Чтение онлайн

Черт. Эта девушка взрастила во мне душу, а я причинил ей боль. Виви подарила мне краски, но я забрал у неё акварель. Зачем я встретил её? Лучше бы она никогда не появлялась в моей жизни. Лучше бы не знала меня. Я как гребаный монстр испачкал ее собой. Запятнал.

— Прости меня, — едва слышно произношу в тишину. Моя ладонь скользит вниз, и я накрываю её слегка круглый живот. — И вы тоже простите. Вам совсем не повезло с папой. Но у вас будет семья. Большая семья. Даю слово.

Приняв решение, я наклоняюсь вперед и целую конфетку

в макушку. В последний раз вдыхаю её аромат, позволяя ему вновь отравить меня.

— Я люблю тебя своим мертвым сердцем, — признаюсь ей. — Да, оно не такое, как у всех. Но оно принадлежит тебе.

Глава 40.

«…ЧТО ПРИНОШУ ТЕБЕ ЛИШЬ МРАК…»

Вивиен

14 июля. 10:06.

— Возвращайся, — хриплым голосом просит Максим.

Возможно, я не до конца поверила Валериану, когда он сказал, что Максим — мой отец. Ведь не может быть таких случайностей. Мне не может так повезти. Но сейчас, разговаривая с мужчиной по телефону, все сомнения испаряются. Осознание того, что у меня есть папа, врывается в сердце и вынуждает дрожать от эмоций.

— Я позабочусь о тебе, — твердо произносит… папа. — Пригляжу за тобой и внуками. Тебе не придется ни о чем думать. Будешь жить со мной. Мы узнаем друг друга получше, Вивиен.

— Правда? — Моя нижняя губа дрожит, пока я шмыгаю носом и смотрю на близнецов, сидящих в ателье.

Эти мутанты не оставляют меня в покое со вчерашнего дня. Они следуют за мной везде, что очень не нравится Раксалане. Но им плевать на её мнение. Однако Валериана нет с братьями. Почему?

— Правда. Приезжай в Умбру с Исааком и Аланом. Так будет безопаснее, — отвечает Максим. — И я буду спокоен за тебя. Договорились?

— Да. — Мне хочется его увидеть. Так сильно, что я готова прямо сейчас покинуть ателье и отправиться к нему.

— Умница. Я приготовлю тебе что-то очень вкусное. У тебя есть токсикоз? — уточняет он.

— Нет. Его не было. — Мои губы растягиваются в улыбке.

— Отлично. Я буду ждать тебя сегодня.

— В замке? — интересуюсь я. У меня нет желания сталкиваться с Валерианом.

— Валериана здесь нет, — словно прочитав мои мысли, говорит Максим. — Он больше не живет в замке. Не переживай об этом. Тебе не придется с ним видеться. Только со мной.

Нет? Почему его нет? Неужели он ушел, чтобы не видеться со мной? А как же малыши? Власов не мог поверить в то, что это не его дети. Тогда в чем проблема? Может быть, ему просто не хочется становиться отцом?

Я заканчиваю говорить с Максимом и прерываю связь. Пальцы на руках и ногах леденеют. Вслед за ними замерзает и сердце. Я запираю свои чувства к Валериану. Мне плевать на человека, которому плевать на моих детей. Именно моих. Потому что с сегодняшнего дня он не имеет к ним никакого

отношения.

Хотя, это я просила его уйти. В каком-то смысле он выполнил мое желание. Но, кажется, я сама не была готова к этому. Требовала одного, а желала совершенно другого. Женское раздвоение личности.

— Что хотел твой внезапно объявившийся отец? — спрашивает меня Раксалана, встав передо мной и скрестив руки на груди.

— Чтобы я вернулась в Умбру сегодня, — спокойно отвечаю ей.

— Пусть катится ко всем чертям. Никуда ты не поедешь. — Мда. Тяжелый случай.

— Я хочу поехать к нему. Он моя семья, — объясняю ей в надежде, что она поймет меня. — К тому же мы уже знакомы. Максим очень хороший.

— Это ты сейчас так думаешь.

— Не пытайтесь очернить его в глазах Вивиен, — встревает Исаак, вальяжно сидящий на диване. Парень испепеляет взглядом Раксалану. — Ей очень повезло с отцом. И она сама в скором времени убедится в этом.

— Я не собираюсь верить вам на слово. — Бабушка закатывает глаза. — И вообще, проваливайте из моего ателье.

— Мы уйдем только с Вивиен, — скучающим тоном бросает Алан, прислонившись к стене и подкидывая в воздухе монетку. — Очкарик, тебе лучше начать собирать вещи.

— Я не очкарик, — возмущаюсь, недовольно разглядывая его.

— Тогда телепузик? — Его взгляд падает на мой живот. — Или пингвиненок?

— Нет. Очкарик больше подходит, — задумчиво говорит Исаак.

Тяжело вздохнув, я встаю и направляюсь к выходу из ателье.

— Куда?! — одновременно спрашивают близнецы и бабушка.

— Домой. Мне нужно собрать вещи, — отвечаю я.

— Ты серьезно собираешься вернуться в Умбру? — ворчит Раксалана.

— Да. Там мой папа и дедушка моих детей. Он им нужен, — хриплым голосом говорю я. — И мне тоже.

Нельзя терять ни минуты, которую я могу провести со своим отцом. Между нами и так есть пропасть длиною в двадцать лет. Нам необходимо наверстать упущенное.

***

Валериан

— Ты не прав! — кричит Аурелия, расхаживая из стороны в сторону и придерживая свой живот. — Так нельзя. Возможно, Самсону удастся помочь тебе. Все будет хорошо.

— Аурелия, ничего не будет хорошо, — ровным тоном говорю я, наблюдая за невесткой.

— Ты не можешь быть уверен в этом, — встревоженно произносит Юсейра, опускаясь на диван напротив меня.

— Но я уверен. Это тяжело. Я не желаю Вивиен и своим детям такой судьбы.

— Это несправедливо.

Согласен. Вся моя жизнь сплошная несправедливость. Но я не могу этого изменить. Не все в этом мире можно починить. Я уже не подлежу ремонту. Я как испорченная игрушка, место которой в мусорном баке.

— Вернись в замок. — Аурелия подходит ко мне и садится на диван рядом со мной. Я не вижу её глаз и носа, но замечаю слезы, стекающие по щекам.

— Не могу. — Я обнимаю её за плечи и прижимаю к себе. — Не плачь. Хочешь мороженое?