Чтение онлайн

Пул ухмыльнулся.

Никола сказала: — Я никогда не прощу тебе этого, Пул.

Итак, они поехали дальше. Блохи карабкались по этому упаковочному ящику, крошечная экспедиция. Склон казался все круче и круче, будто приближаясь к ним с обеих сторон.

Они достигли края почти через шесть часов после того, как покинули место посадки флиттера.

Они припарковали ровер, выбрались наружу и прошли бок о бок последние несколько метров. Перед ними был край, видимый ровной линией на фоне звезд. Еще шаг, и еще, как будто они взбирались

по наклонной крыше.

И они достигли вершины. Пул сделал еще один шаг, чтобы ему было удобно, оседлал сам край, расставив по одной ноге по обе стороны, и сила тяжести, какой бы она ни была, потянула его прямо вниз. Это действительно было похоже на то, будто стоишь на крыше какого-то огромного здания, а по обе стороны расстилаются равнины-близнецы, такие же невыразительные, как и одна другая.

Он тихо рассмеялся от удивления. — Кто-то сделал это.

— Они действительно сделали, — ответил Грантт. — И вот мы здесь.

— О храбрые первопроходцы! Если ваши головы еще больше распухнут, вы не сможете снять шлемы.

Пул ухмыльнулся. — У тебя есть для нас новости, Никола?

— Да. Еще одно свежее наблюдение. Но это будет означать еще один обходной путь.

— Наблюдение за чем?

— Назад по склону, примерно в сотне километров от флиттера. Помните те углубления, где, как мы предполагали, корпус мог раскрыться?

— Да?

— Корпус только что открылся.

Грантт и Пул уставились друг на друга.

Пул спросил: — И что там происходит?

— Дождевые капли входят и выходят.

Грантт спросил: — Какие у нас варианты?

— Что ж, вы можете вернуться к флиттеру и бежать домой к мамочке. Я бы сказала, что это рекомендация консенсуса.

— Или? — подсказал Пул.

— Или вы можете вернуться в ровер, съездить вниз, посмотреть. Может быть, запустить зонд.

Пул едва осмеливался дышать. — Или, что еще лучше, мы просто залетим внутрь на флиттере.

— Да, просто проверяю — отверстия достаточно большие. Хотя полет на флиттере внутри Тайника исключает всевозможные варианты отхода. Правила миссии и все такое…

— Джек, что ты думаешь?

Грантт не торопился с ответом. — Никола, вы думаете, мы могли бы там застрять?

— Ну, ямочке потребовалось время, чтобы открыться. И она большая. Нет причин думать, что она захлопнется. Если не будете отходить слишком далеко от дыры, думаю, будете в достаточной безопасности. В конце концов, за вами наблюдает вся Солнечная система.

Теперь Грантт повернулся к Пулу. — Майкл?

— Мы пришли на разведку.

— Да. И это, возможно, наш единственный шанс проникнуть туда. На самом деле, наш единственный шанс для первого контакта. О чем люди мечтали веками. Мы должны это сделать. — Грантт огляделся. — Но я собираюсь вернуться сюда в другой раз и подняться на вершину. Какой это был бы вид, соединение трех граней. Как горная вершина высотой в тысячу километров.

— Но не сегодня.

— Не сегодня. Давай заберем этот флиттер.

Они

должны были добраться до пробоины в корпусе Тайника до того, как она снова закроется — в идеале, Пул с иронией подумал, что им нужно было попасть внутрь и выбраться наружу до того, как брешь закроется.

Итак, они вернулись к флиттеру так быстро, как только позволял их ровер. Пул вел машину агрессивно, игнорируя сигналы и строгие голосовые предупреждения бортового компьютера машины.

Если уж на то пошло, Грантт был еще более нетерпелив, чем сам Пул, и, когда их занесло вниз по пологому склону, образно выругал сопротивляющийся ровер. Пул понял, что эта реакция не обязательно была хорошей. Пул испытывал глубокое уважение к марсианам и их рекордам по выживанию в смертоносном мире, но подозревал, что Грантт, осторожно раскапывающий траншеи в марсианской грязи в поисках следов своей решетки, никогда не сталкивался с ситуацией столь новой, столь полной неизвестных, как эта, и потенциально столь быстро меняющейся.

В то время как Майкл Пул строил пространственно-временные червоточины в середине трубки потока Ио и добывал экзотическую материю из облаков Юпитера.

Никола предоставила им обновленную информацию. — Ваше отверстие остается открытым и стабильным с размером сто метров в поперечнике. На самом деле группы кабинетных философов, которые следят за вашими успехами, удивляются, почему оно должно быть таким большим; оно намного больше, чем любая дождевая капля, которую мы видели. Я придумываю, как нам общаться, если вы все-таки зайдете внутрь. Обшивка корпуса не пропускает нашу связь, даже нейтринный луч, но я могу расположить ретрансляционный зонд над повреждением.

— О, кстати, есть еще пара повреждений — это прижившийся общепринятый термин для них — открывающихся на других гранях куба. Всего три. Никто не знает, как и почему; мы отправили беспилотные корабли для исследования. И почему три, а не один или шесть… И почему сейчас? Может быть, вам просто повезло. Но это как будто тебя приглашают войти, Майкл. Снова работает эта жуткая харизма Пула.

Пул на это не отреагировал.

— Вы почти у флиттера. В последнюю минуту возникли сомнения насчет того, стоит ли заходить внутрь ящика Пандоры?

— Опять мифология, Никола?

— Каков ваш выбор, герои?

Грантт ухмыльнулся. — А вы как думаете? Они быстро сели во флиттер, оставив остальное снаряжение, включая ровер, разбросанным по поверхности.

Через несколько минут флиттер завис над повреждением обшивки.

Пул сделал корпус флиттера практически прозрачным. Теперь, внезапно, он смог увидеть у себя под ногами поверхность Тайника, пол под кораблем, который разделял вселенную надвое. Повреждением была брешь прямо под ним. Сквозь брешь пробивался какой-то мягкий розовый свет — очевидно, в другом месте этот внутренний свет был заблокирован обшивкой корпуса.