Чтение онлайн

Мой ответ не успокаивает маму. Она хочет сказать что-то еще, но мой взгляд останавливает ее. Мама оставляет этот разговор в покое, и мы заканчиваем наш ужин. Адам пытается сменить тему и начинает рассказывать о каком-то ненормальном клиенте, который решил провести улетную вечеринку на борту одного из его самолетов. Я притворяюсь, что слушаю, улыбаюсь и смеюсь, когда нужно. Повернув голову налево, я вижу, как Ари обнадеживающе улыбается мне. Мы должны выбраться отсюда. Я должен многое объяснить своей девушке.

Официантка

приносит счет. Бен достает свою карточку, но Адам настаивает на том, чтобы оплатить наш ужин. После небольшого представления, устроенного Элизабет, я думала, что мы уйдем из ресторана пораньше. Но к счастью, отчим Бена нашел способ разрядить обстановку. Я очень переживаю, нам с Беном нужно о многом поговорить. Мне даже страшно садиться в машину и ехать домой. Я знаю, что он сказал, но есть большая вероятность, что он все-таки уедет. Его мать права. Кто упустит шанс учиться в Гарварде? Я понимаю, что Бен хочет быть рядом со своей бабушкой, но Розмари не позволит ему отказаться от этой великолепной возможности. Я не настолько наивна, чтобы думать, что он изменит планы на жизнь ради меня, и не настолько эгоистична, чтобы попросить его об этом.

Бен дотрагивается до моего плеча, прерывая мои тревожные мысли, и я смотрю на него. Я не заметила, что все уже встали из-за стола. Он придерживает меня за локоть, чтобы помочь подняться, и мы выходим из ресторана.

— Спасибо за приглашение на ужин, — говорю я, протягивая руку Адаму.

— Было приятно познакомиться, Ари. Мы надеемся увидеть тебя снова, — отвечает он с искренней улыбкой, пожимая мою ладонь.

Я не уверена, что его вторая половина согласна с ним, но это приятно слышать. Элизабет тоже протягивает руку и слабо пожимает мою.

— Было приятно снова с тобой встретиться, — произносит она с натянутой улыбкой.

Да уж, приятно. Я еле сдерживаюсь. Бен обменивается рукопожатиями с Адамом, а потом мать обнимает его, целуя в обе щеки.

— Я позвоню тебе, — говорит она Бену, и затем они направляются к ожидающему их на обочине черному автомобилю.

Бен поворачивается ко мне и улыбается.

— Готова? Уже довольно поздно.

— Да.

Он держит меня за руку, когда мы возвращаемся к машине. Нас словно окутывает нервозность — мы оба не уверены друг в друге. Добравшись до машины, Бен открывает для меня дверь. Я сажусь на пассажирское сиденье и жду, когда он устроится на водительском месте. Захлопнув дверь, Бен кладет руки на руль и раздраженно вздыхает. Затем откидывает голову на подголовник и прикрывает глаза.

— Я собирался рассказать тебе, — выдыхает он, все еще держа глаза крепко закрытыми. У меня к нему миллион вопросов, но если я начну спрашивать, вряд ли смогу остановиться. Я жду, пока Бен объяснит мне все сам.

Он, должно быть, принимает мое молчание за гнев и немедленно открывает глаза, чтобы посмотреть на меня.

— Малышка, клянусь тебе. Я не специально скрывал все это от тебя. Столько всего произошло, и я даже не вспоминал об этом.

Я верю ему. Действительно столько всего произошло. Да и, если честно, я никогда не спрашивала о его дальнейших планах.

— Ари?

— Это просто шок.

Но мы должны были об этом поговорить. Я не злюсь. Я знаю, что многое происходит прямо сейчас. А для нас это все в новинку. Это просто...

Я не хочу плакать, но проклятые слезы текут сами по себе. Бен прикасается к моему лицу, нежно вытирая их, заставляя меня плакать сильнее. Напряжение этого безумного дня переполняет меня.

— Пожалуйста, не плачь. Прости, детка. Пожалуйста.

Я качаю головой и обхватываю себя руками, отталкивая его. Вытирая влагу тыльной стороной ладони, я злюсь на себя за то, что не сдержалась.

— Прости. Знаешь, это слишком. Мы только встретились, а мысль о том, что ты уедешь...

— Но я не... — твердо отвечает Бен.

— Ты не можешь так говорить. Твоя мать права. Это Гарвард, Бен. Как ты сможешь не поехать?

— Честно говоря, я подал документы, чтобы просто посмотреть, смогу ли пройти. Я никогда не планировал туда поступать. Я не могу оставить бабушку, и теперь, когда я нашел тебя...

— Нет, молчи. Я не буду вмешиваться в твои решения. Как бы больно мне ни было из-за твоего ухода, я никогда не заставлю тебя выбирать.

— Знаю, и именно поэтому я с тобой.

Бен наклоняется и целует меня. Сначала в губы, а затем в закрытые глаза. Слезы продолжают течь, и он вытирает их руками.

— Я не уеду. Не смогу.

— А что насчет Лондона?

Он раздраженно выдыхает.

— Этот разговор состоялся у меня несколько месяцев назад с одним из старых партнеров отца. Он спросил, начал ли я искать стажировку на лето, и упомянул, что они ищут стажеров в свой офис в Лондоне. Если я хочу, могу поработать у него, а также у них есть офис в Лос-Анджелесе. Я еще не согласился.

Я смотрю на свои руки.

— Я даже не говорил матери о Лондоне. Должно быть, он сказал ей. Он звонит время от времени, чтобы проверить нас.

Бен поворачивает к себе мое лицо за подбородок, и я смотрю на него.

— Сейчас все хорошо? Могу я отвезти тебя домой, чтобы уже лечь в постель? — говорит он, поигрывая бровями, и я начинаю смеяться. Он улыбается и потирает большим пальцем мою щеку. — Я весь вечер умирал от желания вытащить тебя из этого платья.

Я выруливаю с парковки и направляюсь домой к Ари. На данный момент мы все прояснили. Ненавижу видеть, как она плачет, особенно если я — причина этих слез. Конечно, для меня честь попасть в Гарвард. Я имею в виду, сколько людей могли бы сказать, что они поступили. Я сказал Ари правду. Я просто подал заявку. Никогда не думал, что они меня примут. Но, даже если бы бабушка не заболела, я бы все равно никуда не поехал. Мне нравится жить в Лос-Анджелесе. Конечно, здесь не так заметна смена сезонов погоды, но если мне захочется увидеть снег, то мы находимся всего в часе езды от курорта «Большой Медведь». (Примеч.: «Большой Медведь» — условное название, объединяющее несколько локальных курортов: Bigbearlake, Bigbearcity и горнолыжный склон Bigbearmountain). Если захочу на пляж — то же самое. Я никогда не смогу покинуть Лос-Анджелес. Это мой дом.