Чтение онлайн

В. К. Вы русскую музыку исполняли?

В. Ф. Мы привезли туда Чайковского. Исполнялся Чайковский.

В. К. Замечательно! Тем более что ведь в самом деле – приехал русский оркестр после большого перерыва в общении, когда, наверное, там почти не было нашей культуры.

В. Ф. Она была закрыта. А тяга у людей огромная. Народы близкие, православные. Соборы в Софии и в Белграде. Я побывал там в церквах – и русских, и сербских… Чувство глубинного единства нашего – необыкновенное!

В. К. Да, духовная, культурная миссия, которую выполняете вы, весьма влиятельна.

В. Ф. Это миссия

великой нашей культуры! В Париже мы исполняли недавно композицию Прокофьева – его музыку к фильму «Иван Грозный». Сделал я такую концертную версию. Обычно эту музыку исполняют оркестр, хор, участвуют чтец, баритон и меццо-сопрано. Я же сделал версию для Алексея Петренко – он и чтец от лица Ивана Грозного и от автора, и он же поёт. Сидит на царском кресле на авансцене – и совершенно потрясает зал! Это было и в Австрии, и в Швейцарии – в Цюрихе. Везде проходит с величайшим успехом. Петренко создаёт очень сильный образ истинного защитника России.

В. К. Он гениальный актер.

В. Ф. Гениальный. И всё это происходит по-русски, на русском языке. И французский хор поет по-русски. Хор французского радио. Проникновение в нашу культуру, духовное проникновение у них всё-таки осталось.

В. К. Ну а в своей-то стране вам удается нынче выступать?

В. Ф. Удается, удается.

В. К. Где были в последнее время?

В. Ф. В Оренбурге, в Челябинске… Едем сейчас в Пермь, в Казахстан, в Смоленск, на родину Глинки. Должен заметить, что провинция, несмотря ни на что, более духовна сейчас, чем столица наша и Петербург.

В. К. Многое мы всё-таки потеряли из того, что имели в советское время.

В. Ф. В области культуры – очень многое. Престиж потеряли, мировой престиж. Теряем престиж мировой культурной державы!

В. К. И что же, с вашей точки зрения, нужно сделать, чтобы переломить такую тенденцию?

В. Ф. Надо, чтобы в руководство пришли другие люди.

Апрель 2006 г.

Для начала приведу краткую биографическую справку, как давалась она в энциклопедических словарях советского времени.

«Зоя Анатольевна Космодемьянская, советская партизанка, героиня Великой Отечественной войны 1941–1945 годов.

Родилась 13 сентября 1923 года в селе Осиновые Гаи Тамбовской области в семье служащего. Член ВЛКСМ с 1938 г. Училась в 201-й средней школе Москвы.

В октябре 1941 года, будучи ученицей 10-го класса, добровольцем ушла в партизанский отряд. У деревни Обухово, близ Наро-Фоминска, с группой комсомольцев-партизан перешла через линию фронта на занятую немецкими оккупантами территорию. В конце ноября 1941 года при выполнении боевого задания была схвачена фашистами в деревне Петрищево Верейского района Московской области. Несмотря на чудовищные пытки и издевательства палачей, не выдала товарищей, не открыла своего настоящего имени, назвалась Таней. 29 ноября 1941 года была казнена.

16 февраля 1942 года Зое Космодемьянской посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.»

Было время, когда название подмосковной деревеньки Петрищево знали все в нашей стране. И, конечно же, все знали, кто была Зоя Космодемьянская.

Недавно я спросил в одной из московских школ, кто такая была Зоя Космодемьянская, и оказалось, что среди 21 ученика в выпускном, одиннадцатом классе только двум известно ее имя.

Да мог ли я представить еще сравнительно недавно, что такое когда-нибудь произойдет? Я уж не говорю про мое поколение – детей Великой Отечественной, выросшее с этим именем. В школе, куда обратился, училась в свое время моя дочь, и для ее сверстников Зоя Космодемьянская тоже была самой почитаемой, любимой героиней.

Что же случилось потом? Почему приходится теперь давать справку о ней, а школьники растерянно смотрят на меня, когда спрашиваю: кто она была, Зоя?

Пожалуй, в открытые ворота ломлюсь. Что случилось да почему – неужто еще неясно?

На глазах убивали и убивают нашу историю, наших героев, нашу память.

Результат налицо! Горький, скорбный результат, от которого впору кричать.

Мне немало пришлось писать за последние годы, как отстреливают память тех, кто был путеводным светом для нас. И среди трагических историй судьба Зои едва ли не самая трагическая.

Поэт сказал: «Если звезды зажигают – значит – это кому-нибудь нужно».

Если гасят – тоже нужно кому-то.

Зоя Космодемьянская была одной из самых ярких звезд для поколений советских людей. Удивительно ли, что именно ее с особым рвением старались погасить те, кто уничтожал советский строй и советскую жизнь.

По дороге в Петрищево опять вспомнил свою поездку туда шесть лет назад и все, что ей предшествовало.

… Осенью 1991-го, вскоре после августовского переворота, в редакцию «Правды», которая только начала выходить, пережив ельцинский запрет, пришли несколько пожилых женщин и мужчин. Боевые друзья и подруги Зои Космодемьянской – бывшие воины разведывательно-диверсионной части 9903.