Чтение онлайн

И все же даже на этом этапе было хорошо видно, что Кучма, делая реверансы в сторону Запада, к истинному сотрудничеству в основном стремится на российском направлении. И это было понятно: ведь только Москва из всех основных геополитических игроков поддерживала стремление Кучмы сохранить его личную власть в течение всего оставшегося срока президентских полномочий, а также укрепить позиции близких ему олигархических кланов.

Вы никогда не задавали себе вопрос, почему

на Западе нет интеллигенции? Почему интеллигенция - это чисто наше (русское, украинское, советское) явление? Зато на Западе существует другое явление - интеллектуалы.

Тут все дело в государственном устройстве. Интеллектуалы в силу своих знаний и опыта участвуют в управлении государством и обществом. Интеллигенция же всегда претендовала на роль совести народа, однако в управлении государством участия не принимала, поскольку ее до этого не допускали. Интеллигенция - это разговоры на кухне, митинг, живая цепь. Да и не всем интеллигентам власть показана. Одни используют ее как дубинку против оппонентов, другие, попав в «обойму», со временем понимают, что на самом деле очутились в капкане. Иван Драч однажды высказался в том смысле, что он провел во власти пять лет, и за это время в пять раз поглупел.

Сейчас наши интеллигенты, не ставшие интеллектуалами, не удел. Поспособствовав, вместе с шахтерами, разрушению старого государства, интеллигенция не пошла управлять новым. И в результате вместо кухонь многие интеллигенты теперь концентрируются на базарах - в качестве реализаторов. На знаменитом Калиновском рынке в Черновцах мне показали ряд, в котором торгуют бывшие преподаватели не менее знаменитого местного университета. Они уже никогда не вернутся на свои кафедры. А может быть, так и задумано, чтобы мы навсегда остались на базаре, и даже сами превратились в жалкий товар? Не такое уж невозможное предположение.

Винить интеллигенцию в случившемся с нею не стану - вся предыдущая жизнь готовила ее совсем к другому. Интеллигенция словно закапсулировалась в себе, а ее место в обществе заполонили парвеню и темная масса. Ранее мне казалось, что многое изменится естественным путем: со сменой поколений. Именно молодежь должна была принести в общество новое и передовое. Но, увы, пока что она выдвинула огромное число талантливых конформистов, циников и эмигрантов.

И все-таки основная здесь вина - власти. Ориентации общества на духовные ценности часто способствует их почитание властью. Увы, последняя не понимает всей опасности сложившегося положения. Ортега-и-Гассет видел главную причину кризиса в испанском обществе в «противоестественном отсутствии лучших» (словно про нас сказано). Он писал: «Между талантливыми одиночками и массой не оказалось посредников. И нашим малочисленным одаренным людям было не суждено отделиться от народа и избавиться от пресловутой плебейской улыбки». При этом Ортега имел в виду, что необразованная, не направляемая достаточным количеством интеллигенции народная масса может попросту захлестнуть своих лидеров, навязывать им решения не выше элементарного уровня. Именно это происходит у нас сейчас.

Собственно говоря, в очень многих случаях получилось так, что те или иные люди причислены к элите (назначены быть элитой - такое может случиться только у нас!) совершенно случайно. Многие лидеры строили свое окружение по старому принципу: на темном небе звезды ярче. На фоне полуграмотной толпы поневоле сам будешь выглядеть профессором. Во многих отраслях, особенно в военном ведомстве, происходило выталкивание за борт системы лучших. Но продуктивен ли этот путь для государства, которое намерено стать независимым?

За годы, прошедшие с момента распада СССР, по-настоящему независимыми мы так и не стали.

Зависим от России в поставках энергоносителей. Зависим от внешнего мира в поставках продовольствия. Зависим в военной области, поскольку вряд ли сможем себя защитить в случае вторжения серьезного противника. Зависим от ряда международных организаций, сумевших навязать нам свои правила игры. Самое интересное, что постоянно выбираем пути, в реализации которых зависим от доброй воли других.

Такая пассивность, характерная для очень многих областей нашей экономической, общественной, культурной, политической и даже криминальной жизни, обусловлена еще одной страшной зависимостью - зависимостью элиты.

Почему так часто для решения проблем Украины наша псевдоэлита предлагает иностранный опыт (вчера российский, сегодня западный)? Потому что не готова выдвинуть собственные конкурентоспособные идеи, вот и вынуждена заимствовать чужое. В результате мы живем в атмосфере вторичности. Эта вторичность прививается народу, и когда-нибудь она сработает: люди второго сорта обычно смиряются со своей участью, они не будут сражаться за свободу. Как не станут сражаться и те, кто не имеет интересов в Украине. А их не имеет абсолютное большинство населения, превращенное в батраков; совсем иначе выглядела бы ситуация, если бы у нас появился достаточно большой средний класс (до некоторой степени средний класс проявил себя на майдане - однако это не совсем корректный пример, поскольку и с другой стороны было немало его представителей).

Психологически зависимая элита создает вдвойне зависимые структуры. Это так только кажется, что скупленные олигархами на корню СМИ - благо, потому что иначе бы они совсем погибли. Даже в условиях тяжелейшего экономического кризиса пресса выживала бы, если бы ее не душили грабительскими расценками полиграфисты и почтовики. Кучма зря верил, будто газеты покупают для того, чтобы поддержать его курс. Они - оружие против политических и бизнес-конкурентов. А изгнание из прессы профессионалов привело к появлению на рынке пережеванного, неинтересного, неумного продукта. Только по-настоящему свободная пресса могла играть важнейшую роль в становлении украинской независимости. Но где она?

Именно при Кучме украинские СМИ были превращены в оружие политического убийства. Вспоминаю грязную кампанию, организованную против ставшего директором «Укрзалізниці» Георгия Кирпы. Ведь было же хорошо видно, что с его приходом на железной дороге стало значительно больше порядка. Откуда же критика? Скорее всего, дело в том, что Кирпа первым делом оторвал от финансовых потоков «Укрзалізниці» около двухсот посредников. И, конечно же, наступил на чьи-то интересы. Так что пресса, которая публиковала компромат на этого человека, стала орудием сведения счетов. Кто платит, тот и заказывает музыку.

До прихода правительства Януковича (которое представляло интересы национальной буржуазии, а значит, и сильной Украины) меня не покидало ощущение, что Украина подошла к некоей критической черте, за которой - постепенная потеря и той полунезависимости, которую мы обрели после распада СССР.

Наиболее глубоким кризисом оказался идейный. В стране не возникло общей государственной идеологии. Украинцы оказались расколотыми на несколько большущих лагерей, стоящих на противоположных позициях. Грубо говоря, столкновение взглядов происходит по осям запад - восток, левые - правые. На самом деле поле политических, социальных, культурных конфликтов значительно шире, однако наиболее часто приходится делать выбор в ходе полемики между так называемыми коммунистами и так называемыми демократами. Так называемыми потому, что ни те, ни другие не являются ни коммунистами, ни демократами в чистом виде.