Чтение онлайн

И ярость халифа усилилась от этого дела, и он не знал, как ему быть в этом случае, и сказал своему везиру Джафару:

— О Джафар, предел моих желаний, — узнать, кто это, и больше ничего!

И везир Джафар ответил:

— О повелитель правоверных, у нас есть лишь один способ, ибо сторожа и вся эта охрана нам не помогут и не приведут к цели. Правильный способ — положить в постель госпожи Бадр аль-Будур под матрас мешок с мукой, и пусть конец мешка торчит из-под матраса и будут в нем маленькие дырочки. Когда за царевной придут и возьмут ее, мука

посыплется через дырочки на землю и будет сыпаться до того места, куда отправляется царевна. А мы утром пойдем по следам муки до конца и узнаем, где живет обидчик, который устроил эту проделку.

— Клянусь Аллахом, Джафар, совет, который ты высказал, правилен и великолепен! Награди тебя Аллах за этот дьявольский план! — воскликнул халиф.

И затем они приготовили мешок с мукой, как сказал Джафар, и положили его, дырявым, в постель госпожи Бадр аль-Будур, и халиф с Джафаром и несколькими солдатами провели ночь подле нее, и напало на них, как всегда, сонное оцепенение. Потом госпожа Бадр аль-Будур вернулась и разбудила их, а халиф не мог дождаться, когда он поднимется ото сна и увидит утро, и едва наступило утро и госпожа Бадр аль-Будур подняла их, они осмотрели мешок в ее постели и увидели, что тот пуст и в нем ничего нет.

И рассказывают, что врач узнал об этой истории благодаря своему чудесному перу и, повстречавшись утром с Ала ад-Дином, сказал ему:

— О сын мой, теперь халиф проведал, где ты, так как везир Джафар устроил дьявольскую хитрость и из этого вышел толк, но ты не бойся. Сегодня халиф придет и будет тебя искать — он, везир Джафар и несколько воинов, однако не страшись и ничего не бойся.

— Отец, — отвечал Ала ад-Дин, — раз ты взял меня в сыновья, то я не боюсь ни халифа, ни кого-либо другого!

А халиф Харун ар-Рашид, пробудившись от сна и увидев, что мешок пустой и в нем ничего нет, тотчас же отдал приказ и отправился с везирем Джафаром и множеством воинов по следам муки, пока не оказался поблизости от дворца Ала ад-Дина.

А врач, рассказывают, видел их, и сказал Ала ад-Дину:

— О Ала ад-Дин, возьми лохань с водой, поднимись с нею на кровлю дворца и разбрызгай кругом воду, а потом возвращайся ко мне.

И Ала ад-Дин не медля взял лохань с водой и поднялся на крышу и разбрызгал воду, как сказал ему врач, его отец, и в тот же час появилось вокруг дворца полноводное море, где бились волны, неверные горы, которые никто не может перейти, и стал дворец Ала ад-Дина подобен острову посреди моря.

И когда халиф и его люди подъехали и увидели это полноводное море, где бушевали волны, халиф оторопел при виде этого и обернулся к Джафару и спросил:

— О Джафар, откуда взялось в этом месте такое море?

И Джафар ответил:

— О повелитель правоверных, мне не ведомо, чтобы было в Багдаде какое-нибудь море или река, кроме реки Тигра, и это не что иное, как колдовство. Прикажи твоим воинам перейти его: пусть войдут в море на конях и, когда достигнут дворца, приведут того юношу.

— Вот это правильно! — воскликнул халиф и отдал приказ некоторым

из бывших с ним воинов, и те вошли в море и утонули, и халиф приказал другим, и те тоже утонули, и всякий раз, как люди тонули, халиф посылал других, пока не утопил множество воинов.

И тогда врач выглянул из окна и сказал халифу:

— О повелитель правоверных, не бери на себя греха за этих тварей! Ты не выше того, кто пустил течь это море, и тот, кто заставил его течь, не обязан перед тобой отчетом и не боится тебя. Сохрани же жизнь твоих воинов и не топи их, чтобы я не утопил весь город и ты сам не утонул бы вместе с ним. Только из уважения к тебе, повелитель правоверных, ибо ты преемник посланника Аллаха — да благословит его Аллах и да приветствует! — говорю тебе: возвращайся на место, а мы явимся к тебе во дворец.

И халиф обратился к Джафару и спросил его:

— Что это такое, о Джафар?

И Джафар ответил:

— О повелитель правоверных, кто в одну минуту может сделать внутри города такое море, тот и вправду может утопить весь город и нас вместе с ним. Правильно будет, как я полагаю, вернуться во дворец и посмотреть, правду ли он говорит. А он, как я вижу, человек, знатный по положению и высокий саном, и любит ислам, ибо он призвал благословение на пророка, да благословит его Аллах и да приветствует!

И тут халиф с Джафаром и теми, кто остался из войска, вернулись во дворец, и халиф вошел в свои покои; весь мир казался ему тесным, и башня гнева возвышалась у него между глаз, и он был печален, и стеснилось у него сердце и грудь, так как дочь его опозорили и лишили чести посреди его дворца, а он ничего не мог сделать с обидчиком.

И вот он сидел, как на огне, из-за этого случая, и вдруг входят к нему те двое — врач и юноша Ала ад-Дин.

И когда они оказались перед ним, халиф обернулся к Масруру-меченосцу и сказал ему:

— Меченосец, подай сюда голову этого проклятого!

А госпожа Бадр аль-Будур смотрела на это из-за решетки окна своей комнаты, она увидела, что палач подошел и завязал Ала ад-Дину глаза, прикрыл их повязкой, чтобы его убить, и упала без чувств, и охватило ее беспамятство. А при ней находилась невольница, поверенная ее тайн, и больше никого, и она брызгала царевне в лицо розовой водой, пока та не очнулась.

Меченосец же сделал три круга вокруг Ала ад-Дина после того, как он завязал ему глаза, и спросил халифа:

— О повелитель правоверных, разрешить ли ты убить этого юношу?

— Поспеши! — сказал халиф, и меченосец поднял руку и ударил Ала ад-Дина. И вдруг рука меченосца опустилась и меч пришелся на одного из вельмож, эмиров царства — а это был любимец халифа, — и отрубил ему голову.

И халиф сказал меченосцу:

— Ты что ослеп, гашишеед, что бьешь мимо? Мало того, что в море утонуло столько наших воинов из-за этого проклятого сквернавца, из-за него еще убивают великого эмира! Подай мне сейчас же его голову! Клянусь моей жизнью, если ты второй раз промахнешься, я скину голову тебе, о проклятый!