Охотник
Шрифт:
Передо мной предстали только мёртвые скалы и нетронутая трава. Нихрена ж себе иллюзия. Всё выглядело абсолютно настоящим. Живым. Даже трава колыхалась с редкими порывами ветра.
Несколько секунд я стоял с открытым ртом, затем спохватился и захлопнул хлеборезку. Чудеса на марше. Ладно, хватит пялиться, как колхозник на ВДНХ.
Я начал разминку, чувствуя, как разогреваются затекшие мышцы.
Скрутка, сухожилия. Динамическая растяжка.
Затем я навернул десяток кругов вокруг нашего лагеря.
Снова растяжка. Шаги. Отжимания. Ударная техника. Перемещения. Отжимания.
Несколько раундов боя с тенью.
Вчерашний
Так что я особо не усердствовал. Разминку провёл в щадящем режиме.
Пока я бегал, мимо проскользнули Шайя с Шерочкой. Саблезубый гиено-хорек игриво боднул меня в задницу и ускакал на волю в пампасы. Охотиться пошли девчонки, думаю. Добытчицы!
Закончив разминку, я явился в лагерь.
И сразу наткнулся на Шора. Он сидел на корточках у потухшего костра, обложившись сырыми деревяшками, и пытался развести огонь. Процесс явно доставлял ему нешуточное раздражение — капюшон полураскрыт, изо рта вырывалось шипение. Прямо чайник со свистком, а не рептилоид.
Увидев меня, он бросил свои бесплодные попытки и поднялся.
— Я тут подумал, — сказал он. — Тебе нужен щит. Баклер будет в самый раз. И с молотом, и с булавой можно использовать.
— А теперь по-человечески, — попросил я. — Щит — это такая здоровенная штукенция, на которую принимают вражеские удары? Как я буду с ним молотом орудовать? Или его снимать-надевать? Так как раз бой закончится.
— Я же сказал. Баклер.
— Хераклер, Шор. Ты сказал, но я всё равно нифига не понял.
— Это щит вот такого размера, — он показал сантиметров двадцать. — Носится на предплечье. Если тренироваться, можно с ним использовать двуручное оружие. Я просто заметил, что ты неплохо ставишь блоки. Нужный инстинкт у тебя наработан. А защитное снаряжение оставляет желать лучшего.
— Ну, прекрасно. Осталось прийти в Рубежное, найти у оружейника этот твой баннер…
— Баклер. Не нужно никуда ходить. Я давно не пользуюсь своим, так что отдам его тебе. Вчера и позавчера мы с тобой пропустили тренировку. Ты всё ещё совершаешь слишком много лишних движений с оружием.
Я поморщился. Мне не очень нравилось заниматься с Шором тренировками, потому что в конце он меня постоянно бил. А я сам привык бить людей! И нелюдей тоже, мне без разницы.
Где-то час Шор уделял стойкам и базовым движениям и ударам, а потом давал мне десятиминутный спарринг. И что сказать. Я ни разу ещё не смог его ударить! У меня отличная реакция и высокая скорость. Я не путаюсь в ногах во время перемещения в бою. И тем не менее. Ни разу ещё моя тренировочная палка не коснулась этой чешуйчатой морды. А вот мне прилетало регулярно. Не то чтобы очень часто. Защита мне давалась гораздо лучше нападения. Нервировало то, что каждый раз, зарядив мне по рёбрам, как будто этого мало, Шор флегматично добавлял: «Убит». Бесит меня. Хуже всего, что он был прав. Пропусти я подобный удар в настоящем бою, я бы точно стал трупом или калекой.
Да что далеко ходить — во время боя с бандитами мне зарядили копьём в бок. Если бы не мой ватник и не склон, да не кривые руки Дисы, всё могло закончиться дырой в печени. Теперь, когда стало понятно, что я здесь надолго, смысла бегать от тренировок с оружием не было. Нужный
— Хорошо. Я как раз размялся. Сразу мне свой баклер дашь или потом?
— Сперва повторим то, что отрабатывали раньше. Потом уделим немного времени баклеру. Вместо спарринга. У тебя рука всё ещё явно не прошла. И рёбра. Лучше не усугублять всё новыми ударами. Сегодня поработаем в щадящем режиме, Илья.
Меня, уже немного уставшего, Шор час гонял между палатками. Затем выдал мне баклер. Это оказался небольшой наруч, который при определённом повороте кисти раскладывался в щит с зубчатыми краями. Я оценил — оружие противника слегка застревало на этих зубцах. И в бубен можно таким зарядить, мало не покажется. Щит был очень лёгким и весьма прочным. Шор при демонстрации пару раз лупанул по нему со всей дури и просто руку мне отсушил. А щиту хоть бы что. Ну и никакой магии, как пояснил Шор. Хотя для меня — спрятать почти тридцать сантиметров металлического диска внутрь плоского наруча, это и есть магия, ипатий коловрат! На щит, кстати, можно было принять несколько выстрелов из шоровского бластера. Теоретически. Пробовать я не стал. Но запомнил, что парочку энергетических атак можно попробовать не грудью встречать, а этим самым баклером. В итоге мой арсенал «волшебных штуковин» пополнился щитом. Ну прям витязь на распутье. Коня только не хватает. И копья. И витязя.
Мы уже заканчивали, когда из редколесья вынырнули взбудораженные Шайя с ручным хорьком. Добежав до нас, Шайя рявкнула:
— Давайте в лагер-рь. Сейчас…
Земля вздрогнула.
— Дрейф? — спросил Шор флегматично, направляясь за ликанкой.
— Др-рейф. И гон. Насколько сильный — не скажу. Но точно будет! Вон как Шер-рочка бесится!
Наш «хорек» действительно ощетинился и зло скалил зубы, постоянно оглядываясь по сторонам.
— Просветите, что за гон такой? Не первый раз слышу уже, — спросил я, подбирая выбитую Шором из рук палку.
— Когда свежий кусок земель прибивает к твер-рди др-рейфом, оттуда набегают стаи монстр-ров. Иногда, если случается одновр-ременно несколько др-рейфов, Гон бывает сильный и поселение может погибнуть. Ну или, не дай Владыки, несколько альф пр-ринесёт. Тот же ящер-р давешний стену в Р-рубежном р-развалил бы и не заметил. А бывают существа и побольше, и посильнее. Или владеющие магией, — Шайя поёжилась.
— Ингвар говорил, что сюда монстрики не любят прибегать. Мол, кругаля дают.
— Так мы на окр-раине, Илья. Может зацепить. Др-рейф начался в километр-ре.
— Блин, Ингвар же мог в лагерь возвращаться, когда вся эта грёбанина с гоном вашим началась! — я резко вскочил и заозирался в поисках доспехов.
— За Ингвара не переживай, — Шор едва слышно фыркнул. — Он в этих местах уже много оборотов живёт. И дрейфов пережил немало, я так думаю. С ним точно всё будет нормально. А вот доспехи надевай.
И дракс приложил к груди небольшой брусок, щёлкнув по нему когтем. Тот немедленно разросся, опоясав Шора кругом. Затем с едва слышными щелчками начал раскладываться, превращаясь в «походную броню», как дракс сам называл свой космо-рейнджерский доспех. Не магия, тля, вот вообще ни капельки. Ага.