Чтение онлайн

— Думай, соображай девонька, — говорила она каждый раз себе, в перерывах, когда её мучители прекращали свои бесчеловечные опыты. Однако прошло какое-то время, и на экранах снова возникло противное лицо Антон Сергеевича.

— Добрый день, как самочувствие?

— Вашими молитвами.

— Что делать, сами виноваты. Давно бы перестали упорствовать, и стали бы сотрудничать, вполне возможно, что ваше пребывание здесь существенно улучшилось бы. А так, виноваты вы сами.

— Надо же, а вы прямо ангел божий!

— Ангелы, будет вам известно, меч несут в руках своих, ибо они на службе господа, и потому, порой, проливают кровь человеческую.

— Выходит, вы черный ангел.

— Какой есть. Другого, не будет.

— Жаль.

— Могу лишь посочувствовать.

Так что, по-прежнему будем упорствовать, или начнем сотрудничать?

— А вы уверены, что после всего, что вы со мной сотворили, у меня хоть что-то из моих способностей осталось?

— Осталось голубушка, осталось. В этом я нисколько не сомневаюсь. Вы только чуть-чуть, покажите свои возможности, а дальше наша забота, что и как у вас в организме работает.

— Сомневаюсь я.

— Сомневаетесь! В чем?

— Мозгов у вас не хватит, чтобы понять возможности моего организма. Знаете, представила себе, как вы разрезали меня на куски, рассовали по консервным банкам с раствором, а морды у вас кислые-кислые, потому что ни черта не смогли разобраться в моем организме. Такой же, как у всех людей.

— Я понимаю ваш юмор, но в вашем положении, это всего лишь отчаянная попытка сохранить хорошую мину, при плохой игре. Зато мы для вас новую игру придумали. Начнем?

— Как хотите.

— В таком случае, приготовьтесь. Снова больно будет и очень.

— Мне не привыкать.

— Как знать, голубушка, как знать.

Его дурацкая присказка голубушка, окончательно вывели Анну из себя, и она еле сдерживалась, чтобы не сказать ему какую-нибудь гадость. Но все же постаралась этого не сделать, понимая, что врага лучше усыпить, чем разозлить. В этот момент дверь в её камеру открылась, и санитар вкатил какое-то странное сооружение. Рассмотреть его полностью ей не удалось. Она лишь поняла, что оно представляет собой какую-то сложную конструкцию на четырех длинных штангах на колесах, что позволяло передвигать её по полу и затем расположить так, что кровать, на которой лежала Анна, оказывалась как бы внутри установки. Теперь прямо над ней висели какие-то металлические прутья, от которых шел широкий шлейф проводов. Санитар поправил трубки, идущие от капельниц, и провода от датчиков, и затем еще немного продвинул тележку вперед, так, чтобы трубки были точно над ней по все длине тела. Затем нагнулся и что-то начал куда-то подсоединять, видимо подключать провода. Закончив, он вышел. Теперь экраны были на треть закрыты трубками, но видеть нахальное лицо врача, по-прежнему было можно. По всей видимости, кругом были установлены камеры слежения, и он мог наблюдать за всем происходящим. Как только все приготовления были закончены, он запустил установку.

Анна вначале не поняла что происходит. Послышалось тихое жужжание, но при этом она сначала ничего не почувствовала. Прошло пять, десять секунд, и внезапно внутри неё словно все загудело и ей стало неимоверно жарко. Казалось, что внутри неё что-то горит. Её стало страшно и почти сразу вслед за этим, она почувствовала неимоверную боль. Такой боли она еще никогда не испытывала, она даже не успела закричать, как потеряла сознание.

Очнувшись, она первым делом увидела лицо врача.

— Жарко и больно, не так ли?

— Да, — простонала Анна, так как на этот раз, воздействие непонятного устройства сказывалось до сих пор. Все болело и ныло, словно её отхлестали и потом, бросив на пол, облили водой, и теперь она приходила в себя.

— Что я вам говорил. То, что было до этого, это так, детская забава. Теперь будет совсем иначе. Вы меня слушать не хотели. Кичились своим упорством, а мы все же умнее, чем вы думаете.

— Чтобы пытать людей, большего ума не надо.

— Может быть, но в вашем случае, надо быть очень осторожным. Надо делать так, чтобы вы и боль чувствовали, и раньше времени, извините за грубость, коньки не отбросили. А это не так просто.

— Что это? — и Анна взглядом показала на конструкцию, которая возвышалась над ней.

— Это, голубушка моя, специальная ультразвуковая установка, которая позволяет нагревать ваши внутренности. Учтите, это только начало, дальше

будет куда больнее, подумайте, прежде чем продолжать упорствовать. Это я вам серьезно говорю, подумайте.

— Да, — медленно ответила Анна, размышляя, что предпринять в данной ситуации.

— В таком случае, повторим эксперимент.

Установка снова зажужжала, но Анна уже приняла решение, что ей делать, и, не дожидаясь, когда боль снова отключит её сознание, дала команду на мгновенную концентрацию энергии. Возникшей вслед за этим энергетический кокон, словно пленка на теле, вздулся, отбросив с неё все датчики. Достигнув прутьев над головой, он сначала согнул их, а затем сломал, разбросав их в разные стороны. Гудение молниеносно прекратилось, зато она услышала грохот падающих на пол капельниц и то, что раньше называлось ультразвуковая установка. Она высвободила сначала одну, потом вторую руку, и краем глаза успела увидеть вытянувшееся от удивления лицо Антон Сергеевича. Анна мгновенно села на корточки, и перед тем, как создать сферу, понимая что, экраны, это не камеры наблюдения, не выдержала и прямо в экран показала обеими руками фиги, после чего, закрыв глаза, мысленно дала команду на телепортацию.

Что произошло потом, она не поняла, так как потеряла сознание. Когда пришла в себя, и открыла глаза, то картина, происходящего вокруг, потрясла её. Единственное, что было ясно, это то, что телепортация почему-то не случилась. Размышлять над причиной этого она не стала, так как все равно не понимала механизмов процессов, которые возникали при этом. Пространство вокруг неё представляло собой месиво бетона, железа, электрических проводов, и огромного количества разбитых и исковерканных приборов. Помещение, в котором она находилось, было около трехсот квадратных метров и все это было завалено кучей мусора. Торчащие прутья перил, дверей, межкомнатных перегородок, и бесконечное множество проводов, мониторов и смятых корпусов неизвестных ей приборов, лежащих грудой мусора. Видимо взрыв был такой мощности, что полностью уничтожил весь комплекс, в котором она находилась. Целыми осталась только кровать, на которой она по-прежнему сидела и, озираясь, смотрела на весь этот хаос. Одна из балок, висящая на изогнутой арматуре не выдержала, и рухнула вниз, подняв тучу пыли. Анна вздрогнула и, вздохнув, поднялась и осторожно спустилась на пол.

Она была нагая и не знала, что делать, и чем прикрыться. Вдобавок, взглянув наверх, она увидела ужасную трещину, которая шла от одного конца потолка противоположный стены, а сам потолок, подозрительно прогнулся, отчего было опасно оставаться в таком помещении. Она сделала шаг, и покачнулась. Силы стремительно покидали её. Видимо она затратила столько энергии своего организма, что ей необходимо было срочно лечь, и принять пищу. Чтобы не упасть, она схватилась за край постели, но не удержалась, и опустилась на пол. В глазах поплыли круги, и она почувствовала, как все закружилось вокруг. Собрав остаток сил, она поползла в сторону балки, которая перед этим упала. Видимо она служила одной из опорных колонн потолка, и Анна интуитивно подумала, что если потолок начнет рушиться, то это единственное место, где она сможет спастись, так как та лежала одним концом на такой же, рухнувшей до этого при взрыве. Анна проползла под неё, и закрыла глаза. В этот момент раздался грохот, и свод над ней не выдержал и начал рушиться…

Анна открыла глаза и не поняла. Кругом было темно, и ничего не видно. Она закашлялась, почувствовав, как на зубах хрустит песок. Не понимая, что происходит, она сдвинулась с места, и тут же ударилась головой обо что-то твердое. Пошарив рукой в темноте, поняла, что перед ней кусок бетонный плиты. Она повернулась и поползла в другую сторону, и снова уткнулась в какую-то преграду.

— Спокойно, только не паниковать, — мысленно произнесла Анна, — Раз потолок обрушился, то естественно он перегородил выход. Поэтому не надо дергаться, а спокойно обдумать создавшееся положение. Только не киснуть. Самое страшное уже позади. Эти сволочи, которые меня пытали, наверняка лежат под обломками, а я все еще жива, и, стало быть, есть надежда на спасение. Главное, все спокойно обдумать.