Манагер [СИ]
Шрифт:
— Так вот оно что! Ты шаман! Вот почему ты смог победить Амунга и его людей! Ты шаман, и ты провидец! Спасибо тебе за предупреждение, Шаман. Я не буду связываться с рынком невольников. Надеюсь, что мы будем друзьями и партнёрами.
Саркол слегка поклонился мне, я тоже — с полусекундным замедлением и мы разошлись по своим дорогам. Мне ужасно хотелось расспросить его — что там слышно о ночных событиях, но я не решился больше испытывать судьбу и взбежал на корабль по трапу. Так началось моё путешествие на Арзум.
По мачтам забегали матросы, свежий морской ветер надул паруса и большой пузатый корабль медленно отвалил от причала, влекомый ветром
Капитан стоял на мостике и отдавал приказания зычным голосом, сыпя морскими терминами, большей части которых я просто не понимал. Мы все терпеливо стояли у борта, обдуваемые морским ветерком и ждали, когда до нас дойдут руки у капитана.
Руки его дошли до нас через полчаса, когда «Ловец удачи» медленно и важно вышел из бухты и направил свой украшенный статуей неизвестного зубатого животного нос в открытое море.
Капитан подошёл к нам — его лицо, загоревшее на морском солнце, было лицом пожившего и умного человека — он осмотрел всех нас, хмыкнул и сказал:
— Похоже, что вы важные персоны, раз вам сам Саркол кланяется! Первый раз вижу такое — надо где-то записать об этом событии, на память, так сказать! Чудо, понимаешь! Итак, вам нужны две каюты. Ну что же — корабль у меня грузо-пассажирский, так что место мы найдём, пассажиров в этот раз немного, точнее — вообще нет, чтобы их мунга сожрали! Мы идём с грузом масла и листьев кауки, некогда ждать пассажиров, купец настаивал на скорейшем отплытии. Так что — две каюты ваши. Даже три могу — как я понял — у вас два парня в слугах, и две девчонки. Цена будет та же — за место...за место...хммм...— капитан помедлил — по пятьдесят монет! В это входит питание во время всего плавания. Заверяю вас, это очень дёшево! Считайте за мою благотворительность — может когда-нибудь замолвите за меня слово Сарколу — капитан усмехнулся — а сейчас я к вам пришлю стюарда и он проводит вас в ваши каюты. Встретимся за ужином, к нему я вас приглашу. Ужин будет в офицерской столовой, стюард покажет — где это. Всё, до встречи за ужином, господа! Да — ваши слуги будут питаться с командой, в матросской столовой, стюард тоже покажет, где это. Ваши служанки не против питания в матросской столовой? У нас матросы шутники, любят острое словцо — пусть не пугаются, если матрос обидит пассажира — он будет высечен. Да вряд ли они решаться обижать слуг акома — слава у вас ещё та...
Из слов капитана я так и не понял — то ли он имел в виду славу вообще акома, как воинов, то ли мою славу лично — прослышал про кровавые разборки в порту, в любом случае — уточнять не стал. Не хотелось лишних разговоров, расспросов — хотелось улечься на кровать в каюте и уснуть — я так мало спал в последнее время и испытывал такие перегрузки, что мой организм настоятельно требовал отдыха, и поскорее.
Стюард развёл нас по каютам — тут они назывались просто комнаты — это было небольшое помещение, похожее на все каюты во всех мирах — только в этой кровати были не друг над другом, а стояли рядом, как в купе СВ-вагона. Посредине помещения столик, масляный фонарь, приделанный к деревянной стене, иллюминатор, закрывающийся намертво деревянной массивной «пробкой» — в общем-то, ничего экстраординарного.
Как обычно у всех женщин, Риле тут же приспичило в туалет и она убежала его искать, оставив меня дремать на кровати. Подремать ни черта не дала — появилась через двадцать минут и взахлёб, радостно сообщила, что сквозь дырку туалета видно море! И что смывают они забортной водой, черпая ведром!
Я обложил её матерно, потребовав, чтобы
Только я хотел яростно обложить Рилу, как увидел стоящего в дверях стюарда:
— Господин Манагер! Капитан приглашает на ужин!
Тихо ругаясь про себя, сполз с постели под укоризненными взглядами Рилы, сунул под матрас свой драгоценный меч — не ходить же по кораблю в полном боевом вооружении, а оставлять его на виду чревато — и потащился следом за ней и за терпеливым стюардом, или слугой — чёрт знает как у них тут это называется. Мне всё время хотелось назвать сортир гальюном, а столовую кубриком, но меня вряд ли поняли бы. У каждого мира свои названия, а мои въелись в кровь с десятками прочитанных книг, сотнями повестей о приключениях морских путешественников.
Когда я вышел на палубу качающегося, как качели корабля, настроение моё сильно улучшилось — ну, во первых, я не испытывал никакого дискомфорта от качки — видимо мой организм пребывал благодаря симбиозу в таком равновесии, что его не могло поколебать какое-то чепуховое морское волнение, во-вторых — Рила тоже чувствовала себя прекрасно, а это очень, очень радовало — находиться дни напролёт рядом с больной, плакливой и сопливой, беспрерывно выташнивающей женщиной было бы тяжким испытанием.
Вокруг расстилалась бесконечная морская равнина — пока я спал, корабль отдалился от земли настолько, что и следа не осталось от материка, от которого мы вышли в море.
Корабль важно и плавно забирался на волны, нырял вниз, разбрасывая пенные брызги, а свежий ветер туго надувал паруса, двигая нас к цели. С улучшением настроения пришёл и аппетит — организм резко напомнил, что надо бы и восстановить ресурсы, потраченные на лечение, на восстановление тела.
В животе забурчало и я прибавил шагу, надеясь, что капитанский ужин будет достаточно плотным, чтобы насытить мою утробу.
За столом в кубрике сидели пятеро мужчин и капитан — видимо, офицеры, свободные от вахты. Войдя, мы поздоровались и осмотрелись — я ещё никогда не был на океанских кораблях, а тем более на таких грузо-пассажирских, уж не говоря о кораблях другого мир, потому не знал, как себя вести.
Мельком поразмыслив, пришёл в выводу, что надо вести себя как обычно, а там, если уж накосячу, так меня поправят.
За столом было два свободных места, у которых стояли приборы, к ним я и направился вместе с Рилой, справедливо предполагая, что это места для нас. Капитан нас представил, заявив, что это наши почётные пассажиры, которых представил Саркол и который прощался с нами поклонившись. После это интерес у офицеров к нам резко возрос — до того они просто исподтишка разглядывали Рилу, норовя заглянуть к ней в вырез белой кружевной рубахи, оттягиваемый высокой грудью.
Минут пятнадцать мы ели молча и было слышно только постукивание деревянных двузубых вилок о фарфоровые чашки, да булькание наливаемого вина и сока, потом капитан решил начать светскую беседу:
— Господин Манагер направляется на Арзум с торговой миссией?
Я слегка усмехнулся, и сказал:
— Можно сказать, что и так. В поисках партнёров.
— А чем вы торгуете, если не секрет?
— Не секрет — пряностями. Впрочем, вам лучше было бы спросить о торговле пряностями у госпожи Рилы, это она основной торговец, я больше осуществляю охрану, защиту, обеспечение безопасности предприятия.