Чтение онлайн

Я кивнула с видом провинившегося ребенка. А что? Я ничего! Я только "за"! Да и попробуй, захлопни дверь перед озверевшим от желания оборотнем! Я вот не рискну…

Оставшееся до вечера время, я слонялась по дому как неприкаянная. Возбуждение давало о себе знать. Намаявшись, я взглянула на часы и подпрыгнула — семь часов! Как ошпаренная, понеслась в свою комнату. Там пронеслась маленьким смерчем, собирая разбросанные вещи, потом плюхнулась на кровать и застыла в растерянности.

Что же делать?

Я встала и, как во сне, сложила покрывало, потом подошла к большому зеркалу, висящему на стене, и не узнала в нем себя. На меня смотрела огромными глазищами миниатюрная нимфа. Обычная бледность была скрашена лихорадочным румянцем на щеках. Темные волосы крупными волнами спадали на плечи. Вид не портил даже красноватый отлив в глазах.

"А ничего так! Пожалуй, на такую можно и запасть", — думала я, вертясь перед зеркалом. Маленькая, ладненькая, за неделю тренировок фигурка стала более подтянутой.

С такой комплекцией всегда есть возможность прикинуться слабой и беззащитной. Большим и сильным мужчинам как раз такие и нравятся.

В волнении прошла к окну и уставилась на белые хлопья, осыпающие и без того заснеженную землю. Вид из окна не помог успокоиться, еще больше усугубляя тянущее беспокойство.

Так, что же лучше: скромность или разврат? Вспомнив, что мужчины любят в женщинах тайну, я бегом направилась в комнату Барского, бесцеремонно порылась в его шкафу и, вытащив белоснежную футболку, вернулась к себе, где быстренько переоделась. Потом нырнула под одеяло и даже ручки на груди сложила. Но вскоре меня посетила мысль, что на покойницу даже озверевший оборотень не клюнет.

Я резво вскочила, второпях запнувшись за упавшее одеяло, и снова подбежала к зеркалу. Снимая его с гвоздя, заметила в его глубине нечто, облаченное в белый саван. Нет, так, явно, не пойдет. Поставив зеркало на тумбочку, притулившуюся у стены, напротив кровати, удостоверилась, что последнюю в нем хорошо видно. Потом, скинув футболку, в одном розовом белье легла на кровать и, глядя на свое отражение, стала принимать различные позы. Уже через десять минуть нелепых барахтаний пришлось с прискорбием признать, что порнодивой мне стать не суждено. С вздохом быстро вернула многострадальное зеркало на место. Не хватало еще, чтобы Валентин увидел мой позор.

Подумав, что он вряд ли получит большое удовольствие от возни с застежкой лифчика или (брр!) от его разрывания, я, плюнув на все, скинула с себя последние покровы и снова нырнула под одеяло.

Выдержала я ровно десять минут, а потом стала крутиться волчком, пытаясь прогнать провокационные мысли.

А вдруг он не придет? Ведь я пренебрегла его пожеланием и осталась в своей спальне. Вот позору-то будет! Я села на кровати, потом снова легла.

А если он просто посмеется надо мной? Ему ведь

больше трехсот лет. А кто я? Ребенок, по сравнению с ним.

А вдруг это все шутка? Или… Я снова подскочила. Нет. Он не может так со мной поступить. А все-таки…

Я села, свесив с кровати обнаженные ноги. Память услужливо подкинула воспоминания о Барском. О том, каким я его знала. И то, что рассказала мне Ирина о его прошлом.

А что, если я ему нужна лишь для эксперимента, подобного тому, который поставил его отец? Как интересно, должно быть, смешать кровь полуоборотня и полувампира (серебряного) с кровью полувампира (красного), которая, к тому же, отравлена медальоном Гласа.

Неужели он на это способен? Я стукнул кулаком ни в чем не повинную подушку. А почему бы и нет? Что, вообще, я о нем знаю? Что знаю об этом жестоком мире? С чего еще такому мужчине обращать на меня внимание? Ирине, например, я и в подметки не гожусь.

От этих мыслей голова пошла кругом. Точно! Он сделает мне ребенка, а после родов — выкинет за ненадобностью (все-таки я не допускала мысли о том, что он меня убьет)!

Ну, уж нет! Я решительно встала и начала одеваться. Конечно, бежать бесполезно. Все-таки, это для меня самое безопасное место.

Решение пришло моментально. Я схватила с тумбочки черный Nokia, на покупке которого Барский настоял еще неделю назад. В память было забито всего два номера: Барского и Ирины.

Недолго думая, я нажала кнопку вызова.

— Ты хорошо подумала? — Ирина в упор смотрела на меня блестящими черными глазами.

— Еще как! — нервно хохотнула я, переминаясь с ноги на ногу. Было как-то неловко втягивать Ирину в наши с Барским отношения, но она единственная могла помочь, и, мало того, сделает это с удовольствием.

— Так, — она задумчиво постучала по подбородку. — Если я заберу тебя к себе, он все равно придет. И тогда несдобровать нам обеим. Прятать тебя в подземном городе вообще не имеет смысла. Остается одно: надо его покалечить!

— Что? — она, явно, сбрендила. На почве ревности, наверное.

Ирина презрительно взглянула на меня:

— Он же оборотень! — как будто это все объясняет! — У нас отменная регенерация.

— А-аа!

Она взглянула с подозрением.

— Ты точно не хочешь, чтобы он пришел к тебе сегодня? Смотри, как бы самой все не испортить. Подумай, пока не поздно: ты уверена? — она что, меня отговаривает?

— Д-да, — меня заметно потряхивало. — А если его это не остановит?

— Остановит, — фыркнула она, — во всяком случае, ему будет не до постельных утех. Там, в кладовке, — махнула рукой, — ящик с инструментами. Принеси его.

Я не стала уточнять, откуда она это знает, и понеслась выполнять. Время поджимало.