Чтение онлайн

— Я не знала тогда, чего лишена.

— Хреново же ты жила, вот что я скажу. Ладно, Бог с ним. Пошли, дам тебе иголку и нитку, раз ты не хочешь, чтобы я быстренько сгоняла в магазин и купила тебе что-нибудь.

— Я же сказала, собой я займусь, когда уплачу тебе за квартиру.

— Ну, это скоро. Я беру двадцать пять баков в месяц.

— Аманда!

— Что?

— Я немедленно уеду, если ты будешь занижать цену.

— Х-ха! Интересно, сколько может стоить комната в восьмикомнатном особняке в Терри-тауне? Вот что, поскольку нам пока не с чем сравнивать, я имею

право назначать любую цену, какую захочу. Скажем, сотня. Приятное, круглое число. Но поскольку ты въехала в крайне удачный день… Короче, специальное предложение. Исключительно в рекламных целях. Первый месяц бесплатно.

— Аманда!

— Ты не надейся, что легко отделаешься. Видела, какая красота? Так вот, я живу пока только в трех комнатах, да одна твоя. А моя мечта — довести этот дом до ума и закатить потом по этому поводу грандиозный праздник. И вот когда я займусь реставрацией вплотную, ты у меня будешь работать, как раб на плантации, без всякой пощады.

— Обещаешь?

— Клянусь! И спорю на… новую куртку для тебя, что к лету мы все закончим.

— Идет!

К тому времени, как Ширли отправилась на работу, жизнь явно наладилась. Да и небо прояснилось, поэтому Ширли отказалась от предложения Аманды подбросить ее на машине и решила прогуляться.

Второй день ее простой жизни. Обыкновенной. Новой. Ширли едва не запрыгала на одной ножке от удовольствия.

Она постучала в дверь ресторана, и Тим вышел ей навстречу с улыбкой, как всегда, аккуратный, отглаженный и причесанный. Брюки и рубашка несомненно были другие, свежие, но выглядели точно так же, как вчерашние, и Ширли брякнула:

— Это ваша униформа, да?

— В каком смысле?

— Ох, я думала… ну, просто вы и вчера…

— Ах, это. Знаете, я небольшой модник. Не люблю новые вещи, ношу то, к чему привык. Аманда на меня ругается. Вы вот тоже…

Ширли стало стыдно. Тим добрый, мягкий, не сделал ей ничего, кроме добра, а она его обидела! Ну и что, что Брэнд успел сменить уже три костюма! Зато он поступил с ней отвратительно, а Тим…

— Простите меня, Тим. Я сказала глупость. На самом деле мне очень нравится ваш стиль. Он вам идет на все сто процентов.

Тим просветлел лицом.

— Вы правда так считаете, Ширли?

— Конечно! Это стиль… надежный и неброский.

— Не слишком впечатляет, наверное?

— А иногда впечатлять и не нужно.

— Это хорошо. Знаете, я всю жизнь был неброским, надежным и ординарным человеком.

— И никогда не бунтовали? Подростком, в детстве, в юности?

— Никогда. Иногда мне кажется, что нас с сестрой зомбировали. Или клонировали. Она стала школьной учительницей, как мама. Я стал заниматься ресторанным бизнесом, как папа. Отучился три года, работал в маленьком корпоративном заведении. Я никогда не стану богачом, но вполне гожусь для среднего класса. Женился на своей школьной любви, у нас было… то есть… есть двое детей. Единственное, что пошло не по плану — это когда она погибла в той автокатастрофе. Это меня как-то выбило из колеи.

— Простите, я не знала насчет жены…

— Ничего. А вам надо познакомиться с детьми: Приходите к нам как-нибудь на обед,

идет?

Ширли была застигнута врасплох этим бесхитростным приглашением и кивнула.

— Конечно. С удовольствием.

Дверь распахнулась, пропуская молодую женщину с ярко-оранжевыми волосами. В тон прическе были и ее кроссовки на толстенной подошве. Ширли глаз не могла отвести от этой красоты.

Девица выдула огромный пузырь жвачки и весело сообщила:

— Привет, я Леона. А ты — новая девочка?

— Я Ширли.

— Помогу, чем смогу. Я помню, каково это — быть новенькой.

Леона посмотрелась в зеркало и улыбнулась своему отражению оранжевыми губами. По сравнению с ней лицо Ширли казалось каким-то голым…

— Видала сегодня по телеку самого клевого законника Остина?

Ширли покачала головой. Ее совершенно не волновали телевизионные новости.

— Просто этот Мэрфи такой красавчик, что я бы ждала его до конца жизни, кабы у меня был хоть один шанс дождаться. У него такие глаза, рот, мускулы, даже морщинки вокруг глаз, что смотришь и думаешь: во, это мужик! Ну мужик! Вообще-то я давно знаю, что он МУЖИК, потому что однажды он меня возил к себе…

Ширли не хотелось слушать дальше. Не хотелось знать о том, что для Брэнда снимать девушек из бара было привычным делом. Ярость вскипала пополам с обидой, но Ширли справилась с собой.

— А почему его показывали по телевизору?

— Да он там в историю попал…

— Он попал в аварию?!

— Да нет, что ты! Он говорил про какую-то дурацкую реформу тюрьмы, так, что ли… Ты же не интересуешься политикой, верно? В смысле, ты же не из них?

— Нет, конечно нет.

— Хорошо, а то мы тут уже несколько раз огребали за разговоры не про то. Короче, странная история, даже для ребят из Капитолия. Брэнд просил зрителей помочь ему разыскать одну бывшую зечку, которая написала какие-то дурацкие статьи. Эта баба нужна ему для того, чтобы его эта реформа прошла через… ну, через что они там проходят.

Ширли чувствовала, как холодеют ноги и руки. Во рту стало сухо.

— Он… назвал ее имя?

— Ты не слушаешь, что ли? Она не подписывалась, и имени ее никто не знает.

— Анонимно…

— Во-во. А ты в курсе, да?

— Нет. Просто слово знаю. Анонимно — значит без подписи.

Леона немедленно обиделась и скрестила руки на груди.

— А вот мне сдается, ты у нас больно умная. Но не советую задаваться, если хочешь, чтоб я тебе помогла, когда будет запарка. Тогда тебе твои мудреные слова не помогут.

Выдув очередной пузырь, оранжевая Леона отбыла встречать группу первых посетителей. Ширли хотела было догнать ее, объясниться, возможно, даже попросить прощения… но побоялась. Вдруг с языка снова сорвется что-то, чем она выдаст себя?

Ей казалось, что стены медленно смыкаются вокруг нее.

— Я хочу пойти в «Чили Коув»! Вы с Биллом так любите этот ресторанчик, что я хочу сама увидеть, в чем же его привлекательность!

Ванесса надула губки — насколько смогла. Впрочем, это усилие пропало впустую, Брэнд смотрел мимо нее. И ответил коротко и равнодушно: