Чтение онлайн

Галина поглядывала на своих бывших приятелей из-за широкой спины Андрея и злорадно усмехалась. Почему-то ей совсем не было страшно. К тому же она решила внезапно, что ни за что не бросит этого мужественного парня в беде.

— Геть ко мне, Кривчиха. Быстро! — прогремел категоричный бас слева. — Слышь, тебе говорю!

— Отвянь! Хочешь снова ментовское говно скрести? — лихо отбрила Галина.

— Да я его тебе в п… затолкаю и цементом замурую, лярва! — ответили ей.

Кольцо вокруг Галины и Андрея медленно, но верно сужалось.

— Пошли! —

велел Андрей Галине, подпрыгнул, выкинул вперед левую ногу. Два «качка» мгновенно очутились на полу. Он стиснул запястье девушки и потащил ее в образовавшуюся брешь.

Галина пришла в себя на клумбе возле входа в клуб. Где-то поблизости противно выла сирена милицейской машины. Она попыталась встать, но правая нога не слушалась.

— Ты ее подвернула. Сейчас все будет в порядке.

Андрей помял ее лодыжку, потом резко дернул. Галина взвыла от невыносимой боли. Из ее рта как горох посыпались родненькие матерки.

— Ну что, полегчало? — поинтересовался Андрей и похлопал девушку по щеке. — Куда тебя доставить?

— Без тебя доберусь. — Она попыталась встать на обе ноги, но ей это не удалось. — Вот черт! Чтоб у тебя яйца сгнили! На кой хер ты ввязался в драку? Мне что, теперь на костылях прыгать?

Это были самые пристойные слова из ее лексикона. Почему-то ей совсем не хотелось разговаривать с этим летчиком на матерном языке.

— Я не привык бегать с поджатым хвостом. Да и эти лбы не из тех, кто соблюдает правила честной драки. Так тебе куда? — Андрей легко подхватил Галину на руки и направился в сторону освещенной Московской улицы. — Как ты думаешь, мы сможем поймать здесь такси?

Через три минуты они уже сидели на заднем сиденье машины. Галина дала шоферу адрес. Она жила в барачном районе, который в их городе называли «клоповником». Ей не хотелось, чтобы ее новый знакомый видел, где она обитала, а потому сказала:

— Завезем тебя, а потом поеду к себе. Похоже, ты, старлейтик, залетел в наш курятник сдуру.

Андрей посмотрел на девушку и весело рассмеялся. Воистину было над чем: тушь потекла, парик сбился набок, обнажив короткую — тифозную — щетину темных волос. Дело в том, что Галина совсем недавно переболела стригущим лишаем. На правой щеке вспухла глубокая свежая царапина.

— Что, цыпленок, в цирк пришел, что ли? — совсем беззлобно сказала Галина и показала Андрею язык. — Ну да, мы же с тобой оказались против тысячи вдвоем.

Это были слова старой пиратской песни из любимой и чуть ли не единственной прочитанной Галиной книги. Одному Богу известно, почему они вдруг пришли ей на ум.

— Луговая, двадцать восемь, — сказал Андрей водителю. — Тебе, красавица, не мешало бы слегка привести себя в божеский вид. — В «клоповнике» суровые законы.

— Ты из местных? — Галина раскрыла рот от удивления. — А где это твоя Луговая? Это там, где Сталин селил недобитых буржуев?

— Совершенно верно. Так называемый Академгородок. Хотя саму академию, как тебе, наверное, известно, давным-давно прикрыли.

Галина притихла. Нога разболелась так, что хоть вой.

Но разве она могла признаться в этом своему новому знакомому из «академиков»?

Машина остановилась перед шикарным, с точки зрения Галины, домом, над высоким крыльцом которого горел белый фонарь.

«Ничего себе, — подумала она. — Вот буржуи недорезанные».

Андрей расплатился с шофером, вышел из машины и протянул Галине руку. Она наступила на больную ногу и в буквальном смысле слова завыла. Он быстро подхватил ее на руки, взбежал по ступенькам на крыльцо, толкнул ногой дверь.

Они очутились в ярко освещенной просторной комнате с окнами во всю стену. Она называлась «веранда», но Галина в ту пору этого знать не могла. За богато накрытым, уставленным бутылками столом очень прямо сидели красиво одетые люди и о чем-то весело разговаривали. При их появлении все разом замолчали.

— Извините, — сказал Андрей. — Случилось ЧП. Но все будет в порядке.

Он подошел к занавешенным бархатными шторами дверям, раздвинул их плечами, сделал несколько шагов по тускло освещенному коридору и осторожно опустил Галину на пол в небольшой комнате с белоснежной раковиной и душем под потолком.

— Сумеешь искупаться сама? Сейчас зажгу колонку и принесу тебе чистое полотенце.

Галина села на пол, стащила через голову узкое тесное платье и с удовольствием встала под ласковые струи горячей воды. У них дома не было даже туалета, не говоря уж об остальных удобствах. Летом Галина купалась под душем в сарайчике — примитивное сооружение из ее детской оцинкованной ванночки и пластмассового наконечника от лейки, который она подобрала в песочнице. Зимой они с матерью грели на печке выварку. Какое же это было райское наслаждение чувствовать, что тебя со всех сторон омывает чистая горячая вода. Галина облокотилась о кафельную стенку, закрыла глаза и забылась сладким сном.

Между тем Эвелина Владимировна вышла на кухню, где хлопотал ее сын, приготовляя чай для себя и своей гостьи.

— Это еще что за номер? — недовольно спросила она. — Где ты откопал эту… грязнулю?

— Она совсем не то, что ты думаешь, мамочка. На нас напали в «Энергетике» «качки». Она вывихнула ногу и не может ходить.

— Зайчик, ты мог бы проявить великодушие к своим родителям и зайти с черного хода. Сегодня у твоего папули такой замечательный день.

— Я совсем забыл, мама. Извини. Я был так возбужден.

Он обнял Эвелину Владимировну за плечи, чмокнул в разгоряченную от выпивки щеку и стал наливать чай в чашки.

— Постой. Это сервиз для гостей. Возьми глиняные кружки, — сказала Эвелина Владимировна.

— Ну что ты, мама. Сегодня у нас всех такой праздник. Кто же пьет по праздникам из глиняных кружек?

Он улыбнулся ей так широко и счастливо, что ее сердце растаяло.

— Несносный мальчишка. Вечно что-нибудь отмочишь. — Она игриво шлепнула сына по спине. — Ладно, зайка, я пошла к гостям. Ждем тебя вместе с твоей новой приятельницей. За тобой еще тост в честь папиного пятидесятилетия.