Чтение онлайн

— Лео, слушай меня внимательно, — начал он, доставая из сундука длинный клинок в потертых ножнах, который явно видел немало сражений. — Ты останешься здесь и никуда не выходишь, понял? Ни при каких обстоятельствах. Закроешься изнутри и будешь сидеть тихо. Если что-то пойдет не так, и они доберутся сюда, а я очень надеюсь, что этого не случится — то сразу лезь на крышу через чердак, помнишь люк? Оттуда на соседние дома и к Тонкой башне, там точно будет стража и укрепления. Запомнил?

— Запомнил, мастер, — кивнул я, чувствуя, как

в груди начинает нарастать тревога, которую я пытался подавить. — А вы… вы справитесь?

— Я не первый раз иду против проклятых, — усмехнулся Валериус, но в его глазах не было веселья, только холодная уверенность опытного воина. — Эта броня сделана не для красоты, повидала многое, а меч и вовсе пил кровь подобных тварей не один десяток раз. Справлюсь, не переживай. Главное, чтобы ты тут не наделал глупостей и дождался моего возвращения. На, держи.

Он протянул мне второй клинок. Короткий и тяжелый, в простых ножнах и с ремнем.

— На всякий случай. — сказал рунмастер, заодно доставая из сундука, целую связку камней с рунами.

Он быстро спустился вниз, я следовал за ним по пятам, наблюдая, как мастер собирает готовые амулеты в кожаный мешок, проверяя каждый беглым, но внимательным взглядом. Шестнадцать штук. Для сдерживания прорыва проклятых этого может оказаться недостаточно, но лучше хоть что-то, чем ничего. Шестнадцать человек получат шанс и могут стать ударным ядром, который переломит ход схватки в нужное время.

— Остальные сделаем потом, если будет нужно, пока ничего не трогай. — отрезал Валериус, затягивая ремень на мешке. — Сейчас важнее остановить прорыв, пока они не распространились по всему району. Если Орландо просит о помощи, значит, дело действительно дрянь. Он не из тех, кто паникует по пустякам.

Мастер направился к двери, но я не удержался и окликнул его:

— Мастер Валериус! Будьте осторожны, пожалуйста.

Он обернулся, и на его лице промелькнуло что-то похожее на удивление, а затем спокойная улыбка.

— Постараюсь, племянник. Береги себя и мастерскую. И камень этот чертов не трогай, пока я не вернусь.

Дверь захлопнулась, я задвинул большой засов, повесил оружие на пояс и понял, что не знаю, что делать дальше. Эти проклятые пугали до усрачки, пусть я никого из них еще и не видел, кроме Краба. На всякий случай закрыл еще и ставни единственного окна, которые до этого были скрыты ящиками с материалами и длинным тубусом с неизвестным содержимым.

Заодно проверил вторую дверь, ведущую во двор. Она так же запиралась на мощный засов, что я и сделал, но сначала высунул голову послушать что происходит. Где-то что-то ухнуло, так что в доме кастрюли забренчали, и дверь я сразу закрыл. Работать дальше перехотелось совершенно, да и мастер запретил. Взял тряпку, положил туда ледяной камень, и повесил его на пояс к оружию.

Я поднялся в комнату дяди, и попробовал закрыть окно и там, оно было небольшим, и оттуда было хорошо видно дневную улицу. На которой

в этот момент происходило нечто непонятное.

Три взрослых мужика, тащили в сторону Тонкой башни, длинными баграми, человекоподобную тварь, полностью черную, оставляющую моркрый след на дороге. У нее были отрублены все конечности и голова, и всё это привязано веревками к телу. Молчаливо пройдя мимо дома, они скрылись в ближайшем переулке. Потащили сжигать что-ли?

Окно закрывать было нечем, так что я остался сидеть на стуле и смотреть на улицу.

Прошло, наверное, полчаса или час, я не следил за временем, просто сидел прислушиваясь к звукам. Город был на удивление тих, а потом услышал странный шум на улице. А потом увидел источник.

Сначала по улице пробежал парень, в полумаске, и одежде, явно не по размерам. Он показался мне смутно знакомым, либо сын мясника, либо откуда-то с рынка.

По улице следуя за ним, двигалась группа людей, человек двадцать, может, больше. Они шли неровно, дергано. Кожа у них была мертвенно-бледной, местами вздутой и покрытой черными венами, которые пульсировали в такт их движениям. Из суставов некоторых торчали острые костяные наросты, как у костяных крыс из катакомб. Проклятые. Они выглядели так же, как и Краб. Разве что не настолько изуродованные.

Но во главе этой жуткой процессии шел крупный монстр, почти вдвое больше остальных, с массивными плечами и руками, которые волочились по земле. Его тело было сильно изуродовано, кости прорвали кожу на спине, образуя подобие гребня, а из локтей и коленей торчали длинные, изогнутые шипы. Помимо самого уродства, тварь была изрезана десятками рваных крупных ран, которые видимо и не позволяли ей двигаться быстрее, так как брела она со скоростью улитки, остальные просто следовали за ней.

Голова твари была немного откинута назад, а глаза закрыты.

Оска.

Я узнал его, несмотря на чудовищные изменения тела, его лицо было абсолютно чистым, без единой царапины и он улыбался, безмятежно смотря на небо над головой. А затем словно почувствовал мой взгляд, шея дернулась, и голова изменила положение. Глаза Оскара открылись, уставились точно на меня. Губы зашевелились, но я сразу понял, что он хочет сказать, и бегом рванул на верх, стараясь свалить из дома по пути, что рассказал мастер.

— Я иду за тобой, Лео. Иду за тобой.

Я споткнулся на третьей ступеньке, едва не растянулся на лестнице, но схватился за перила, с трудом удерживаясь и рванул вверх, перепрыгивая по две ступеньки разом. Сердце колотилось так, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди.

Внизу гулко ухнула дверь. Ударили с такой силой, что дом задрожал до самого основания. Сразу раздался еще удар, и крепкая древесина затрещала, не выдерживая натиска. Загремели ставни мерзким тянущимся звуком, послышался звон разлетающегося стекла.