Чтение онлайн

— Митрофаном меня кличут. Никитовичем.

Мой рот непроизвольно открылся. Деда Карпычева звали точно так же.

Фантастика!

Я сглотнул слюну и покосился на известного актера. Он был смертельно бледен. Похоже, его мысли работали в том же направлении, что и мои.

— Роман, — негромко проговорил он. — Едь домой.

Мой шеф опешил.

— А Вы?

— Я доберусь сам.

Баруздин растерянно заморгал глазами.

— Геннадий Матвеевич, я сделал что-то не так?

— Все ты сделал так. Но мне нужно, чтобы ты уехал.

— Но почему?

— Едь домой, —

не грубо, но настойчиво повторил Карпычев.

Мой шеф немного помялся.

— Как скажете, — согласился он и направился к своей машине. — Жень, поехали.

— Женя останется со мной, — отрезал известный актер.

Баруздин остановился, посмотрел сначала на него, потом на меня, недоуменно пожал плечами, после чего уселся за руль и скрылся из виду.

Карпычев повернулся к незнакомцу.

— Как Ваша фамилия?

— А ты что за птица, чтобы я называл тебе свою фамилию? — встал в позу тот. — По вам видно, что вы буржуи. И машина у вас какая-то буржуйская. Никогда таких не видел.

— Митрофан Никитович, Ваша фамилия Карпычев? — не удержался я.

— Допустим, — насторожился он.

— Вы проживаете на улице Розы Люксембург, дом восемнадцать? — спросил известный актер.

— Да. А что?

Мы с Карпычевым переглянулись. Ни он, ни я никак не могли до конца поверить в реальность происходящего.

— Геннадий Матвеевич, — прошептал я, — может, это, все-таки, не он?

Известный актер немного подумал, а затем тихонько попросил:

— Дай мне потолковать с ним наедине.

Я угукнул и отошел в сторону. Меня переполняло возбуждение. Мне просто не верилось, что я воочию столкнулся с тем, о чем знал только понаслышке. Перемещение во времени! Неужели это и впрямь дед Карпычева, который исчез в Голосовом овраге более полувека назад? Пока все сходится: лицо, фамилия, имя, отчество, возраст, домашний адрес.

Это просто невероятно!

Во мне все бурлило. Будучи не в силах стоять на месте, я принялся бесцельно бродить туда-сюда, изредка бросая взгляды на собеседников. Говорили они тихо. До меня долетали лишь отдельные слова. Поначалу тон человека в картузе был агрессивным. Но затем его агрессия постепенно спала. С каждой минутой незнакомец становился все растеряннее и растеряннее. Вдруг он сорвался с места и бросился обратно в овраг.

Я поспешил к Карпычеву.

— В это, конечно, трудно поверить, — не дожидаясь моего вопроса, с дрожью в голосе произнес он. — Но, похоже, это действительно мой дед. Он правильно назвал всех моих предков, точно описал домашний быт.

— А куда он убежал? — спросил я.

— Захотел вернуться в свое время.

Мы повернулись к оврагу и обомлели. Обстановка резко изменилась. Зелень исчезла. Туман перестал клубиться и превратился в привычную глазу однородную полупрозрачную массу.

— Я читал, что зеленый цвет может означать открытый временной портал, — неуверенно пробормотал я. — Если он исчез, значит, портал закрылся.

Карпычев ничего не ответил. Он заложил руки за спиной и напряженно вглядывался в овраг.

До наших ушей снова донеслись торопливые шаги. Из плотной туманной завесы вынырнул уже знакомый нам силуэт. Увидев нас, человек в картузе

замедлил шаг.

— Это опять вы! — простонал он.

Незнакомец остановился, обессилено опустился на землю и обхватил голову руками.

Мы подошли и присели рядом. Он поднял глаза.

— Мужики, а может это просто сон? — вяло спросил он, и с надеждой посмотрел на нас. — Может, я просто сплю? А? Слышите?

Мы молчали. Глаза человека в картузе потускнели. В них появились обреченность и отчаяние. Он снял головной убор, вытер лицо, и в изнеможении закрыл его руками.

— Что мне делать? Что мне делать?

Мне было его жалко. Вот так, ни с того, ни с сего, вдруг взять, да переместиться на полвека вперед, где все по-другому, где нет ни друзей, ни знакомых. Как тут не спасовать? И врагу не пожелаешь оказаться в такой ситуации.

— Пойдем с нами, — сказал ему Карпычев.

— Куда? — горестно воскликнул "пришелец".

— Ко мне домой.

— Никуда я не пойду. Я останусь здесь до тех пор, пока этот проклятый овраг не вернет меня назад.

— Ты не вернешься назад, — тяжело вздохнул известный актер. — Вставай, пойдем. Поужинаешь, переночуешь. А завтра подумаем, как быть дальше.

— Все равно не пойду!

Уговоры продолжались долго. Человек в картузе проявлял недюжинное упорство. Я взирал на него с тем любопытством и почитанием, которые бывают свойственны при соприкосновении с каким-нибудь предметом старины, дошедшим до нас из глубины веков. А тут был не предмет. Тут был самый настоящий живой посланец прошлого. Он еще не знает, что в сорок первом году начнется страшная война. Он еще не ведает про покорение космоса. Ему абсолютно незнакомы достижения научно-технического прогресса, давно ставшие обыденными в нашем быту. Ему невдомек, что страны, в которой он жил, более не существует. Как много предстоит ему узнать, чтобы освоиться в нашем современном мире. Но сможет ли он, учитывая его почтенный возраст, справиться с этой адаптацией?

В конце концов Карпычеву все же удалось его уломать. Решающим аргументом в его убеждениях стало напоминание о судьбе некоего монаха, появившегося в Коломенском в начале тридцатых годов, и утверждавшего, что он живет в середине девятнадцатого века.

— Помнишь, что с ним стало? — вопрошал известный актер.

— Помню. Как не помнить? — отвечал "пришелец". — Два дня ночевал возле склада, где до революции была церковь. Затем его забрали в НКВД. Ходили слухи, что его расстреляли.

— Тебя привлекает такая перспектива? В наши времена, правда, нравы совсем другие. Расстрелять тебя, конечно, не расстреляют. Но поместить в "психушку" вполне могут.

— Я не хочу в "психушку"!

— Тогда поднимайся и иди за мной.

На протяжении всего пути дед Карпычева не переставал испуганно озираться по сторонам.

— А это откуда взялось?… А куда делись дома, которые здесь стояли?… А этой дороги здесь не было!…

— Тебе нечего бояться! — успокаивал его "внук". — Я тебя в обиду не дам.

Улучив момент, Карпычев шепнул мне на ухо:

— Я могу на тебя рассчитывать?

— Конечно, — ответил я.

— Никому не слова. Обещаешь? Никому-никому.