Шрифт:
Я ничего не чувствовал в этот неудачный полдень, поскольку, как я думаю, мои чувства были притуплены. Был благоуханный солнечный день и только легкие облака виднелись у линии горизонта.
Может быть, меня убаюкали некоторые приятные изменения в заведенном порядке вещей. Это отчасти было отвлечением моих подсознательных ощущений, моей ранней системы оповещения… Этому, я полагаю, содействовало то, что долгое время не было никакой опасности и я был уверен, что надежно спрятан. Был прелестный солнечный день.
В
Мой кофе остывал так долго на столике за дверью, что стал привлекательным разве что для какого-нибудь вкусового мазохиста.
Я поставил его утром и не вспомнил о нем, пока мой взгляд случайно не натолкнулся на него. Я работал во время перерывов, день был очень стоящий. Действительно важная часть работы закончена.
Теперь время отдыха, праздника, наслаждения всем тем, что найдено.
Я взял чашку с остывшим кофе. Почему бы нет? Несколько слов, простой жест…
Я попробовал глоток ледяного шампанского. Замечательно.
Затем я подошел к телефону, чтобы позвонить Элайне. Этот день стоил большего праздника, нежели чашка кофе, которую я держал. Когда моя рука готова была коснуться телефонной трубки, раздался звонок. Я поднял трубку.
— Алло? — сказал я.
Ничего.
— Алло?
Опять ничего. Нет… Кое-что.
Нечто таинственное, на фоне случайного шума…
— Говорите или положите трубку, — сказал я.
Неузнаваемый голос, идущий из глубины горла, произнес:
— Феникс — Феникс — горящий — ясно, — услышал я.
— Почему звоните мне?
— Таг. Ты это — он.
Разговор оборвался.
Я несколько раз нажал на кнопку, вызывая телефонную станцию.
— Элси, — спросил я, — тот, кто мне сейчас звонил — каковы были точные слова?
— Да? — сказала она. — Тебе не звонили целый день, Дейв.
— О.
— С тобой все в порядке?
— Короткое замыкание или что-то в этом роде, — ответил я.
— Спасибо.
Я покачал и допил остатки шампанского. Это уже не было удовольствием, а скорее напоминало работу по уборке. Я тронул пальцами тектитовый кулон, который был на мне, ременную пряжку из грубообработанной лавы, коралл на ремешке часов. Я открыл кейс и переместил определенные предметы,
Взял некоторые из них и переложил в карманы.
В этом не было смысла, но я знал, что это существует в действительности из-за первых сказанных слов. Я упорно думал. У меня до сих пор не было ответа, после всех этих лет. Но я знал, что это означает опасность. И я знал, что она может принять любую форму.
Я захлопнул кейс. По крайней мере, это произошло сегодня, а не, скажем, вчера. Я подготовился лучше.
Я закрыл окно и выключил вентилятор. Я раздумывал, не стоит ли мне направиться к своему тайнику. Конечно, это было бы именно тем, чего от меня ждал кто-то.
Я прошел в холл и постучал в полуоткрытую дверь моего босса.
— Входи, Дейв. Что случилось? — спросил он.
Майк Торли, приближающийся к сорока, усатый, хорошо одетый, улыбающийся, положил лист бумаги и взглянул на потухшую трубку в большой пепельнице.
— Небольшие сложности в моей жизни, — сообщил я ему. — Ничего, если я уеду завтра рано утром?
— Конечно. Надеюсь, ничего серьезного?
Я пожал плечами.
— Я тоже надеюсь. Но если все будет идти так, я думаю, это потребует нескольких дней.
Он пожевал губами, затем кивнул.
— Ты позвонишь?
— Конечно.
— Это из-за того, что мне хотелось бы достаточно быстро разобраться с этими африканскими экспонатами.
— Верно. Очень интересные экземпляры.
Он поднял обе руки.
— О'кей. Делай, что тебе нужно.
— Спасибо.
Я повернулся, чтобы выйти, но тут вспомнил.
— Еще одно… — сказал я.
— Да?
— Кто-нибудь что-нибудь спрашивал обо мне.
Он начал отрицательно качать головой, затем остановился.
— Никто, если не считать этого репортера.
— Какого репортера?
— Парня, который звонил день тому назад, делая репортаж о наших новых поступлениях. Твое имя, конечно, упоминалось, и он задал несколько общих вопросов — обычных, типа того, как долго ты работаешь здесь, откуда ты. Ты знаешь.
— Как его имя?
— Вольфганг или Вальфорд. Что-то в этом духе.
— Какая газета?
— «Таймс».
Я кивнул.
— О'кей. До скорого.
— Будь осмотрительней.
Я воспользовался платным телефоном в вестибюле, чтобы позвонить в газету. Конечно, среди работающих там не было никого по имени Вольфганг или Вальфорд или похожих на них. Никаких статей на эту тему. Я обдумывал, не позвонить ли мне в другую газету на тот случай, если Майк ошибся, когда меня похлопали по плечу.
Должно быть, я повернулся слишком быстро и выражение моего лица несколько отличалось от того, что ожидалось, так как ее улыбка исчезла и на лице отразился испуг.
— Элайна! Ты меня испугала. Я не ожидал…