Чтение онлайн

– Постой, что в точности он сказал?

– Ну, я сама не слышала его слов, но мне передали, что он выразился так: «Мы никогда не дадим контракта черной девушке».

– И есть свидетели?

– Да, он был не один, когда сказал это. Кроме того, он говорил по телефону еще с одним человеком.

– Я думаю, этого достаточно, чтобы начать против них дело, – Джорджина резко отодвинула тарелку и наклонилась вперед. – Обвинение в расовой дискриминации можно построить на отказе принять на работу – если есть возможность доказать, что причиной отказа не послужил ПКП.

– ПКП?

– Извини, это наш юридический жаргон. ПКП означает «производственно-квалификационный признак». Другими

словами, когда та или иная работа требует определенной расовой принадлежности. Но они внесли тебя в список кандидаток, следовательно, ясно дали понять, что выбранная девушка не обязательно должна быть белой.

– И свидетельница тоже не совсем белая, – сказала я.

– Подумай об этом и позвони, если решишь начать дело, – сказала Джорджина. – Ну хватит говорить о делах. Маркус, налей мне вина, пожалуйста.

Я поговорила с Грейс Браун на следующий же день. Конечно, она подтвердила, что именно ей сказал Хиро. Она тут же вызвала в агентство Джиджи, и мы попросили ее стать второй свидетельницей. Но Джиджи заупрямилась:

– Послушайте, какого хрена вы ко мне пристаете? Этот парень – мой любовник. И вообще мне сейчас ни к чему влезать в такое дерьмо, иначе у меня самой не останется никаких шансов. Вы об этом подумали?

Я отвела ее в сторону.

– Джиджи, – сказала я. – Когда ты смотришь в зеркало, что ты там видишь? Неужели лилейно-белое личико?

Я понимала, что это удар ниже пояса. Я раньше никогда ни с кем так не поступала, но слишком уж велико было мое разочарование. Именно сейчас мне так нужна ее прямота и храбрость, а она меня подводит.

– Ну ладно, – сказала она. – Я должна подумать. Хорошо?

– Хорошо, – вот и все, что я могла ответить. Но дня через два она мне позвонила:

– Эми? Я помогу тебе. Может быть, помогу. У тебя есть адвокат? Я должна поговорить с ним.

– С ней.

– Неважно. Я хочу поговорить с ней просто так, неофициально. А потом посмотрим.

И тогда я решила, что попробую сразиться с «Такамото инкорпорейтед», позвонила Джорджине и договорилась о первой деловой встрече.

Именно в ту ночь мне и приснились похороны Джиджи. Во что же я ее втянула?

– Пошел в задницу! Да чтоб тебя разорвало! – Джиджи швырнула трубку на рычаг.

С этим типом надо что-то делать, кто бы он ни был, думала она. Откуда, черт подери, он узнал ее телефон? С тех пор, как она приехала в Париж, он звонит каждый день, умоляет о встрече и угрожает, когда она отказывается. Она так и не сумела выяснить, кто он. Он говорил, что прямо помешан на ней: однажды увидел ее на съемках, влюбился и теперь спит с ее надписанной фотографией под подушкой и надеется на скорую встречу.

А потом он по-настоящему напугал ее. Она поняла, что он действительно готов на все.

Она ездила за город на съемки, а когда вернулась, дома ее ждала записка. Записка от него! Выходит, он знает не только код ее подъезда, у него еще и ключ есть… Может быть, он жил в ее квартире, спал в ее постели, мылся в ее ванной! Она рассказала обо всем Хиро, но в ответ он только рассмеялся. Да и сам Хиро в последние дни вел себя как-то странно. Его садистские штучки становились все изощреннее, они уже не доставляли Джиджи удовольствия, а, наоборот, пугали.

Только одни лучик света остался в ее жизни, и она цеплялась за него, как за соломинку. Слова Эми про контракт и цвет кожи не были для нее откровением. Она всегда знала – их занесли в список претенденток только ради галочки. Да, Хиро поговорил с дедом, нажал на свои рычаги и добился включения Джиджи в список, но только потому, что по-своему он тоже помешан

на ней, как и этот безумный телефонный поклонник. Но на самом деле этого контракта она не получит никогда. Джиджи знала это твердо.

Тем временем ей как-то позвонили из агентства, рассказали, что выслали фотографии девушек, и ее в том числе Дж. Уолтеру Томпсону – его фирма начинала международную рекламную кампанию новых французских духов – и попросили ее приехать в агентство. Она тут же приехала, ее провели в отдельную комнату, предложили стакан воды. Воды! Как только ее оставили одну, Джиджи вытащила из сумки маленькую фляжку с «Бакарди» и быстро сделала изрядный глоток. Вскоре в комнату вошел художественный редактор и с ним еще несколько человек. Джиджи понравилось их отношение: они разговоривали с ней очень вежливо, уважительно, не так, как с одной из ста – а как будто она уже была девушкой их проекта. По всему чувствовалось, что для них это вопрос решенный. Они глаз с нее не сводили.

После недолгих размышлений они известили агентство, что решили остановиться на Джиджи, и этот выбор окончательный. Она вылетела на съемки на юг Франции. В гостинице ее уже ждала команда из двенадцати человек – визажисты, гримеры, парикмахеры, костюмеры. До сих пор в карьере Джиджи не случалось ничего серьезного – работала она от случая к случаю и больших успехов никогда не добивалась. Появление в списке кандидаток на контракт с Такамото позволило ей попасть в поле зрения Томпсона. Теперь, в этой гостинице, она впервые наслаждалась всеобщим вниманием – подумать только, все эти люди вертятся вокруг нее одной… Потому что знают: если хорошо поработать, из нее получится настоящая звезда. А это основа для успеха новых духов. Если съемки пройдут хорошо, то и дальше все будет как надо.

Фотограф, немец, долго объяснял ей, какими ему видятся эти фотографии, как она должна вести себя в кадре. Впервые в жизни Джиджи внимательно слушала. Потом съемочная группа отправилась на загородную виллу. Сад вокруг нее превратили в роскошную декорацию: казалось, туда принесли растения со всей округи, так что получилась настоящая оранжерея. Для Джиджи там поставили маленькую скамейку и столик. Съемки продолжались два дня.

Джиджи вернулась в Париж, и в агентстве ей сказали, что эти съемки наверняка превратят ее в звезду. Рекламная кампания еще не началась, но основа для успеха Джиджи уже положена. Неожиданно со всех сторон посыпались заманчивые предложения, и теперь она должна лететь в Лондон на просмотр. От Томпсона сообщили, что снимки для французской парфюмерной фирмы получились превосходные, и заказчики очень довольны. Есть только одна заминка. Эта фирма – семейное предприятие, и окончательное решение должны вынести члены семьи. Впрочем, особых проблем, сказали ей, не ожидается. Простая формальность, общепринятая процедура. К тому же до начала рекламной кампании осталась всего неделя – какие уж тут могут быть изменения!

Джиджи была уже в воздухе, когда в агентство пришел ответ семьи. Отрицательный ответ, и никаких объяснений. Просто они считают, что ее лицо не подходит для рекламы их товара.

Но Джиджи еще ничего не знала. Когда самолет приземлился в Хитроу, она была на седьмом небе от счастья. Из «Этуаль» за ней обещали прислать лимузин – ведь теперь она не кто-нибудь, а звезда рекламы. Она вышла в зал ожидания, выглядывая в толпе встречающих плакат со своим именем.

Вот оно: «Джиджи Гарсиа».

Правда, на шофере не было униформы, но Джиджи утешила себя: ладно, это не так уж важно. И вместо обещанного лимузина она увидела обычный небольшой автомобиль. Ну что ж, сказала она себе, когда кампания начнет раскручиваться, все переменится.