Мастер Рун
Шрифт:
— А я за что столько плачу местной страже? — спокойно ответил мужчина. — Чтобы проклятые приходили в мой дом, когда я отдыхаю? Завтра же выскажу Наместнику всё, что думаю о его бескультурном поведении. Эй, мальчишка. Ты как сюда попал?
— По крышам домов, господин. — виновато сознался я. — Проклятые ворвались в дом, мастер сказал, чтобы я сидел дома, но, если что, убегал по крышам. Я и убежал, они за мной гнались, особенно эта тварь. Он главный среди проклятых.
— Откуда знаешь? — неожиданно заинтересовался хозяин дома и присел на корточки смотря
— Я знал парня, — показал я на Оску, — Его укусили в катакомбах, но тот, кто укусил умер, он съел ядро мёртвой твари.
— Интересная история. — практик поднялся и вышел за дверь. — Если это матка, то сейчас мы посмотрим, врут древние сказки или нет.
А затем он выпустил свет из рук, такой яркий, что, когда я проморгался, вместо десятков проклятых вокруг был только падающий пепел, а сам Оска, обожжённый до костей, лежал и даже не шевелился. Практик неспешно подошел к нему, пробил грудь рукой, пошарил там, словно такое каждый день делает, и вытащил сердце из разорванной груди, а оттуда очередное ядро твари.
И всё. Я даже глазам своим не сразу поверил, что можно вот так, одним щелчком пальцев, убить тварей и при этом даже не запыхаться.
— Ого, Ульяна, смотри! Действительно. — практик показал девушке ядро. — Необычное качество. Жаль слабовато для меня.
Практик повертел ядро в руках, разглядывая его на свету, затем бросил девушке. Та поймала его одной рукой, даже не глядя, и скрылась в доме. Мужчина вернулся ко мне, нависая сверху.
— Ну что, мальчишка? Рассказывай толком. Откуда, говоришь, ты знал, что именно эта тварь — главная?
Я попытался подняться, но ноги отказывались слушаться. Всё тело превратилось в один сплошной синяк.
— Мы вместе в катакомбы лазили. Момент, когда его укусили, я видел лично. А потом… — я сглотнул, вспоминая Оскара, стоящего на крыше напротив. — Потом он переродился и всех убивать начал. Дом мой нашел. Смотрел прямо на меня. Говорил, что идет за мной. Остальные твари просто шли рядом, слушались его.
Практик присел на корточки, изучая меня внимательным взглядом, от него сильно разило перегаром.
— Интересно. Матка сохраняет часть памяти, особенно последние яркие события в жизни, ты значит был в одном из них? — Он хмыкнул. — Тебя как зовут?
— Лео, господин. Подмастерье рунмастера Валериуса Фаррела.
— Валериуса? — Практик приподнял бровь. — Того самого пьяницу из нижнего квартала? Который когда-то служил в Четырнадцатом имперском?
— Он… да, господин.
Мужчина выпрямился, качая головой.
— Надо же. Не знал, что рунмастер решил завести себе подмастерье — Он допил вино из бокала и швырнул его через плечо. Хрустальный бокал разбился о мраморный пол дома. — Ладно. Это всё, конечно, занимательно, но у нас тут есть одна небольшая проблема.
Он обернулся, глядя на статую, валяющуюся у ступеней в луже черной крови.
— Статуя. Работы мастера Геронта. Стоила мне минимум двадцать золотых. — Его голос стал холоднее. — А ты её
Я почувствовал, как краской заливает лицо, от собственной беспомощности и ощущения слабости. Ненавижу чувствовать себя так.
— Я.… мне было нечем защищаться. Тварь… и я троих убил, или даже больше.
— Тварь, тварь, — передразнил он, махнув рукой и не обращая внимания на названное мной количество. — Да мне плевать на тварь. Я её одним щелчком убил. А вот статую обратно не склеишь. Понимаешь?
— Так она целая, господин, — нагло ответил я, собираясь с духом. — она оказалась крепче чем, черепушка этого проклятого. Её нужно просто поставить на место. Дайте мне пару дней, и я оплачу работу мастеров они всё починят.
— Ты? Оплатишь? — Практик расхохотался. — Мальчик, у тебя на штанах дыры, рубаха вся в крови и дерьме какой-то твари. Ты весь ободранный, еле стоишь на ногах. Откуда у тебя деньги на оплату ремонта?
Сказать было нечего. Мужчина вздохнул, потирая переносицу.
— Ладно. Значит так. — Он ухмыльнулся. — Пошли внутрь. Здесь холодно, да и вонь от этих тварей просто отвратительная.
Практик развернулся и направился к двери. Я попытался встать, но ноги подкосились. Он обернулся, щелкнул пальцами, и я почувствовал, как невидимая сила подхватила меня под мышки, поставив на ноги.
— Давай, хромай за мной. Только грязь с ног вытри. Ковры дорогие.
Я поковылял следом, чувствуя, как каждый шаг отдается болью во всём теле.
Внутри дома было роскошно. Высокие потолки, хрустальные люстры, картины в золотых рамах. В большом зале накрыт стол, на котором горами лежали яства. Несколько девушек в прозрачных накидках сидели на диванах, лениво потягивая вино.
Практик плюхнулся в массивное кресло, закинув ногу на подлокотник и на некоторое время задумался, пока я осматривался и снова краснел под смешливые взгляды полуголых красавиц.
— Ульяна, налей ему воды, а то на мертвеца похож.
Девушка, которая ловила ядро, подошла ко мне с кувшином и чашей. Я жадно выпил, чувствуя, как пересохшее горло оживает.
— Передай своему мастеру, чтобы завтра утром пришел. Вот адрес. — Он щелкнул пальцами, и в воздухе возникла небольшая карточка, которая плавно опустилась мне в руки. — И пусть не опаздывает. Я не люблю, когда опаздывают. А теперь иди.
Я поклонился, чувствуя, как всё тело протестует против этого.
— Спасибо, господин.
— Посмотрим. Всё же Венату умеет шутить, еще как умеет. — усмехнулся он. — Ульяна, проводи его до ворот. И дай ему какую-нибудь тряпку. А то он весь в дерьме.
— Господин, а я могу забрать статую с собой? — спросил я кланяясь. — Я отмою её и почищу, а затем верну на место с работниками, что поставят ее на место.
— Статую, которая стоит двадцать золотых? — снова засмеялся практик. — Да ты ее продашь на первой же барахолке за пару монет и свалишь с города. Шустрый парень, ты мне определенно нравишься. Завтра приходи с мастером.