Чтение онлайн

Таможенник, едва глянув на эмблему Вирджинского колледжа на жилете Джейн, широко улыбнулся.

– Здравствуйте! По-русски говорите?

– Да, - робко ответила Джейн.

Чиновник отметил в компьютере ее пропуск.

– Работать к нам летите? Удачи вам, - он подал ей чемодан, нагнулся, чтобы снять наклейку.

– Что, много работы у вас?
– спросила Джейн.

– Да… вы не представляете, сколько наркотиков везут. Всех приходится поголовно досматривать…

Джейн выскочила из таможни, как

ошпаренная.

Она миновала толпу вымотанных дорогой людей, покорно ожидавших автобуса, подошла к очереди частников, окинула взглядом машины, не обращая внимания на назойливые предложения. Выбрала из этих жутких, под краской, плохо скрывающей ржавчину, колымаг, что-то более-менее знакомое - лендровер странной лимонно-желтой масти. Кивнула хозяину - кавказской внешности мужчине, закинула чемодан на заднее сиденье, сама уселась вперед.

Вначале нужно представиться Питерскому отделению.

– Дом Ликея, пожалуйста.

– Это где?
– осведомился возчик.

– Адрес… - пробормотала Джейн, - Ага. Вот. Лиговский проспект, 57.

– Даставым, - бодро ответил возчик. В речи его явно слышался акцент. О цене он не сказал ни слова, видимо, почуяв, что седок - не из тех, кто торгуется.

Лендровер бодро рванул с места, оставив за собой быстро распадающееся облако водяного пара.

Джейн нажала кнопку, стекло поползло вниз. Свежий ветерок ворвался в салон.

– Ничего, что я окно открыла?
– спохватилась она.

– Нычего, нычего… а вы ыз Амэрики, дэвушка?

– Да. Работать приехала.

– Ай, такая красивая дэвушка - и работать, - наигранно огорчился шофер, - А по-русски гдэ так выучылысь?

– Там и выучилась, - коротко ответила Джейн. Она с любопытством вглядывалась в пыльные, серые улицы Петербурга… многоэтажные ветхие дома - как муравейники. Неужели можно так жить? Вот за этими окнами, за занавесками (они еще их пытаются как-то кокетливо уложить) - теплится чья-то жизнь, там она проходит, от рождения до смерти, в этих маленьких, тесных серых ячейках…

– Ой, а это что такое?

Джейн округлила глаза, увидев странное, явно недостроенное сооружение абстрактных линий из сверкающей стали, вокруг которого царил строительный беспорядок. Удивительно, что строение это возвышалось в центре большого автомобильного кольца, и видно было до самого конца широкого проспекта Преобразования.

– А это, - поспешно начал явно гордящийся своими знаниями кавказец, - Музэй Мырного Преобразования… его уже пятдэсят лэт строят, скоро юбилэй, грят, будэт. Тута ранше был этот… мэмориал Победы какой-то.

– Какой Победы? В какой войне?

– Да… хрэн его знает, - ответствовал шофер, - Дэнег нэт, вот и стоит так… И мэмориал сломали, и это не могут…

– Да, это некрасиво… прямо в центре города.

– А нэважно это… - махнул рукой шофер, - Вы, значит, надолго

к нам?

– Наверное, на пять лет. Или дольше, как получится.

– Если что понадобытся, вы в Тосно Лeню Мачаева спросыте. Я это… Мэня там каждый знает.

– Спасибо, Леня.

Шофер кинул на нее искоса горячий взгляд… он явно хотел бы продолжить разговор, но не знал, как вести себя - не каждый день приходится возить ликеидов… а может, и вообще ни разу еще не доводилось. Как с обычной девчонкой - не пошутишь… А как иначе - неизвестно. Джейн полагала, что верно угадала ход мысли кавказца.

В Доме Ликея, как ни странно, никого не оказалось, кроме дежурного, русского и не ликеида. Джейн просто оставила запись в базе данных. Дежурный вызвал ей такси. Только через два часа Джейн добралась до цели своего приезда - Института Генетического Консультирования, Контроля и Конструирования, который находился в Павловске.

Она специально не стала связываться с институтом, сообщать о своем приезде.

Из какого-то детского озорства - интересно же добраться самой… посмотреть город, людей - не через призму объяснений оторванных от народа генетиков, а вот так, непосредственно.

Институт, как все здания, построенные Ликеем, резко выделялся из окружающего унылого и серого пейзажа. Прежде всего, он был озеленен - утопал в саду, не по-северному пышном. Сад ограждала высокая металлическая решетка. Сами здания института, со стеклянными галереями, сверкающими солнечными батареями на крышах, стенами из желтого яркого пеноорганика, прятались за кронами деревьев.

У ворот Центра Джейн вылезла из машины, дав шоферу сверх набежавшей суммы два доллара чаевыми. Парень рассыпался в благодарностях, все порывался поднести чемодан, но Джейн строго отослала его.

Убедившись, что лендровер скрылся за поворотом, подошла к высокой, прочной калитке и позвонила. Тотчас с шипением и треском низким женским голосом отозвалось переговорное устройство.

– Кто там?

– Меня зовут Уилсон, - ответила Джейн, стараясь попадать прямо в микрофон… системы у них допотопные… - я из Америки.

– Ну и что? Номер очереди?
– раздраженно крикнул динамик. Видимо, сторожей обмануло прекрасное русское произношение Джейн.

– Я не в очереди. Я собираюсь работать.

– Работать? Приложите к отверстию идентификационную карту.

Джейн заметила на переговорном устройстве глазок и мигающую красную лампочку… все равно никакой карты у нее не было.

– У меня нет карты! Я только что приехала!

– Вы работать собираетесь, или что? Говорите по-человечески! Что значит, нет карты?

– Я ее еще не получила.

– Вы мне мозги не пудрите!
– выхлестнуло устройство, - Сейчас полицию вызову…

Джейн глубоко вздохнула и повторила три раза личную мантру.