Одержимость киллера
Шрифт:
— Что ж, спасибо, Мистер Таинственный Киллер. Хотя я совершенно уверена, что тебе нужно сходить к психиатру… но я все еще очень благодарна за твою гребаную защиту.
— Знаешь, у тебя забавный способ выражать благодарность. Но не волнуйся. Позже покажешь, насколько ты мне признательна.
Тесс опустила глаза и закусила губу, с трудом сдержав улыбку.
Глава 12
Я сидел за столом в номере мотеля и чистил пистолет, но пришлось прервать занятие, чтобы понять, о чем болтала Тесс.
— Что это за мотель, где нет
Я оглядел номер.
— Может, починишь картину?
Тесс взяла ее в руки.
— Интересно, получится ли у меня сшить кусочки? — с сомнением произнесла она. — Я никогда особо не умела заниматься всякими женскими штуками. А вот моя бабушка вязала все, что угодно. Я всегда говорила, что она могла бы связать мост от Земли до Луны. Она над этим смеялась.
Мне нечего было ответить, поэтому я промолчал. Солнце уже клонилось к закату, и комната наполнилась оранжево-красным сиянием от солнечных лучей, пробивавшихся сквозь задернутые шторы.
— В детстве меня называли книжным червем, — продолжила Тесс. — Другие девочки играли с куклами Барби, чайными сервизами или игрушечными пупсами… По-моему жутко, покупать маленьким девочкам игрушечных детей, о которых нужно заботиться. В любом случае, они играли, а я сидела в своей спальне и читала. Когда мне исполнилось одиннадцать, я могла прочесть роман за три дня. Моя учительница английского языка, миссис Хобсон, так мной гордилась, что подарила мне значок. Я выглядела как ботаник, но чувствовала себя счастливой. А вскоре после этого умерла моя мама.
Девушка все еще копалась в чемодане, не поднимая взгляда. Поняв, что вот-вот она поделится историей своей жизни, я вздохнул и плюхнулся на кровать. Меня начинало все раздражать, возможно, даже ощущалась клаустрофобия от того, что я застрял в номере мотеля. Мои дни проходили в вечных в разъездах, я рыскал по улицам, ходил туда-сюда и собирал информацию для работы. Необходимость оставаться на одном месте убивала меня, даже несмотря на то, что я был в компании красивой, очаровательной женщины.
— Знаю, что ты многим из-за меня рисковал. И не уверена, что по-настоящему отблагодарила тебя, — произнесла Тесс. — Поэтому, мне кажется, будет справедливо, если я немного расскажу о себе. Трудно это сделать просто так, да? Всегда ненавидела эту фразу: «расскажите о себе». Что на это ответить? Рассказать все до мельчайших подробностей? Например, что первый фильм, который я посмотрела, был фильмом ужасов, или что я ударила мальчика по лицу, когда мне было восемь лет, потому что он не дал мне покачаться на качели из автомобильной шины?
Тесс продолжила.
— Или рассказать о своих мечтах, чувствах? А, может, о том, что я написала половину романа, действие которого происходило в стране фантазий, где обычная фермерская девушка отправилась на поиски спасения своей матери из загробной жизни? Это было до того, как мы с Дмитрием приехали в Штаты. Жуть, правда? Это ужасно, просто… ужасно. Поэтому я бросила его писать. Или могу рассказать, что когда-нибудь хотела бы написать другую книгу,
— Или я буду умнее и просто расскажу о своем цвете глаз, росте, весе и режиме сна. Глаза голубые, рост пять футов четыре дюйма, а вес сто двадцать пять фунтов. По поводу сна добавлю, что, закрыв глаза, мне сразу мерещатся Жарков и Дмитрий, и это прогоняет сон напрочь.
Я глубоко вздохнул.
— Ты много наговорила.
— Тут не почитать. Не посмотреть телевизор… Такое ощущение, что я схожу с ума.
Тесс поставила чемодан на пол.
— Я чувствую себя также, — признался я, потерев глаза. — Но без телевизора наоборот хорошо. Это дает время разобраться во всем дерьме.
— Наемные убийцы много думают?
— Умные убийцы, да.
— А ты один из умных?
— По крайней мере, был таким, пока не спас тебя.
Я закрыл глаза и стал размышлять, как лучше поступить, взяв в расчет тот факт, что в любой момент Босс, криминальная семья Бьянки или русские могли выломать гребаную дверь мотеля.
Мне вспомнился проклятый ключ и загадочное послание: «если все остальное не сработает, и свет превратится во тьму». Какой еще свет? Что за тьма? Какие тайны открывал этот ключ? Он от дома, машины или камеры хранения? «429 Финчли Хэмпстед-Роуд». Эта улица была мне незнакомой. Может, она находилась в Бостоне? Это вообще улица или какой-то код? Было бы самоубийством расспрашивать команду из «Пьяной Гарпии», потому что у меня возникло странное предчувствие, что они знали о происходящем между русскими, мной и Тесс. Мой план должен был оказаться стратегически грамотным, и необходимо его быстро придумать.
Однако меня очень интересовало, что случилось с матерью Тесс, и как она умерла. Если и было что-то, что интриговало меня больше всего, так это то, как умирали люди. Точно так же, как плотник хотел бы знать тип дерева для изготовления предметов, я хотел бы знать все виды смерти.
Открыв глаза, я взглянул на Тесс. День уже клонился к вечеру, и лицо девушки скрывалось тенью. Я наклонился к прикроватному столику и включил ночник. Тусклый желтый свет наполнил комнату. Тесс сидела молча, без всяких эмоций. Я знал, что она о многом думала.
— Тесс?
Девушка вытерла глаза и повернулась. В свете ночника ее слезы слабо мерцали, словно крошечные кристаллики. Я почувствовал к ней странное сострадание, которое ранее не вызывала у меня ни одна женщина. Мне хотелось, чтобы Тесс перестала плакать.
«Но это ведь не все. Ну же, брат, ты же понимаешь, что это нечто большее».
Вот опять зазвучал голос Кевина. Интересно, что подумает Тесс, если я скажу, что слышу голос покойного брата? Она уже считает меня сумасшедшим, возможно, так оно и есть. Я знаю не так уж много наемных убийц, сохранивших здравый ум.