Чтение онлайн

– Все нормально, – крикнул он, – держится. Только по одному.

Ветер свистел все сильнее, мешая понять, что на той стороне говорит черноволосый сир. Он что-то объяснял, Глойн и Теа слушали его, кивая в ответ, потом Теа ступила на мост, держась за веревки обеими руками.

Эдвин вздрогнул, внезапно осознав, что ветра нет. Вокруг царила звенящая тишина, поглощая, сжирая любой звук, и даже деревья застыли, словно боясь пошевелить листьями. Все звуки, кроме отвратительного свиста.

Туман вдруг заволновался. Он сгустился и бесформенной кашей потек по узкой тропе между стеной леса и обрывом.

Его языки ощупывали края пропасти, сжимаясь, как змея, напоровшаяся на ежа, и так же стремительно распрямляясь. Туман был живой, и он боялся упасть вниз. Он обволакивал деревья, камни, испуганно отпрыгивал от обрыва, вставал и припадал к земле, принюхиваясь, скворча от удовольствия в предвкушении близкой добычи, и удивительным образом меняя свой цвет от сизо-синего до темно-красного. А его щупальца – Эдвин обомлел – слизывали с деревьев птиц. «Отчего же они не улетают?», – мелькнула в голове бестолковая мысль.

– Быстрее, сир! – очнувшись, заорал он. – Теа, бегом!

До тумана оставалось не больше сотни шагов. Теа, закусив губу от напряжения, ловко перепрыгивала через провалы в мосту.

– Живо! – рявкнул Элла, подтолкнув следом за ней Глойна. Сам он замыкал шествие.

Старый мост выдержал. Он кряхтел, роняя в бездонную пропасть обломки сучьев, и раскачивался так, что у Эдвина перехватывало дыхание.

Мортох вытянулся в гигантскую змею. Студнеобразное полупрозрачное тело ползло, приподнимаясь, выпускало из себя отростки, чтобы ощупать стволы деревьев, и втягивало назад, издавая мерзкие хлюпающие звуки.

Элла легко сбежал с моста, тут же обратив свой взор на невиданное чудовище. Он тяжело дышал, внимательно глядя прищуренными глазами.

– Да чтоб тебя… – вдруг ругнулся принц, выхватывая меч. – Эдвин, руби!

– Вон они! – Крик раздался одновременно с его словами.

Из леса на противоположной стороне показались солдаты, и сразу от скалы рядом с беглецами, звякнув, отскочили несколько арбалетных стрел. По всей видимости, преследователи знали эти места и значительно срезали дорогу, оказавшись прямо у моста. Двое наемников немедленно бросились на мост, и один из них, видимо, краем глаза заметив что-то необычное, обернулся.

Но было уже поздно. Чудище стремительно ринулось на людей. Десятки щупалец, мгновенно превратившихся в кроваво-красные, хватали добычу. Солдаты падали, крича, и растворялись в желеобразной массе. Один попытался убежать, но его поймали за ногу, подняли и проглотили, как извивающегося червяка. Другой выхватил меч в тщетной попытке поразить монстра, и тут же упал на колени, бессильно опустив руки и покачиваясь.

Теа завизжала: головы у солдата уже не было. Мортох ленивым движением слизнул ее, разбрызгав вокруг пятна крови. И вдруг один из мерзких языков, дрожа и сильно вытянувшись, уставился прямо на девушку. Он услышал.

Теа замолчала, вытаращив глаза от ужаса и заткнув себе рот кулаком, Эдвин застыл с тесаком в руке.

Те двое наемников побежали по мосту. Туман, на мгновение замешкавшись, толстым щупальцем потек за ними следом.

– Руби! – яростно крикнул принц.

Опомнившись, Эдвин принялся остервенело кромсать тесаком

толстую лозу, удерживавшую мост. Над другой веревкой трудился Элла.

– Не надо! Подождите! – закричали солдаты; им удалось преодолеть уже больше половины пути.

Эдвин нервно обернулся, взглянув на принца.

– Руби, – жестко приказал тот.

Одна из веревок с треском лопнула. Солдаты, дико вопя, повисли над бездной. Мост вздрогнул и словно застыл перед тем, как обрушиться в пропасть. Другая веревка, натянувшись, как тетива, еще держалась долю мгновения, затем оборвалась, хлестнув тонкой лозой Эдвина по щеке.

Щупальце на той стороне, извиваясь, втянулось наверх – и исчезло. Туман истончился на глазах, превратившись в едва видимую на фоне черного леса сероватую дымку.

– Глойн, – тихо позвал Элла. Побелевшими пальцами он продолжал крепко сжимать рукоять меча, – оно может перепрыгнуть сюда?

Глойн высунулся из-за большого валуна, за которым сидел все это время.

– Не знаю, сир. Вроде бы нет.

Элла кивнул.

– Уходим, – устало произнес он.

* * *

Через полчаса они вернулись обратно. Узкая тропинка, петляя между скал, все круче и круче забирала наверх; идти получалось с трудом.

– Уже слишком темно, – сказал Элла. – Возвращаемся. Эдвин, Глойн, поищите какую-нибудь пещеру, только небольшую, без ходов. Мне хватит на сегодня сюрпризов.

Подходящую расселину они нашли легко, довольно просторную, сухую и даже без летучих мышей. Эдвин разжег костер, воспользовавшись сухими веточками и листьями, охапку которых притащил Глойн, затем вытряхнул на землю содержимое котомки убитого горца. И вдруг застыл, глядя на Теа.

– Гесим… – сказал он. – Там остался Гесим.

Девушка слабо улыбнулась.

– Не волнуйся за него. Раз он не пошел за нами, значит, не захотел. Парнишка ушлый, не пропадет.

В котомке оказался кусок вяленого мяса и кожаная бутыль с неизвестным Эдвину крепким напитком.

Глойн принюхался и сделал глоток, довольно крякнув.

– Это вош, – пояснил он, – сладкий. Из меда делают. С можжевельником.

Эдвин закашлялся, отхлебнув. Никакой особенной сладости он не заметил и нерешительно протянул бутыль Элле. Этот сир вызывал у него непонятное чувство – нет, не робость, а что-то иное. В запачканной одежде, худощавый, невысокого роста и с осунувшимся хищным лицом, облепленным длинными черными, как смоль, волосами – внешне Элла совсем не был внушительным, как, например, его высочество Эдан Беркли, но в нем чувствовалась жесткость и привычка приказывать.

Элла принял бутыль молча. Попробовав, поморщился.

– Так, – буркнул он, – Эдвин. Рассказывай, кто и откуда.

– Из Талейна. Это в Срединных горах. – Чуть подумав, Эдвин решил подробности опустить. Рассказал о том, что, лишившись семьи, был вынужден бежать от войны из родной деревни, о том, что бежал с девушкой, которую по дороге потерял и, наконец, как попал в плен к Каменным Волкам.

Элла слушал внимательно, не перебивая. В конце кивнул.

– Интересно. Юноша, путешествующий через все королевство в поисках любимой девушки. Она так дорога тебе?