Модельер
Шрифт:
За каждым креслом уже стоял официант, который наливал в бокалы белое вино. Другие подавали омаров с цикорием и салатом из сельдерея с морковью. Вокруг кресла Валентины образовалась группка людей, они почти дотрагивались до нее, что-то говорили. Официант заметно волновался, пытаясь обслужить ее.
— Извините меня, — сказал официант, задев подносом рядом стоящую женщину.
— Валентина! — раздался властный голос с американским акцентом. Обладателю голоса на вид было лет шестьдесят. Маленькие продолговатые очки в металлической
— Ну же, Йен, не сердитесь. — Клод был удивлен хорошим английским Валентины. Потом, конечно, он вспомнил, что знание этого языка было обязательным для поступления на работу в Друо. — Это мой замечательный, очень хороший друг Клод Рейно. Он только что прибыл сюда из Парижа. Клод, я знаю, что Йен хотел познакомиться с тобой. Он не просто твой страстный поклонник. Познакомься — это Йен Дэй, автор моего сегодняшнего наряда. А в свободное время он занимается созданием скульптур.
Мужчины пожали друг другу руки, и Йен сказал:
— Свободное время — это жемчужина в коробке с камешками.
Официант, которого было едва видно за двумя подносами, попросил Йена присесть.
— Да, хорошо, конечно, я бы сел, если бы было куда. — Йен неодобрительно посмотрел на Клода. — Валентина, где же я, по-твоему, должен теперь сидеть?
— Йен, пожалуйста, извини меня, — Валентина говорила спокойным голосом, она была уверена, что ее желание будет выполнено. — Позволь мне побыть здесь вместе с Клодом. Он должен рассказать о наших общих друзьях, о городе, которому принадлежит мое сердце! Я переложила твою карточку вон на тот стол.
Он посмотрел в указанном направлении, поджал губы и хмыкнул. Это уж слишком.
Йен сказал:
— Я полагаю, что пора найти стул для мистера Рейно.
К Йену обратился официант:
— Сэр, пожалуйста, займите свое место, я не могу никого обслуживать, пока вы стоите.
Йен наклонился над Валентиной и что-то прошептал ей в ухо. Она выглядела расстроенной, нерешительной, затем приложила руки к губам и рассмеялась.
— Да-да. О'кей.
Йен Дэй ушел.
— О чем он спрашивал? — задал вопрос Клод.
— Он сказал, что откажется от места за столом при условии, что я буду ему позировать в обнаженном виде.
— И ты согласилась?!
— Я устала от его нытья. Он не захочет, когда узнает, что я беременна. А после рождения ребенка уже все позабудет.
— Он ни о чем не забудет до своего смертного часа.
Вокруг суетились официанты, подавая все новые блюда. А Клод внимательно изучал фасон платья Валентины. Неудивительно, что оно ему понравилось, ведь туника была почти полной копией того знаменитого свадебного платья. Разница заключалась в достаточно смелом выборе цвета. Ну и еще жакет. В этом нет ничего удивительного — дизайнеры часто копируют друг друга, но здесь сходство слишком очевидно.
Клод
— Ты заметила сходство твоего платья еще с одним?
— Конечно, Клод, это римейк моего, точнее, твоего платья — моего свадебного платья. Йен попросил у меня разрешения скопировать его. Было бы правильнее спросить разрешения у тебя, но произошло столько всего за это время. Надеюсь, ты не обиделся? Это действительно твой фасон. И оно неплохо сидит на мне, не так ли?
Когда она была рядом, для него все становилось приемлемым. Неудивительно, что Йен переусердствовал с расцветкой. Он был ремесленником, а не подлинным Клодом Рейно.
Валентина уже беседовала с человеком приятной наружности, который сидел слева. Он смеялся. А Клод видел только, как блестят ее зубы.
Попытка завязать разговор на ломаном английском с соседкой справа закончилась для Клода неудачей. После того как они съели главное блюдо, Валентина прошептала ему на ухо.
— Хватит! Давай уйдем отсюда. Встретимся через десять минут на лестнице. Я выйду первой, затем ты. О'кей?
Ее теплое дыхание щекотало ухо. Оно было прозрачным, словно капелька меда. Клод прикрыл глаза в знак согласия. Она вышла из-за стола и незаметно вышла через массивную дверь.
Он трижды посмотрел на часы, еще немного поговорил с соседкой, извинился и встал из-за стола. Проходя мимо египетских сфинксов и мумий, украшавших зал, в его голову пришла идея. Следующее платье будет украшено поясом из золота и эмали. Наряд дополнят плоские золотистые сандалии. А новую линию одежды он назовет «Сфинкс».
Валентина ждала на ступеньках лестницы. Когда он подходил к ней, то разглядел ее округлившийся живот. Это было прекрасное зрелище. Он с трудом оторвал взгляд от фигуры и посмотрел на лицо.
Валентина нежно обняла его, немало удивив столь легкомысленным поведением.
— Как же я счастлива вновь встретить тебя, — сказала она, отстраняясь. — Мы навсегда останемся друзьями, не так ли Клод Рейно? Это так приятно, снова видеть твое лицо, твое прекрасное лицо! — Она обняла его, как будто никак не могла насладиться его близостью. Порыв ветра закружил уже почти высохшие коричневые листья.
Он взял ее за руку:
— Тебе холодно. Пойдем туда, где тепло.
— Нет, — сказала она, сопротивляясь, — я скажу тебе, куда я хочу пойти. Идем. — Она указала на площадку справа от лестницы, которая нависала над тротуаром. — Я стояла здесь и думала, как туда попасть. Видишь, здесь можно перепрыгнуть, и ты окажешься высоко-высоко, выше всех. Давай! Обещаю, получишь огромное удовольствие.
— Валентина, о чем ты говоришь, — сказал он.
Она внимательно посмотрела на площадку и произнесла:
— Это так здорово — постоять там, почувствовать себя на высоте, ощутить прохладный воздух. Мы сможем полюбоваться яркими огнями города.