Чтение онлайн

Я неторопливо зашагал по вымощенной тротуарной плиткой дорожке.

"Красота! Тишина и покой! Даже не верится, что я в столице. Где свойственные ей суета, спешка, многолюдье? Оказывается, Москва такая не вся, и в ней существуют островки, напоминающие тихую, спокойную провинцию. Какое изумительное место для отдыха! А что это там вдали? Какой-то храм".

Я решил осмотреть его поближе. Пройдя еще немного вперед, я поднялся по лесенке наверх.

"Ба, да это не просто какая-то церквушка. Это целый музейный комплекс".

Ознакомившись с информацией, размещенной на стенде, я уяснил, что

нахожусь на территории парка-заповедника "Коломенское", что привлекший мое внимание белоснежный храм носит название церкви Вознесения, и что сооружен он аж в X?V веке по распоряжению великого князя Василия???.

Полюбовавшись его мощным куполом, я хотел уже было продолжить свой путь, как вдруг за моей спиной раздался робкий голос:

— Молодой человек, простите, Вы не местный?

Я обернулся. Рядом со мной стояли две скромно одетые пожилые женщины. На голове каждой из них был повязан белый платок.

Мне вдруг дико захотелось прихвастнуть своим столичным статусом. Я придал себе бравый вид и ответил:

— Да. А что?

— Вы не могли бы подсказать, как пройти к Голосовому оврагу?

Я недоуменно нахмурил лоб.

— Какому Голосовому оврагу?

Женщины, переглянувшись, вздохнули.

— Ну вот, а говорите, что местный. Если бы Вы были местный, Вы бы обязательно это знали.

Мои щеки предательски покраснели. Называется, порисовался! Сам же поставил себя в дурацкое положение. Во мне заговорило чувство вины.

— Я действительно здесь живу, — попробовал оправдаться я. — Но только недавно.

Женщины отмахнулись и отошли в сторонку, выискивая кого-нибудь еще.

Меня наполнило любопытство. Голосов овраг! Что это за диковина, если каждый местный житель обязан о нем знать? Чем он знаменит?

Обойдя заповедник, я вернулся домой. Мои родственники окучивали огород. Я подошел и поздоровался.

— Ну, где ты ходишь? — с укором спросил меня дядя Саша. — Был я у Кузьменко. Он согласен тебе посодействовать, если ты, конечно, не передумал переквалифицироваться в охранники.

— Не передумал, — ответил я.

— Тогда подожди полчасика. Грядку закончу и сходим.

— Может, помочь?

— А что, помоги, — отозвалась тетя Клава. — Втроем оно быстрее пойдет.

Я сходил в сарай, взял лопату, и принялся перекапывать землю.

— Тетя Клава, — спросил я. — А что у вас тут за Голосов овраг?

— Есть здесь такой, — кивнула она. — За яблоневыми садами находится. А где ты уже успел о нем узнать?

Я вкратце поведал о своем недавнем конфузе.

— Это, наверное, лечиться приехали, — предположила тетя Клава. — Их тут целые табуны ходят. Там, в овраге, есть два больших валуна. Говорят, от них исходит какое-то сильное излучение, которое многие болезни излечивает. Вот народ и валит. Правда это, или нет — не знаю. Но ты в этот овраг лучше не спускайся. Нехорошее это место.

— Чем же оно нехорошее? — поинтересовался я.

— Тем, что аномальное, — разъяснила тетя Клава. — Нечистое. Слава о нем идет дурная. Люди там время от времени пропадают. Спустился человек в овраг, а обратно не вышел.

— Вот те раз! — изумленно присвистнул я. — И часто такие случаи бывали?

— Не часто, но бывали. За то время, что я здесь живу, там два человека

бесследно исчезли. Федеральный розыск объявляли. Так и не нашли. И раньше такое бывало. Ученые говорят, что по этому оврагу проходит какой-то разлом.

— Интересно, — протянул я.

— И особенно держись от него подальше, когда в нем туман. Говорят, что когда туман в овраге приобретает зеленоватый оттенок, там открывается портал в параллельный мир, и всякие черти наружу вылезают.

— Да хватит тебе ерунду молоть! — раздраженно бросил супруге дядя Саша, обивая лопату от земли. — Сказок понавыдумывали, а ты в них веришь.

— Никакие это не сказки, — обиженно возразила тетя Клава.

— А ну тебя! — отмахнулся дядя Саша. — Тем, кто это распространяет, пить надо меньше. А то хряпнут в овраге сверх всякой нормы — у них и черти, и зеленый туман, и белая горячка впридачу.

— Э-э-э! Остряк! — с упреком бросила тетя Клава, и снова обратилась ко мне. — А в овраг, все-таки, лучше не ходи. Мало ли что там…

Борька Кузьменко оказался невысоким худощавым мужичком, лет сорока пяти, с покатым лбом, близко посаженными глазами, и острым, вытянутым подбородком. Он изучающе оглядел меня с головы до ног и скептически поцокал языком:

— М-да, не впечатляешь.

Я вздохнул и развел руками по сторонам. Мол, какой есть — такой есть.

— К директору я тебя, конечно, подведу. Но возьмет он тебя, или нет — того не ведаю. Ручаться ему за тебя не буду. Уж извини. Вижу тебя в первый раз. Кто его знает, что ты за птица. Давай так. Сегодня у меня выходной. А завтра заходи к семи утра. Идти здесь недалеко. От силы полчаса. Я тебя представлю, а там уж все зависит от тебя, как ты покажешься.

— Спасибо, — поблагодарил я.

— Пока еще не за что, — ответил Кузьменко…

Оставшуюся часть дня я решил провести с пользой.

Библиотека встретила меня мертвой тишиной. В читальном зале не было ни души. Я подошел к стойке. Сидевшая за ней пожилая дама с пышной прической и в больших круглых очках оторвалась от толстого журнала и вопросительно посмотрела на меня.

— Здравствуйте, — обратился к ней я. — Вы не могли бы помочь мне с литературой по такому вопросу. Я не здешний, приехал в гости к родственникам, и узнал от них об одном загадочном месте, расположенном в ваших краях. Голосов овраг. Рассказы о нем меня очень заинтересовали. Нет ли у вас по нему чего-нибудь серьезного, чтобы поменьше сплетен, и побольше фактов?

Библиотекарша нахмурила лоб и задумалась.

— Есть, — оживилась она. — Это, конечно, не научный трактат, но издание, вроде, серьезное.

Через несколько минут я сидел за столом и перелистывал пожелтевшие страницы старой потрепанной книги с интригующим названием: "Неразгаданное, непознанное".

Голосову оврагу в ней была посвящена целая глава. Я погрузился в чтение.

1621 год. Времена правления царя Михаила Федоровича. Коломенское.

Теплая летняя ночь. На ясном безоблачном небе мерцают звезды. Тишина. Вокруг раздается только стрекот сверчков да едва уловимый шелест колышимой ветром листвы.