Обман
Шрифт:
— Кто ты? — наконец недоуменно прошептала Саша.
— Я — Алекс, твоя сестра, — прозвучало в ответ.
— Но у меня нет сестры… — пробормотала Саша, не отрывая от Алекс остановившегося взгляда.
— Значит, теперь будет, — сказала Алекс.
Она уже пришла в себя, вынула из сумки и поставила на край цветника вторую урну. Урну с прахом своей матери…
— И надписей нужно теперь тоже две: Вера Тимофеева и Юлия Тимофеева… — прошептала Алекс.
Она смотрела на две урны, стоявшие рядом. Прах Веры
Потом они молча закопали урны и пошли к выходу.
— Я тебе все расскажу потом… — пробормотала Алекс. — Не здесь… Хотя твоя мама, а моя тетя тебе наверняка многое давным-давно рассказала. Только ты не знала обо мне, вот и все… Правда?..
Саша вздохнула и кивнула.
Курносый водитель, стоявший возле своих раздолбанных «жигулей», увидев их рядом, потерял дар речи.
— Не бойся, все в порядке! — поспешила успокоить его Алекс. — Это моя сестра.
Парень стал медленно приходить в себя.
— Да-а… Вот это номер… Вы когда с кладбища вышли вдвоем, меня чуть кондрашка не хватила. Нет, честно! Все, думаю, ку-ку. Башню мне свалило, думаю.
Ушла одна — пришли две. Так, что, девчонки, в принципе надо бы добавить. За нервный шок.
— Да ладно болтать! — резко остановила его уже пришедшая в себя Саша. — Не заметил разве, что прически разные и одежда? Небось, сразу во всем разобрался, а теперь лепишь горбатого!
Она еще раз искоса окинула взглядом сестрицу. Да, одета что надо… И стрижечка будь здрав…
Алекс, не заметив ее завистливого взгляда, смеясь, протянула курносому еще одну стодолларовую купюру.
— Достаточно? У нас сегодня большая печаль. Но и большая радость. В первый раз в жизни сестры друг друга увидели. Ну что, поехали?
— Как это — первый раз? — поинтересовался лопоухий, садясь в машину. — Родные сестры — и в первый раз?!
— Мы не родные… — сказала Алекс.
— Как не родные? — опять изумился шофер. — Одно лицо — и не родные?
Алекс посмотрела на Сашу. Та внимательно взглянула на нее… Лица неотличимые, зато оформление очень разное…
— А в самом деле! Это что же получается? — с наигранным оживлением заговорила Саша. — Если наши матери близнецы, а отец — один, то мы, выходит, сестры больше, чем двоюродные. Мы — одноюродные, считай — родные!.. С ума сойти… Алекс радостно приникла к сестре.
— Ну конечно, родные!.. Родные!.. Водитель весело оглянулся на них.
— Так, может, раз такое дело, еще по стольничку?.. С каждой. А?.. За воссоединение семьи!
Саша усмехнулась.
— А жирно не будет? Он тотчас посерьезнел.
— Не будет. Я, может, на твоей сестре еще поженюсь. Посватаюсь, как положено, да поженюсь!
— Держи
— А что? Лично я ей понравился. У меня к ней тоже претензий нет. Иностранка, конечно… Ну, так мы же интернационалисты…
— Знаю я вас! За сто долларов вы все интернационалисты. Особенно с молодой девушкой, — отозвалась Саша.
Бомбила понял, что теперь ему здесь много не обломится — не на тех напал! Сестренки слишком крутые. Он сменил тон.
— Так я и бесплатно могу! От души. По мне главное, чтобы человек был хороший и строго противоположного пола. А президентики сами приложатся…
Сестры попросили веселого водителя высадить их возле Старого Арбата и дружески распрощались с ним. Он остался довольным и умчался дальше бомбить.
Алекс осмотрелась, подошла к банкомату около ресторана «Прага», открыла сумку и достала из отделения на молнии платиновую-кредитную карточку. Вокруг сновал народ, зажигались вечерние огни, откуда-то доносилась музыка…
— Сейчас, подожди две минуты, — попросила Алекс Сашу, с интересом наблюдающую за всем происходящим. Но главное, Саша успела пронаблюдать за цифрами кода, которые набирала сестра на клавишах банкомата. «А вдруг когда-нибудь пригодится?» — мелькнула мысль.
Алекс опустила карточку в банкомат и набрала код. Банкомат выдал пачку банкнот. Алекс взяла деньги.
— Ну, я думаю, нам пока хватит… Саша криво усмехнулась. Живут же люди… И это ее сестра?! Почему судьба так несправедлива к одним и так благосклонна к другим?!
— Да. На пару часов, — пробормотала Саша.
Алекс засмеялась.
— Посмотрим! А сейчас гулять!
— Ну, мы и гульнем… Я прямо чувствую. Лишь бы до дома на своих ногах добраться, — отозвалась Саша.
Первый шок от встречи с сестрой-американкой у нее давно прошел. Теперь Сашу терзала зависть и грызло чувство обиды на жизнь. За что Сашу всегда и везде преследует невезуха? За что она так мучается и страдает, когда ее близкие родственники живут, не испытывая ни невзгод, ни огорчений? Тетке когда-то повезло. Хотя это везение она организовала себе сама, обманув Сашину мать… Как же все несправедливо!
— Поскольку я пока ничего здесь не знаю, — сказала Алекс, — тебе решать, куда нам лучше пойти.
Саша ненадолго оторвалась от своих грустных горьких мыслей и стала обдумывать дальнейший план действий. Но продумать его до конца ей не дал подваливший к сестрам пожилой бомж.
— Красавицы! — умильно обратился он к ним.
пестры обернулись. Бомж в замешательстве протер глаза и вгляделся в стоявших перед ним женщин повнимательнее. Они постарались сдержать смех. Пахло от бомжа ужасно. Но Саша была привычная, а Алекс призвала на помощь всю свою воспитанность и тактичность.