Чтение онлайн

Теперь, вынужденный взглянуть в лицо обстоятельствам, Тедди понял, что, разбив окно в короне, он совершил страшную глупость. Но что еще можно было сделать? Джерри объяснил ему, что окно в короне открывается специальным ключом, выдававшимся некоторым охранникам. Один из них приятель Джерри - обещал забраться в корону после ухода людей из службы безопасности президента и отпереть среднее окно. Но что-то ему помешало, и, когда Тедди оказался в короне, весь мокрый и запыхавшийся оттого, что бежал по ступенькам изо всех сил, стараясь попасть туда первым, окно было заперто.

Джерри объяснил

мальчику, что если будут проблемы с окном, то ему следует забыть об антиядерном транспаранте и спускаться вниз. Но ставки были слишком высоки, чтобы отступать. Быстро, даже не подумав о том, что он делает, мальчик достал из мусорного ящика металлический стержень и несколько раз ударил им по маленькому центральному окошку.

После четвертой попытки стекло наконец разбилось. Возможно, это было эхо в короне, но Тедди показалось, что вместе со звоном разбитого стекла он услышал, как заплакала Леди Свобода.

Дверь офиса открылась, и вышел начальник службы безопасности. Он даже не взглянул на Тедди; он просто пошел по коридору, не произнеся ни слова. Затем в дверях показалась мама, и Тедди понял, что она по-настоящему сердита. Его мама сердилась не очень часто, только когда бывала сильно расстроена, но в такие моменты Тедди чувствовал, как что-то сжимается у него в желудке. Он тяжело вздохнул и опустил глаза, потому что у него не хватало духу посмотреть маме в лицо.

– Заходи, молодой человек.
– Голос ее звучал так, словно она только что наелась сосулек.
– Быстро!

В животе у Тедди что-то оборвалось. Похоже, его ждут действительно серьезные неприятности. Он не исключал неприятностей, но не таких больших. У мамы еще никогда не было такого сердитого голоса! Ему показалось, что желудок выворачивается наизнанку и сейчас его стошнит. Тедди попытался оттянуть время расплаты, еле-еле передвигая ноги и шаркая замечательными сапогами по полу холла перед дверью, но мама схватила его за руку и затащила в офис. Дверь со стуком захлопнулась.

Людей из охраны в комнате не было. Там были лишь Тедди, его мама и Далли. Далли стоял у окна, скрестив на груди руки.

Поскольку солнце светило мальчику в глаза, он не очень отчетливо видел лицо Далли и был только рад этому. Когда они стояли на верхнем этаже Эмпайр-Стейт-Билдинг, Далли сказал, что любит его, и Тедди так хотелось в это верить! Он лишь боялся, что эти слова Далли заставила произнести мама.

– Тедди, мне так за тебя стыдно, - начала его мама.
– Я даже представить себе не могла, что мой сын способен на такой поступок. Ты поступил со статуей как вандал! Как ты мог совершить такое?
– Голос у мамы слегка дрожал, словно она была очень, очень расстроена, и даже акцент ее слышался сильнее обычного. Тедди пожалел, что он уже слишком большой и его нельзя просто отшлепать, что было бы гораздо легче перенести, чем все эти слова.
– Это просто чудо, что против тебя решили не выдвигать никаких обвинений. Я всегда так доверяла тебе, Тедди, а теперь даже не знаю, смогу ли когда-нибудь доверять снова! То, что ты сделал, незаконно...

Чем больше она говорила, тем ниже опускалась голова мальчика. Он не знал, что было хуже - повредить статую Свободы или так сильно

расстроить маму. Тедди почувствовал, как горло сжимается и он вот-вот заплачет. Он может расплакаться как сопляк прямо на глазах у Далли Бодина! Тедди не отрывал взгляда от пола, ощущая такую тяжесть в груди, словно туда ему кто-то напихал камней. Дрожа всем телом, он глубоко вздохнул. Он не может заплакать на глазах у Далли. Уж лучше умереть, чем это!

Слеза скатилась по щеке и крупной каплей шлепнулась на носок одного из его замечательных сапог. Тедди размазал каплю второй ногой, чтобы Далли ее не заметил. Мама продолжала говорить о том, как она не сможет ему больше доверять, как сильно она разочарована, и следующая капля упала уже на второй сапог. В желудке была боль, горло сжимало, и Тедди хотелось лишь одного: усесться на пол, обнять одного из своих старых плюшевых мишек и по-настоящему расплакаться.

– По-моему, достаточно, Френси.
– Голос Далли был не очень громким, но серьезным, и мама сразу замолчала. Тедди украдкой вытер нос рукавом. Оставь нас, дорогая, и подожди минутку в холле.

– Но, Далли, я...

– Не спорь, дорогая. Мы через минуту выйдем.

"Не уходи!
– захотелось закричать Тедди.
– Не оставляй меня с ним наедине!" Но было уже слишком поздно. Через несколько секунд мальчик услышал звук материнских шагов и стук захлопнувшейся двери. Еще одна слеза скатилась по щеке Тедди, и, попытавшись перевести дыхание, он тихонько икнул.

Далли подошел к нему ближе. Сквозь слезы мальчику были видны манжеты его брюк. Затем он почувствовал, как Далли обнимает его за плечи и прижимает к себе.

– Иди сюда, сынок, и поплачь, сколько тебе нужно, - произнес мягко Далли.
– Знаю, как трудно бывает по-настоящему поплакать, когда рядом женщина, а у тебя был такой тяжелый день!

Тедди почувствовал, как что-то тяжелое и мучительное, глыбой давившее внутри, вдруг исчезло.

Далли опустился перед ним на колени и прижал мальчика к груди. Тедди обнял его крепко за шею и заплакал с такой силой, что долго не мог остановиться и с трудом переводил дыхание.

Далли гладил ему спину под рубашкой, называл сыном и обещал, что рано или поздно все будет хорошо.

– Я не хотел повредить ее, - всхлипывал Тедди, уткнувшись в шею Далли.
– Я люблю статую. Мама сказала, что больше не будет мне доверять!

– Когда женщина так расстроена, она не всегда говорит то, что думает на самом деле.

– Я люблю маму.
– Тедди снова икнул.
– Я не хотел ее так огорчать.

– Я знаю это, сынок.

– Мне прямо плакать хочется, когда я вижу, как она из-за меня расстраивается.

– Поверь, сынок, ей еще тяжелее, чем тебе.

Тедди наконец собрался с духом и поднял глаза. Но из-за слез вместо лица Далли он увидел лишь расплывшееся пятно.

– Мама, наверное, миллион лет не будет выдавать мне карманные деньги.

Далли кивнул.

– Боюсь, это вполне вероятно.
– Затем Далли притянул голову мальчика к своей груди и поцеловал Тедди около уха.

Тедди замер на несколько секунд, привыкая к прикосновению шершавой щеки, так непохожей на мамину.