечно, былинный богатырь теперь. Я вспомнил свой невероятный прыжок перед тем, как разнёс украшенный черепами шпиль. Я и раньше понимал, что мои физические кондиции сильно превысили нормальный для меня уровень. А сейчас убедился в этом окончательно. Но этого явно недостаточно. Тренировки с оружием. Прокачка чем только можно. Просто представлю, что аскоры — это такой аналог наших допингов, только на постоянной основе. А зелья — бады. Ещё ребята трещали об усиливающей алхимии и какой-то закалке. Я всё пропускал мимо ушей, но теперь готов слушать. Скорее всего, нам и правда в первое время нужно будет поохотиться на местных тварей из-за их потрохов.
По поводу второго надо устроить совещание. Закину идею и послушаю, что скажут остальные. Костяк плана у меня уже есть, но мне нужна помощь знатоков местных реалий. Как мне кажется, ничего невыполнимого. Но, как в том анекдоте, важны нюансы.
Третье. Портал. Ну, здесь поможет только время и поиск нужных спецов. Может быть, на них придётся потратить вторую «гору золота». Но я готов её заработать. Прорвёмся.
— Шайя. Что там говорили про маячок? — перешёл я от размышлений к добыче информации.
— У неё на шее р-рабский ошейник альвов. И не пр-ростой.
— А это вообще нормально — вот так? Я заметил, что рабство здесь не запрещено. Но эльфы эти вот так… свою же заковать?
— Альвы — это головная боль всего Межмир-рья. Попасть к ним в анклав можно только одним способом, Илья. В ошейнике. Они называют остальные нар-роды «низшими расами». Животными. Р-рабство у них не просто узаконено — на нём постр-роен весь уклад. А эта… скор-рее всего, её клан пр-роиграл в борьбе за власть. Настолько, что их обр-ратили в р-рабов. Она явно из высших. Непр-ростая р-рабыня. Такое у альвов не частая истор-рия. Но иногда случается. И она — собственность клана Таннмид. Её навер-рняка могут найти вот по этому ошейнику. Больше я ничего не знаю.
Понятно, что ничего не понятно. Я взглянул на девушку. Ну чистый ангел с ушами, когда спит зубами к стенке.
— Ошейник, стало быть, магический?
— Навер-рняка.
Ну, это проблема небольшая. Я подошёл к ушастой и взялся пальцами за ошейник. Ощутил легкое покалывание в пальцах.
— Шайя, колдани на меня что-нибудь, немного. Проверить хочу одну теорию.
— Тебе не кажется, что сейчас не вр-ремя для побочной охоты? Если ты не сдер-ржишься…
— Я сказал: «колдани немного», — а не: «накачай меня магией до потери самосознания».
— Я попр-робую. Если что, надеюсь, у меня хватит сил тебя выр-рубить.
Она завела свою рычаще-фырчащую магию, а я почувствовал знакомую уже злобу, поднимающуюся из глубины души.
Но на этот раз я нашёл объект для злости заранее. Сраный ошейник! Ненавижу рабство. Уничтожить!
Что-то текло из меня через пальцы в ошейник под мерный речитатив Шайи. Камни и руны на ошейнике вспыхнули, налились силой. Альва захрипела…
— Шайя, ещё! Сильнее можешь?
Она прижала уши, но рычание усилилось. Новые потоки силы начали подпитывать мою злость, которую я перенаправлял на ошейник.
Альва продолжала хрипеть, на губах её показалась пена. Но я уже не мог остановиться.
Продолжая вливать в ошейник силу «бездны», я рванул его левой рукой.
Символы погасли. Хрясь!
Шайя замолчала.
У меня в руках остались две инертные полоски бронзы.
Альва судорожно вдохнула, закашлялась и открыла глаза.
Ну что за дичь!
Глава 2
Королева в свинарнике
— Что ты сделал, человек? — прохрипела она, держась за горло.
На шее отпечатался отчётливый круговой след.
— Ошейник твой сломал, женщина. Но ты не переживай, можешь вернуться домой — там починят.
Я аккуратно положил половинки ошейника ей на грудь.
— Это невозможно! Нельзя снять эту дрянь и оставить в живых пленника. Магия крови убьёт раба!
— Ну, значит, ты мертва и находишься в своём эльфячьем аду, — вряд ли в эльфячьем раю есть люди и ликаны. Или ошейник всё ещё на тебе. Выбирай.
— Как! — она снова судорожно ощупала горло. — Немыслимо!
Затем села. Обломки скатились с неё, негромко звякнув об пол. Альва провела рукой над ними, что-то нашептывая. Её руки оставляли за собой следы. Запахло горячим металлом, как в той палатке, где я сдавал посох.
— Невозможно! — снова пробормотала она. — Магия просто исчезла. Сколько дней тебе понадобилось на ритуал истощения? — ее голос налился силой.
Она спрашивала таким тоном, как будто имела право требовать.
А! Вот о чём Шор говорил. Знаю я людей, которые почему-то думают, что все вокруг им что-то должны. Например, отчитываться. Обычно они очень расстраиваются, когда выясняется, что это не так. Но пока что такое поведение на отрубание головы не тянет.
— Ты потер-ряла сознание полчаса назад, рабыня, — рыкнула Шайя. — И то, что Илья снял с тебя ошейник, заслуживает благодар-рности, а не допр-роса. Ты вообще здесь на птичьих пр-равах. То ли шею свер-рнут, то ли яйца нести заставят.
— Молчи, низшая! Грязное животное, тебя вообще не спрашивали.
Шайя оскалилась и довольно сильно ударила альву по лицу. Правда, когти спрятала.
— Ты вообще р-рабыня. Это тебе следует молчать.
— Ах ты тварь! Умри!
Альва вскочила на ноги. Её ладони засветились. Я уже собирался вмешаться, но Шайя опять успела раньше. Она швырнула в лицо афро-эльфке какой-то порошок, сопроводив это действие своим горловым рыком. Ту немедленно согнуло в пароксизме сильнейшего кашля. Сияние погасло.