Чтение онлайн

— И что вы ответили?

Он дернул плечом, а потом наклонился близко-близко.

Я напряглась.

— Вот ты спросила, возможно ли создать искусственный благотурин. Я скажу тебе то же самое, что сказал императору: природного благотурина очень мало, и с каждым годом его добыча все усложняется. Объемов, способных сдержать границы анклава, у нас нет и не будет. Единственный выход — создавать кристалл в лаборатории. Если государь ко мне прислушался, то военное положение для отвода глаз промышленников. Но об этом…

— И вы знаете, как это сделать? — перебила я его.

— У

меня сейчас голова забита другим. Мне близнецов нужно вернуть.

— Вернуть? Откуда?

Про возвращение близнецов биомаг не пояснил.

— Искусственным благотурином занимаются доверенные люди императора. Это его засекреченные разработки. И насколько мне известно, проект идет к завершению. В ближайшее время очень многое поменяется.

— Господин Макильских! — выпалила я.

— Ты можешь называть меня Ян? — Он строго на меня посмотрел.

— Господин Ян! Моих родителей казнили за разработку искусственного благотурина! Они могли бы быть доверенными людьми императора?

— Тихо, нас услышат. Ты, верно, не так все поняла. Если они не алхимики или не биомаги, то наверняка их казнили за что-то другое.

— Я вам покажу письмо! Из самого Комитета биомагических изысканий!

— Я узнаю.

— Когда вы это сможете сделать?

— Возможно, прямо сегодня.

— Хорошо. — Я примирительно согласилась и тут же встрепенулась. — А вы можете узнать про моих родителей прямо сейчас?!

Глава 31

Господин Макильских насупился. Глянул в толпу гостей, затем на меня. Кивнул и ушел.

На скамейке возле напольного золотого подсвечника с потрескивающими свечами я осталась одна. Музыка стала громче. В центре зала танцующих пар прибавилось. Элегантные мужчины широко шагали и подпрыгивали, а девушки, быстро семеня, прижимались лицом к сильному плечу.

Я представила, как бы мы с господином Макильских вальсировали на паркете. Рука в руке, тела соприкасаются, ноги того гляди переплетутся в ритме танца. Дыхание сбивается. Сердце заходится. Мы кружимся, кружимся! Меня вдруг обдало жаром. Почувствовала, что покраснела до кончиков ушей. Что за безумная фантазия?

И мысленно прервала наш воображаемый танец.

Мне нужна была небольшая передышка — за последний час я столько всего узнала. Хотелось привести мысли и чувства в порядок.

Прежде всего важно прояснить ситуацию с родителями. Если они и вправду занимались подпольными разработками кристалла, то вполне могли оказаться доверенными людьми императора. И тогда мои родители из «предателей» сделались бы героями. А это совершенно иной расклад. Реабилитация папы и мамы в глазах всех людей, кто их знал, стала для меня навязчивой идей. Только бы господин Макильских смог разузнать, как у них обстояли дела на самом деле. К тому же, если моя догадка верна, можно будет смело обращаться к Дэвиду Зацепко за восстановлением в колледже. Еще есть время вернуться на второй курс без отставания. До начала учебного года больше месяца.

И уж тогда вся жизнь пойдет по-другому!

Я размышляла дальше.

Думала про политическую ситуацию в нашей империи, про подковерные игры промышленников, про поддельные доклады алхимиков и поняла, что все это

видится неважным, далеким. Куда больший интерес для меня представлял Ян Макильских. Сегодня он меня удивил. Удивил так, что я не на шутку разволновалась. Мне потребовалось немало труда, чтобы на его словах «ты стала для меня кем-то больше, чем просто гувернантка» сохранить бесстрастное выражение лица. А я даже переспросить побоялась. Вот что он имел в виду?

А теперь — догадайся сама, Мон!

Лакеи в форменных черно-белых ливреях сновали в толпе, разнося на подносах вазы с десертом и бокалы с шампанским. Новый танец освободил место у столиков с лакомствами. Я поднялась и направилась к ближайшему. За ним стояло двое мужчин в черных костюмах. Из хрустальных бокалов они потягивали игристое шампанское. Стол буквально ломился от вкусностей. Как из такого разнообразия можно выбрать что-то одно?! Глаза разбежались, и захотелось попробовать все и сразу! Пастила, мармелад, креманки со взбитыми сливками, украшенные веточками мяты, белоснежные шарики в миндальных лепестках, кремовые слоеные пирожные, моченые яблочки, виноград, клубника и… Мой взгляд остановился на тарталетке с заварным кремом и вишенкой, кусочках сыра и ананасах. Пока все это укладывала на плоскую белую тарелку, краем глаза увидела розетки с шоколадным муссом и слоеные пирожные с орешками. Захватила и их. Еще бы лимонада…

— Сегодня не увидел в регламенте вашего доклада, — с хрипотцой раздалось в паре шагов от меня.

Я встрепенулась и повернула голову. Те двое, что попивали шампанское, стояли ко мне вполоборота и вели между собой беседу. Собиралась пропустить ничего не значащую для меня реплику мимо ушей. Вернулась к десертам, будоражащим вкусовые рецепторы. Однако продолжение разговора заставило меня обернуться еще раз.

— Дел невпроворот. Через неделю к нам хлынет весь город. Из-за показательного выступления амфибий пришлось на неопределенный срок заморозить все исследования.

Я настороженно вгляделась в того, у кого «дел невпроворот». Высокий мужчина, не плешивый, но с небольшой залысиной, хоть и молодой. Белобрысый. Глаза голубые, с фиолетовыми прожилками, раскосые и немного больше человеческих.

— А вообще, насколько вы продвинулись в своих опытах? — допытывался невысокий и сутулый собеседник. — Могут русалки лечить или все их сверхспособности на уровне слухов?

— Если и могут, то очень хорошо это скрывают. — Белобрысый мужчина сухо рассмеялся и небрежно махнул рукой.

— Уверен, эта непростая задача окажется вам под силу, — ответил тот, кто пониже, и приподнял бокал. — Ваше здоровье!

Мужчины стукнулись бокалами и выпили.

— Вы знаете, я ужасно доволен, что вас застал. Мои сыновья каждый день спрашивают, когда представление, а я до того зарылся в проверках, что, к своему стыду, забыл точную дату.

— Пятнадцатого июля. Надеюсь, вы не откажетесь принять участие в нашем скромном развлечении?

— Скромном? — Толстые губы собеседника растянулись весьма удивительным образом, морщины углубились, и из серых глазок брызнули мелкие слезы. — Да у вас статья расходов на эти развлечения больше, чем на исследования благотурина!