Чтение онлайн

— Да я! Да мы!.. — забормотал Фокма, а потом схватил мою руку и принялся смачно лобызать ее, точно разнежничавшийся щенок.

Кое-как избавившись от признательного сверх всякой меры крестьянина, я змейкой шмыгнула в дом, смущенно бормоча под нос:

— Что они все руки мне измусолить норовят! Это негигиенично! Медом что ли там намазано?

— Давай проверим! — тут же предложил Лакс, устремившийся в горницу вслед за мной, пока Кейр и Герг продолжали беседовать с Фокмой во дворе, выясняя, как именно они с Яриной решили устроить свою будущую супружескую жизнь. Матримониальные планы у мужика оказались основательными, не зря, видать, вечеряли под яблонькой.

— Каким образом? — заинтересовалась я, вытирая сполоснутые руки чистым полотенцем.

— А

вот так, — Лакс взял мою руку и неожиданно нежно чмокнул прямо в середину ладошки.

— Ну как? — с деланным безразличием уточнила я экспериментатора, пытаясь не обращать внимания на участившееся сердцебиение и предательски наползающую истому.

— Сладко! Но мед ли, не разобрал, надо бы повторить! — нахально заявил рыжий неожиданно охрипшим голосом и, взяв мою ладонь обеими, принялся нежно целовать, не пропуская ни одного пальчика. Голубые глаза Лакса горели, как два колдовских светильника и больше всяких пирогов мне хотелось попробовать на вкус его горячие, такие мягкие, такие твердые, такие нежные губы.

— Уж простите меня, едва не сожгла пироги-то! Вот голова дырявая! — в горницу, открыв дверь задом, а потому и не узрев ничего компрометирующего, пятясь, вдвинулась оправдывающаяся Ярина. В руках женщина держала здоровенный деревянный поднос с горячей сдобой, накрытой расшитым, небось, парадным, полотенцем, извлекаемым из сундуков по красным дням. — Сейчас к завтраку на стол соберу!

Я неловко отняла руку у Лакса и преувеличенно бодро сказала:

— Не переживай из-за пустяков! Все хорошо, что хорошо кончается! Впрочем, к пирогам это не относится. Боюсь, они, даже если б умудрились пригореть, были обречены на съедение.

Позавтракали мы и впрямь славно, только при виде кринки с медом мои щеки почему-то начинали неудержимо краснеть, и я избегала поглядывать на рыжего вора, он же напротив так и старался поймать мой взгляд.

Собрав вещи в дорогу, мы получили гору снеди плюс ворох добрых напутствий от будущей четы и покинули хутор сытыми и довольными. Обожравшийся Фаль дезертировал из разведки и мирно похрапывал в переметной сумке на крупе Дэлькора. Кстати, жеребец продегустировал пироги с тальником и выразил свое отношение одобрительным ржанием. Кейр укоризненно покачал головой, видя такой перевод продуктов, но больше для порядка, чем от природной жадности. Еды мы прикупили и получили в подарок с изрядным запасом на случай непредвиденных расходов. Должно было хватить до самого Мидана, даже если придется кормить Фаля пять раз в день и накладывать добавки Гергу. Поэт, чуть подлечивший зад, благодаря неспешности нашего передвижения, в седле держался относительно устойчиво и развлекал компанию занятными виршами собственного сочинения. Поскольку среди нас присутствовала дама, я то есть, то самые похабные, а потому забавные стишки Щегол читать отказался. Я посетовала на половую дискриминацию, но пока удовольствовалась творчеством, выдержавшим цензуру.

Герг так увлекся очередной песенкой про чаровницу Викки, что даже чуток ровнее сел на Белке. Кейр и Лакс, заразившись энтузиазмом сочинителя, стройно подтягивали припев, выходило даже лучше, чем у нашего трио, вдохновенно воспевавшего подвиги гусей. Правда, лошадь солиста важностью момента не прониклась и все равно ехала так, как хотелось ей, но строй получался почти ровным. Телохранитель впереди, я и поэт в центре кавалькады, Лакс чуть позади, страхуя тылы.

Что случилось потом, я в первые секунды вообще не поняла. Только услышала резкий свист у левого уха, какой-то чавкающий звук, одновременно Кейр одной рукой сорвал с коня щит и выставил его, загораживая мой левый бок, второй обнажил меч. Лакс нагнал нас и резко развернул жеребца, прикрывая правую сторону своим телом и кинжалом в руке. Застыл напряженный, как тетива лука, готовый биться, пусть даже биться насмерть. Я это очень ясно видела по решительному изгибу губ и чуть прищуренным, ставшим так похожими в этот миг на истинно эльфийские, глазам. Герг, вцепившись в поводья и гриву Белки, будто пытался прирасти к ним и испуганно

озирался. Беспомощный, жалкий щегол.

Мы все замерли, прислушиваясь, но ничего, кроме обычного лесного шума слева и пустой равнины с редкими деревцами справа не видели и не слышали ничего подозрительного. Даже птицы, коим следовало бы примолкнуть, будь в округе посторонние, заливались по-прежнему.

— А что вообще происходит? — может и не слишком вовремя, попыталась выяснить я, не понимая, с чего это парни так переполошились.

— В тебя стреляли из арбалета, — коротко объяснил Кейр, не отводя взгляда от леса и не опуская щита, и указал мечом в направлении потенциальной угрозы.

Пробудившийся в процессе переполоха Фаль, не дожидаясь просьб или приказаний, молнией метнулся в лес, а я недоверчиво покачала головой. Вот и не верь после этого чудакам философам, утверждающим, будто мир движется по спирали и все события в нем повторяются, когда приходит пора для нового витка. Давно ли стреляли в Лакса, а вот уже и мне едва не достался арбалетный болт. Хочется надеяться, что чары в любом случае отвели бы беду, а пока враг банально промазал. Или он просто пристреливался, пугал? Кстати, хотелось бы узнать, что за враг? Почему больше в нас не стреляют, никто с гиканьем не выскакивает из леса, размахивая какими-нибудь острыми хреновинами, и не пытается нас убить или на худой конец ограбить? Кто это вообще был? Разбойники, решившие, будто мы им не по зубам и отступившие в лесные дебри или какой-нибудь агент страшной Тэдра Номус, действующий исподтишка?

Вернулся запыхавшийся Фаль и доложил, весь буквально пылая гневным изумлением:

— Там нет никого! Только арбалет, а к нему тонкая веревка привязана!

— Там никого нет, — озвучила я слепым к магии слова сильфа и соскочила с Дэлькора. Малютка мотылек моментально уселся мне на плечо так основательно, словно вообще никогда больше оттуда слетать не собирался. А то стоит ему чуток прикорнуть, оставив магеву без попечения, так ее тут же всякая шваль обидеть норовит. Я потрепала эльфийского жеребца по холке и не то предложила, не то скомандовала, сама не знаю, на что больше похоже вышло:

— Пошли осмотримся.

Кейр и Лакс без возражений приняли программу действий, правда, воин обогнал меня и двинулся впереди. Слез с Белки даже Герг, то ли за компанию, то ли просто воспользовался шансом размять ноги и дать передышку седалищу. Коней привязали к толстому низкому сучку дерева, Дэлькора я, разумеется, оставила свободным. Захочет уйти, любую привязь порвет, а нет, так хрен от него отвяжешься. Настырный коняга!

Фаль указывал мне дорогу, так что укрепленный в развилке рябины треклятый арбалет, тускло поблескивающий темной полировкой ложа и зачерненным металлом, чтоб не отбрасывать бликов на солнце, обнаружился быстро. Не веревка, а проволока была хитро прицеплена к спусковому механизму. Я совершенно не разбираюсь в оружии, такие штуки только у отца в определителях на картинках мельком видала. Но эта фигня выглядела очень дорого, таинственно, совершенно и… и красиво. Умом я понимала, что из него меня пытались застрелись, как куропатку, но рука невольно тянулась к вперед, словно зачарованная жертва к вампиру. Похоже, такие противоречивые мысли коснулись не только меня, Герг и Кейр синхронно простерли ладони вперед и тут же отдернули, едва коснувшись, почти смутились, будто их, как пацанов, поймали на чем-то горячем, вроде подглядывания за купающимися в речке девчонками.

— Вот демоны Шаркны, — пробормотал Лакс, единственный из нас не пожелавший прикоснуться к смертоносному оружию и нахмурился.

— Поправьте меня, если ошибаюсь, ребята, но здесь таких вещиц не делают, технология пока не та, — осторожно обмолвилась я, еще раз пристально изучив арбалет, мало походивший на примитивные самострелы морианцев.

— Ты права, — признался Кейр. — Я не знаю, что значит "технология", но наши мастера не способны создать такой совершенной вещи, может быть, древние. Нет, даже они так не делали, никаких украшений, знаков, клейма и того нет. Это не наше оружие.