Легко
Шрифт:
— Еще один момент.
Он сделал вдох, выдохнул, все это смотря в потолок, в ожидании моего следующего признания.
Я закрыла глаза и сказала:
— Я разговаривала с профессором Хеллером об этом…
— Что? — Его тело стало каменным рядом со мной.
— Лукас, прости, если я переступила черту…
— Если? — Он вскочил, не в состоянии смотреть на меня, и я села, натянув на себя простынь. — Зачем ты пошла, разговаривать с ним? Неужели кровавые детали в репортажах новостей не были достаточно тошнотворными? Или личными? — Резкими движениями
От шока и нехватки слов я еле могла дышать. Молча, он сел на край кровати, и схватил голову руками. Он был так близко, что я могла просто протянуть руку и дотронуться до креста на его спине, но я не посмела. Осторожно встав с кровати, я оделась. Я натянула свои ботинки UGG и подошла к кровати.
Облокотившись локтями на колени, он, как занавесом, закрыл ладонями лицо. Я смотрела на его темные волосы, которые уже достигали его плеч, изгиб мускул на его руках и татуировки, пересекающие его бицепсы и спускающиеся вниз по рукам, его красивое, подтянутое тело и слова, высеченные на боку, как клеймо.
— Ты хочешь, чтобы я ушла? — Я удивила даже себя, насколько ровно прозвучал мой голос.
Я не знаю, почему я думала, что он скажет, нет, или ничего не скажет. В любом случае, я была не права.
— Да.
В тот момент слезы начали бежать по моему лицу, но он не мог их видеть. Он не двинулся с места на кровати. Я даже не могла злиться, потому, что знала, что я зашла слишком далеко, и того, что я хотела как лучше, не было достаточно. Я схватила свои ключи и сумку с кухонного стола и куртку с дивана, все это время, пытаясь услышать звук его шагов, приближающихся ко мне, чтобы попросить меня остаться. Но из его комнаты не доносилось ничего корме тишины.
Когда я открыла дверь, Франсис заскочил внутрь, вместе с потоком холодного ветра. Я закрыла за собой дверь, и у меня вырвался всхлип. Хватая ртом ледяной воздух, я размышляла над тем, как я могла все так капитально испортить, и пыталась сдержать слезы до машины. Сквозь полные слез глаза и из-за безлунной ночи, я не могла четко видеть ступеньки, поэтому крепко держалась за перила, пока спускалась. За две ступени до конца лестницы, я загнала себе занозу в руку.
— Ау! Вот черт. — Физическая боль предоставила идеальную причину началу всхлипов. Я припустила по искривленной подъездной дорожке, не в состоянии больше сдерживать свои слезы до машины. — Черт. Черт. Черт. Блин. — Я на ощупь вставила ключи в замочную скважину.
Дежавю. Это было моей первой мыслью, когда я обнаружила себя распластанной на сиденье машины. Но на этом все сходство заканчивалось.
Бак захлопнул дверь и защелкнул замок. Его вес сделал, обездвижил мои ноги и даже перед тем, как я могла определить, кем он был, он завладел моим левым запястьем, но я знала.
— Раздвигаем ноги для всех кроме меня, а, Джеки?
Глава 26
Лежа на спине, с головой согнутой под странным углом
— Слезь с меня! — выкрикнула я слова, к значению которых, я знала, он будет глух. Я припарковалась на улице — слишком далеко для кого-то меня услышать. — Убирайся из моей машины! — Когда он втолкнул меня внутрь внедорожника, я выронила ключи куда-то на пол, и сейчас пыталась нащупать их правой рукой, чтобы использовать в качестве оружия.
— Я так не думаю. — Он схватил мое правое запястье, и покачал головой, как будто мог читать мои мысли. — Ты никуда не пойдешь, пока мы не закончим наш разговор. Ты и твоя лживая подружка уже разрушили мою дурацкую жизнь.
И потом, я услышала голос Ральфа у себя в голове. Ваше тело уже ваше оружие. Все, что вам надо знать — это как его использовать. Я резко перестала сопротивляться и оценила ситуацию: Я не могла его пнуть. Я, скорее всего, могла освободить свои запястья, выкрутив их, но что потом? Он просто снова схватит меня, и скрутит еще больше.
Мне нужно, чтобы он был еще ближе — последнее, чего бы мне обычно хотелось. Я отвела глаза.
— Слушай меня, черт подери, когда я с тобой разговариваю! — Он грубо схватил меня за подбородок, впиваясь пальцами мне в кожу, и наклонился ко мне, заставляя смотреть на него.
Правая рука свободна.
Засунув руку между нами, я схватила и вывернула его яйца с такой силой, на которую была способна, в то же самое время, по прямой траектории ударяя лбом в его нос.
Той ночью на парковке братства все случилось так быстро, что я не могла сориентироваться до тех пор, пока все не закончилось. На этот раз, все происходило в замедленном темпе — поэтому, несколько безмерно длинных секунд, я думала, что ничего из того, что я сделала, не сработало.
И потом он закричал, а из его носа хлынула кровь. Я никогда не видела столько крови так близко. Она лилась из него, как вода из-под крана.
Левая рука свободна.
Его клонило в сторону. Все еще сжимая его 'хозяйство', я подняла левое колено и повернулась, толкая его плечо левой рукой. Он упал на бок в тесную расщелину перед сидением в кабине моего внедорожника. Ощущение вернулось моим ногам, и дрожь пробежала по телу, я кинулась к двери, пихая ее так сильно, что она почти отскочила обратно на меня.
Прямо перед тем, как я выскочила наружу, он схватил меня за руку, прямо как те никак-не-умирающие психопаты из ужастиков. Я развернулась и с размаху дала по чувствительному месту предплечья, чуть ниже локтя, и он отпустил меня, ревя от злости и пытаясь принять вертикальное положение.
Я не ждала, чтобы увидеть, если ему это удалось. Я выпрыгнула из машины и побежала.
Это могло бы быть идеальным моментом для крика, но я еле могла дышать. Я слышала, как позади меня раздавались шаги, и сфокусировалась на двери Лукаса вверх по лестнице. Я была практически в середине подъездной дорожки, когда Бак бросился на меня сзади и схватил за волосы, болезненно останавливая меня. Мы упали, и я вскрикнула, незамедлительно переворачиваясь на бок, как учил Лукас, и скидывая его с меня.