Чтение онлайн

Одрик был послушен, как и обещал, и третье упражнение у него получилось само собой, без особых усилий. И четвертое уже не показалось сверхсложным, даже в чем–то приятным, или голос Торканы его успокаивал, почти убаюкивал. И удивительно дело, он согласился и на пятую позицию, о чем даже не мечтал. Он будто бы был в воде, и вода сама несла его. Весь мир вокруг, включая собственное тело, казался мягким, спокойным и податливым, как мягкая гончарная глина, или как тесто в умелых руках пекаря. И вдруг…

—

Руки! — Воскликнула Торкана, и плавный флер улетучился. Одрик вывалился в свою рутинную обстановку.

— Что, руки?

— Одрик, у нас пока всего лишь медитация. УЧЕБНАЯ!

Одрик покорно убрал руки оттуда, где они оказались, потому, что это была явно не учеба. Но как же ему удержаться, когда Торкана была так близко!

— Я тебе велела про все лишнее забыть….

— Разве ты лишняя? — Прозвучал вопрос ученика, обиженного строгостью преподавательницы. Одрик поднялся и вышел из комнаты.

Торкана нашла его по шуму льющейся в ванну воды. Рассуждала она недолго и тоже влезла в прохладу ванной, застав Одрика врасплох.

— А я в качестве поощрения за выполнение упражнений и хорошее поведение думала показать тебе еще одну очень интересную позицию?

— Но ведь у меня не получилось.

— Не получилось у тебя совсем чуть–чуть. За это даже бал не стоит снижать, так, разве небольшой минус. Но вот поведение идеальным назвать никак нельзя.

— Идеальное — это на «отлично». Неужели мне «хорошо» по поведению поставить нельзя?

— Ты прав, «хорошо», пожалуй, можно. И в таком случае я могу провести еще и факультативное занятие, сверх учебной программы. Ты согласен?

— А это зачтется в итоговую оценку?

— В зависимости от результата.

— Я постараюсь.

— Ты только не торопись и слушайся меня. И ВСЕ получится.

И у них ВСЕ получилось….

Если учитывать еще и факультативные занятия, то медитации перед сном было уделено гораздо больше часа. А за старательность, с которой это было выполнено, можно было ожидать похвалы от придирчивого Учителя. Но он бесстрастно молчал, рисунок на браслете, оставался всего лишь рисунком.

Двоим не тесно даже на такой узкой кровати, они спят, прижавшись друг другу…. Занавеска неслышно колышется под дыханием звездной ночи спелого лета. Густая тьма беззвучна, нет сейчас ни птичьих трелей, ни лягушачьих хоров. Не приблизились еще к Каравачу вестники осени — грозовые тучи с громами и молниями, молчалива ночь. До рассвета в городе правит тишина. И разговор двух бестелесных сущностей не в силах нарушить ее.

— Доброй ночи коллега, наконец–то мы одни, — ответом было привычное тягостное молчание.

— ……………………….

— Коллега, ну нельзя же быть таким букой, мы в каком–то смысле соседи, а в некотором возможно и сожители.

— Позвольте,

асса, вы на что намекаете?

— На то, что мы с вами попали в один переплет и желательно как–то вместе сосуществовать.

— С чего вы взяли, что я жажду совместного существования?

— Разве в сундуке лучше? — спросил некто голосом Дика

— Там хотя бы всякие не донимают.

— И вам не было не скучно?

— Да мне всего ничего осталось, как раз для того, чтобы подумать о бренном.

— Хм, подумать! Думать–то мы все мастера, а вот сделать что–нибудь.

— Как вам там?! Я не намерен выслушивать нотации от неизвестной и подозрительной сущности!

— От такого же слышу! Хотя вы мне не так уж неизвестны. — Ехидно продолжил некто голосом Дика.

— Вы тоже не инкогнито, и на это вы намекаете? Уж не собирались ли вы меня шантажировать?!

— Помилуй Пресветлая! С чего вы измыслили такую чушь? У меня и желания такого не было! Я надеялся, что уж раз мы оба попали в кукловоды, то вдвоем будем заботиться о наших «детках».

— Это с чего вы так решили? Не вижу резона в ваших словах.

— А разве это не очевидно?

— Для меня — нисколько. Если вы про сегодняшнюю ночь, то ничего особенного, сегодня одна, завтра другая. Удивляюсь, что для такого ловеласа, каким были вы при жизни это не ясно.

— Именно потому, что я кое–что понимаю в женщинах, я смею утверждать обратное.

— Вот поэтому вы и попали к девочке. Я бы на вашем месте и дня не вытерпел, вернулся бы в сундук. Лучше там лишнюю сотню лет провести, чем связываться с бабой. — Заметил некто голосом Учителя.

— Вот в вас и заговорил женоненавистник, коим вы были при жизни. Да моя девочка десятка представителей сильного пола стоит. Я ее ни на кого не променяю. Ничему вас ни смерть, ни пребывание в сундуке не научило. А я сейчас на не шутку обеспокоен за этого мальчика.

— Не ваша забота. Он под моим руководством!

— Да уж! И в кого он превратиться, под вашим руководством? В такого же зануду? Вы потому все и умишком двигались, что становились придатком к своей умопомрачительной магии, а все человеческое из себя выдавливали. Кто же так долго протянет, это хуже тюрьмы!

— Вы что, не понимаете КТО он?! Он должен…

— Он должен оставаться человеком в любой ситуации. А сейчас ему нужно элементарно выжить, за ним охота открыта. Это, как вы изволили выразиться, даже баб волнует, а вам — плевать. Вы бы не с вдалбливания теории ему в голову начали, а научили простому, но жизненно необходимому. Защиту ставить, например. А то ему два дня осталось под лучами Андао гулять. Хотя, если вам все равно…. Но мне он больше нравится живой, и ЕЙ тоже. А я для своей девочки сделаю все, что смогу.