Чтение онлайн

Я был сильно ранен, но у меня было достаточно времени для этого позже. Поскольку я не был ранен в ноги, я решил, что лучше всего использовать их. Я побежал.

Я бежал изо всех сил. Никто из нас не был особенно быстрым. Думаю, в нас обоих было достаточно уязвимых мест, чтобы замедлить продвижение. Я обошел площадку, а трое из них следовали за мной по пятам, используя тень в своих интересах. Но я устал и был не в состоянии больше сражаться.

Как раз в тот момент, когда я подумал, что мои легкие вот-вот разорвутся, я наткнулся на железные ворота, загнанные Максом в угол. Я облегченно

улыбнулась и проскользнула внутрь. Телохранитель подпрыгнул и ухватился за верхнюю железную перекладину вытянутыми руками. Впечатляющий. Я втянул в себя тень, и она слабо затрепетала. Макс приподнялась, и я, просунув кулак между прутьями, ударил ее в грудь. Она рухнула на землю. Я не стал ждать, пока она поднимется.

Я тут же рванул с места на угнанном "Монте-Карло". Тело онемело, но пока я чувствовал ноги, я жал на газ. Только так я мог пережить эту ночь, держась подальше от толпы вудуистов.

Лоран предал меня. Он говорил правду, и у него были все основания верить мне. Но вместо этого он попытался меня прикончить. Это означало, что он никогда не отступит, что бы ни случилось.

Но больше не было питбулей-нежити, которые могли бы взять мой след. Святые Кости не смогли бы меня найти, если бы я держался вне поля зрения. Это был разумный ход. Я не мог сразиться с таким количеством анималистов (и кем бы ни была Макс) одновременно.

Кем бы ни была Макс. Кем, черт возьми, был я? Механическим болванчиком, набитым ватой? Я проверил пулевое ранение в груди. Нет, только кровь. Какое облегчение.

Циско Суарес, зомби-раб-нежить. Это объясняло его накачанные мышцы. Десять лет каторги сделали свое дело. Но я был не просто зомби. Я был жив. Может, мне было тридцать четыре, а не двадцать четыре. Может, я стал другим человеком, более зрелым, избавившимся от своего старого эго и самоуверенности. А может, у меня просто кружилась голова и я вот-вот должен был вырубиться.

Батист поклялся, что остановил мое сердце. Значит, внутри меня было сердце, которое он мог остановить. Это успокаивало, но с каждым ударом этого сердца пятно на моей майке расползалось все шире.

Мне нужно было увидеть Эмили. Если мне суждено было умереть, снова, на этот раз я хотел быть с ней.

"Монте-Карло" отправился в Брикелл. Местность была совсем не такой, какой я ее помнил. Я был в восторге. Новые здания, множество ресторанов и реставрационных работ. В воздухе витает атмосфера оживления.

Хотя я на самом деле не знал, куда направляюсь. В Майами легко передвигаться. Дороги расположены в стандартной сетке, улицы идут с востока на запад, а проспекты, с севера на юг. Брикелл изменил это, расположив дороги так, чтобы они совпадали с диагональным побережьем. Мне пришлось несколько раз съезжать на обочину, чтобы сориентироваться. Однажды я чуть не задремал.

Из раны в груди сочилась яркая кровь. Моя рука прекрасно справилась с перекрытием кровотечения, но я больше беспокоился о своих внутренностях. Пуля пробила верхнюю часть груди, над сердцем, как я думал, я надеялся. Я мог нормально дышать. Если повезет, мои легкие все еще были целы.

— Что я делаю? — Я выругал

себя за то, что снова остановился. По крайней мере, я был уверен, что за мной не следили.

Я в десятый раз изучил визитную карточку Эвана, теперь уже согнутую и залитую кровью. Второй двор. Между Второй и Третьей авеню. Я направился дальше по улице и, наконец, увидел узкую дорогу. Это был тупик, упиравшийся в I-95. Небольшой уютный район, хотя и немного загазованный шумом шоссе.

Дом, перед которым я остановился, был каким угодно, но только не необычным. Это был двухэтажный особняк в квартале небольших домов с испанскими крышами. Здание имело скучные современные линии. Пластиковые окна, недавно посаженные пальмы, даже подъездная дорожка, выложенная красным кирпичом, ведущая к гаражу. Перед гаражом был припаркован блестящий желтый "Корветт", модель, которую я никогда раньше не видел.

Я выключил фары, но оставил машину заведенной, со смешанными чувствами разглядывая дом. Эван не был богат, но неплохо устроился.

— Что я делаю? — повторил я, подавляя боль. Я устал от всего этого. От того, что приходилось останавливать кровь. От того, что приходилось стискивать зубы и делать вид, что я не на грани. Я поерзал на водительском сиденье и заметил, что моя левая рука покрыта синяками. Я вел себя так, будто был неуязвимым, и из-за этого мог погибнуть.

Но у меня было назначено свидание с лучшим другом и любовью всей моей жизни. В первый раз я не смог попрощаться с ней. Больше такого не повторится.

Я увидел Эмили в большом окне столовой. Она была прекрасна. Свет в помещении отражался от ее бледной кожи, окутывая ее теплым сиянием. Конечно, она была немного старше, чем я ее помнил, но выглядела еще более потрясающей, как будто расцвела. На ней было простое платье, которое она превратила в нечто экстравагантное. Она шла своей обычной легкой походкой. Может, она и набрала пару килограммов, но ее длинные светлые волосы и улыбка были такими же, как я их помнил.

Меня это до чертиков напугало.

Я приехал ради себя или ради нее? Будет ли ей приятно меня увидеть? Вот так?

У меня не было никакого права здесь находиться...

Я мог бы сказать Эмили, что облажался. Что был слишком самоуверен. Что мне жаль. Я мог бы сказать ей, что мы с Мартиной нашли древний некромантский артефакт, и существо из преисподней превратило меня в зомби на десять лет, чтобы я его нашел. А может, лучше ограничиться словами "мне жаль".

Что касается безумия? О Мартине я вообще не мог упоминать. Эмили скорее смирилась бы с тем, что я стал зомби, чем с тем, что я связался с Мартиной.

Но я точно знал, что Эвану и Эмили ничего не угрожает из-за меня. Святые Костей не знали, кто я такой. Эван и Эмили ничего не знали ни о Роге, ни о чем-либо связанном с оккультизмом. Ни один аниматист не ворвался бы к ним в дом. Им было все равно, приду я или нет.

Так что я делал это ради себя.

Я посмотрел на часы в машине. До восьми оставалось еще полчаса. Я пришел раньше. Не то чтобы я был большим знатоком этикета званых ужинов, но я воспользовался этим предлогом, чтобы не торопиться с возвращением. Мне было достаточно просто наблюдать за ней.