Оболтус
Шрифт:
— Ой, и не говори! Сейчас с этим шоу такие проблемы… Все на нервах! График сбился. Еще и этого… Как его… Сайдкика*, что за слово такое, прости Господи, нету. Бардак — одним словом! А ты к главному?
— Да, — отвечаю, — подпись нужно поставить, — поднимаю папку.
— Ну ты подожди немного. Он сейчас занят. Может, конфетку хочешь? — ласково улыбается.
Все-таки не перевелись еще хорошие люди в столице! Просто обожаю эту женщину!
— Можно, — робко киваю головой, — только за кофе сбегаю.
— Спасибо, дорогая. Не нужно.
Оставив папку на столе у Анастасии Федоровны, топаю к ближайшему кофейному автомату. Он за углом и, кстати, для всех сотрудников бесплатный. Нажимаю на кнопку с латте, и уже в предвкушаю этот невероятный вкус. Не в пример моему дешевому кофе, с перекипяченной водой и сухими сливками. Увы, добротный кофе стоит хороших денег, а я, как вам известно, копила на чехлы. Ну сказочная дура. И как Петров мог мне изменять? Где он ещё такую лохушку найдёт?
Взяв кофе, беру деревянную палочку, напевая себе под нос, иду обратно к Анастасии Федоровне, вдыхая этот потрясающий аромат.
Ммм… Райское наслажде…
Черт, мои руки! Как горячо!
Мой стакан падает из рук, а рядом слышится злой вздох.
— Ой, — испуганно пищу и поднимаю глаза.
Ой-ой.
— Ты, — рычит вчерашний парень. Владелец того самого авто, что подверглась вандализму с моей стороны.
— Я, — сглотнув, отвечаю.
— Ты меня преследуешь? — рявкает.
Мне никогда не доводилось видеть таких чёрных глаз. В них непроглядная тьма, и выглядит это весьма устрашающе.
Невольно отступаю на шаг назад.
— Извините, я не специально, — мямлю, но парень бесцеремонно меня перебивает
— Не специально?! — фыркает. — Послушай, девочка, ты не в моём вкусе.
— Да я и не…
— Ну конечно, — презрительно морщится, — все вы «не того», «не этого», — показывает в воздухе пальцами кавычки, — я же сказал, чтобы ты не попадалась мне на глаза.
— Да нужен ты мне! — взрываюсь. Что за самовлюбленный тип?! Он реально думает, что мир крутится вокруг него?! — Я здесь работаю, вообще-то!
— Ты? — скептически выгибает бровь. — Это приличная компания, а не психушка. Как ты сюда попала? — требовательно спрашивает.
Нет, ну это уже сверх всякой меры. Что он себе позволяет?!
— Я. Здесь. Работаю, — четко проговариваю каждое слово.
— А я президент, не знала? — Ага, придурков. Я бы сказала вожак. — Короче, детка, — вдруг резко прижимает меня к себе, — ты мне за машину, так и не расплатилась. И, судя по твоему виду, не расплатишься. Предлагаю отработать.
Отработать? Он же не имеет ввиду…
Нет. Судя по тому, как призывно смотрит, как раз таки имеет. Мало того, что у него мания величия, так он еще и озабоченный!
— Отработать? — шиплю, а сама подступаю ближе. Сейчас я так отработаю,
— Вот это другой разговор, малышка, — ухмыляется и прикусывает губу. — А то начинаешь тут рассказывать, что «не того», «не этого». Знаю я вас, фанаточек.
— Тогда, может начнём прямо сейчас?
— Здесь? — изумленно таращит глаза.
Склоняю голову, а сама со всей дури врезаю этому козлу прямо в промежность.
Знай наших, кобелина!
— Т-ты, — скрипит зубами, сложившись пополам и держась за самое драгоценное. — Да я тебя…
— Валерия! — вдруг кричит Александр Александрович.
Матерь божья, только не говорите что он видел эту сцену! Это просто, черт побери, катастрофа!
— Пройдите ко мне в кабинет!
Последний раз пересекаюсь взглядом с этим хамом, который, как пить дать, уже мысленно закапывает мой труп.
Из двух зол выбирают меньшую, как говорится.
Поэтому я рысью бросаюсь в кабинет. Пусть меня и уволят за непрофессионализм, но по крайне мере останусь цела и невредима.
Сноски*
Сайдкик - персонаж второго плана в кино, передачах, шоу. В данном случае, второй ведущий.
Глава 4
Саша
Эта бешеная сука врезала мне по яйцам! Поверить не могу!
Прикладываю холодный лёд к своим причиндалам, и облегченно выдыхаю.
— Что ты сказала этой девчонке, что она тебе так зарядила? — ржёт Сэм.
На всех парах я примчался к нему в зал, как только первая вспышка боли прошла. Конечно, желание скинуть эту стерву с двадцатого этажа было велико, но вряд ли бы отец оценил.
Черт, впервые мне хотелось ударить женщину! Ладно. Может, не впервые (не будем забывать о Алевтине Георгиевне, и её дочурке), но впервые я так был близок к этому.
Кто она, млять, вообще такая? По-любому, приезжая. Вот же, понаехали из своего села!
Работает она у отца! Ну-ну. Считай, уже не работает. Странно, как её вообще взяли с такими колхозными замашками.
— Ты на чьей вообще стороне? — мрачно спрашиваю.
— Однозначно на стороне этой малышки. Уделала тебя в два счета. Умей достойно проигрывать, мой друг! — якобы утешающее хлопает меня по плечу. Нахрена я вообще ему душу изливаю?
— Она была очень убедительна, — в свое оправдание рычу. — Ты бы видел! Я реально думал, что она прямо посреди офиса встанет на колени и начнет мне отсасывать!
— Тебя дезориентировали. Женщины крайне коварные существа, — Сэм скидывает мокрую футболку, и начинает разминать мышцы.
Будь я телкой, то наверняка бы залип, но я мужик и вижу в этом лишь результат многолетнего труда. Каменные мышцы, шрамы, многочисленные переломы. Все это последствия ММА. Тяжелого и беспощадного спорта.