Неженка (Том 2)
Шрифт:
Далли повернулся к галерее и увидел, что на него смотрит Франческа. Пока он на нее смотрел, Франческа поставила одну ногу в босоножке перед другой и слегка согнула колени, так что смешная оборка в горошек на ее платье поднялась вверх по ногам.
Она отвела плечи, и тонкий хлопок прилип к груди, подчеркивая замечательные формы. "Это - твой приз!– ясно говорило ему это маленькое тело.– Не забывай, ради чего играешь!"
Он выбил мяч на фарвей перед пятнадцатой лункой, обещая себе, что, когда все кончится, он никогда и близко не подойдет к женщине с таким сволочным сердцем. Как только турнир окончится, он
Далли с трудом сделал пар на пятнадцатой и шестнадцатой лунках. С тем же результатом прошел их и Никлое. Сын Джека все время был с отцом, подносил клэбы, помогал "читать" грин.
А сын Далли стоял за ограждением в свитере с надписью "Рожденный задать всем жару" с выражением бешеной решительности на лице. У Далли становилось легче на сердце каждый раз, когда он бросал взгляд в его сторону. Черт побери, а ведь это напористый маленький человечек!
Семнадцатая лунка была расположена хоть и недалеко, но жутко неудобно. Джек немного поболтал с публикой и направился к грин. Он зубы съел на решающих ударах, словно ничего не любил так, как поставить все на карту. У Далли взмокли майка и перчатки. Он был известен своими шутками с публикой, но сейчас хранил зловещее молчание. Николас играл одну из лучших игр в своей жизни, прогрызаясь через фарвеи, пробиваясь через грин. В сорок семь уже поздновато так играть, но кто-то забыл сказать об этом Джеку. И сейчас только Далли Бодин стоял между величайшим игроком в истории спорта и очередным титулом.
Кое-как Далли удалось сделать еще один пар, но и Джек показал такой же результат. К последней лунке они подошли с одинаковым счетом.
Балансируя с двумя портативными камерами на плечах, телеоператор следил за каждым движением двух игроков, направлявшихся к восемнадцатой метке. Дикторы телесети нагромождали одну превосходную степень на другую, пока весть о потрясающем соревновании на поле "Ветхий Завет" не разошлась по всему спортивному миру, и рейтинг телесети в этот воскресный полдень поднялся до заоблачных высот. Вокруг игроков толпились уже тысячи людей; они пребывали в лихорадочном возбуждении, сознавая, что не пропустят завершения турнира, что бы ни случилось. Далли покорил этих людей, еще будучи новичком, и они годы ждали, когда же он выиграет главный приз. Однако публика склонялась к мнению, что опять победит Джек. Пока все шло, как на турнире "Мастере" восемьдесят шестого года, когда Джек мчался к финишу, как бык, несокрушимый, словно сама природа.
И Далли, и Джек услали мяч с восемнадцатой метки мощным драйвом. У лунки был большой пар - пятерка, поскольку весь грин, кроме левого угла, был намертво перекрыт озером.
Его называли озером Хогана, потому что оно стоило великому Бену Хогану чемпионского звания на "Ю.С. Классик" в пятьдесят первом году. Бен попробовал перебросить мяч через озеро, не обходя его вдоль берега. С тем же успехом это озеро можно было назвать и в честь Арни, или Уотсона, или Снида, потому что все они в разное время испытали его коварство.
Джек рисковать не собирался: он не смог бы выигрывать все важные мировые чемпионаты, основываясь на безрассудной храбрости. Поэтому он решил не бить прямо на флаг, делая самоубийственный бросок через озеро, а нацелил свой второй удар в безопасное место слева от озера Хогана и красиво отправил мяч в полет,
Далли почувствовал, как страх, словно коварный яд, расползается по всем его сосудам. Для того чтобы догнать Никлоса, он должен был ударить так же - послать мяч влево от озера, а потом перебросить его на грин. Это был трудный удар и в лучших условиях, но сейчас, когда на него с трибун смотрели тысячи людей, миллионы видели его на экранах телевизоров, когда на волоске висел титул чемпиона и в руках не могла уняться дрожь, - сейчас Далли понимал, что ему с этим не справиться.
Страх разрастался в горле Далли, казалось, что еще немного - и он задушит его. Он не сможет сделать этого - у него просто не получится! Далли повернулся, инстинктивно ища глазами Франческу. Она выглядела уверенно поднятый подбородок, высокомерно вздернутый носик, - она посылала ему вызов...
А потом он увидел, что все это показное. Франческа больше не могла играть в эту игру. Ее подбородок опустился, выражение смягчилось. Она смотрела на Далли, смотрела прямо в душу, понимала его страх и умоляла держаться. Ради нее... Ради Тедди... Ради всех их...
"А ты собираешься разочаровать ее, Бодин, - язвил Медведь.– Ты ведь разочаровал всех, кого любил, и готов сделать это еще раз!"
Губы Франчески двигались, произнося одно слово: "Пожалуйста!"
Далли смотрел вниз, на траву, думая обо всем, что Франческа сказала ему тогда, а потом отправился к Скиту.
– Я собираюсь добраться прямо до флага, - сказал он.– Хочу бить через озеро.
Он ожидал, что Скит завопит на него, обзовет глупцом, но Скит только глубоко задумался.
– Тебе придется послать мяч на двести сорок метров и заставить его остановиться на пятачке.
– Я это знаю, - спокойно ответил Далли.
– Если ты сделаешь безопасный удар вокруг озера, то у тебя будет хороший шанс догнать Никлоса.
– Мне надоели безопасные удары, - сказал Далли.– Я бью на флаг!
Джейси уже давно лежал в могиле, и Далли ничего не нужно было доказывать этому сукиному сыну. Френси была права. Не попытаться - больший грех, чем проиграть!
Он бросил на нее последний взгляд. Франческа и Холли Грейс схватили друг друга за руки, будто собирались спрыгнуть с края земли. У Тедди устали ноги, и он сидел на траве, но выражение решительности не сходило с лица.
Далли сосредоточился на том, что ему предстояло сделать, пытаясь совладать с натиском адреналина, который мог больше навредить ему, чем помочь.
"Хоган не смог перебросить мяч через озеро, - прошептал Медведь.– С чего ты взял, что у тебя это выйдет?"
"Потому что я хочу этого сильнее, чем Хоган, - ответил Далли.– Я хочу этого гораздо сильнее!"
Когда Далли встал к мячу и зрители поняли, что он собирается делать, на трибунах поднялся ропот недоверия. Лицо Никлоса было по-прежнему бесстрастно. Может быть, он и думал, что Далли совершает ошибку, но сумел сдержать свои эмоции.
"Тебе никогда этого не сделать", - прошептал Медведь.