Чтение онлайн

— Билли!

— Что? — он цокнул языком от нетерпения.

— Мне бы хотелось... зайти в эту церковь. На пару минут.

— Это еще зачем? — он непонимающе уставился на нее. — Да ты не была в церкви со дня нашей свадьбы!

— Я знаю, — она была в замешательстве, но настроена решительно. — А вот теперь хочу зайти. Мне от этого... станет легче, Билли.

Он помедлил, вздохнул: — Ну, ладно.

Какое значение имеют для них несколько минут, когда они уже на несколько часов отстали от графика? Может быть, даже на несколько дней, нет гарантии,

что они вообще смогут покинуть это хреновое местечко.

Дверь церкви со скрипом отворилась, и они вошли на цыпочках. Свет горел лишь в дальнем конце, тишина, и все же внутри была тревожная атмосфера, тогда как должен бы царствовать покой. Они сощурились от света, разглядели фигуру человека, стоящего со склоненной головой перед ступенями алтаря. Какой худющий, подумала Валери, и так легко одет. Он весит не больше пятидесяти килограммов. Жертва холода и голода, один из тех, кого бросили остальные, бежав туда, где теплее. Как они сами.

Она вздрогнула. Там был кто-то еще, женщина на первой скамье; она не сидела, она вся обвисла, голова свесилась на одну сторону. Такая неподвижная, она, наверно, больна, или даже...

Мужчина услыхал их шаги, медленно обернулся. Изможденное лицо, глаза, которые видят, но не сразу. Его губы беззвучно шевельнулись, затем прозвучали слова:

— Добро пожаловать в Дом Божий.

Он потер свои костлявые руки, было очевидно, что он взволнован.

— Я рад, что вы пришли, может быть, вы будете так добры, что поможете мне, — сказал он.

Чокнутый, подумал Билли Эванс, и у нас нет времени.

— Конечно, — Валери улыбнулась. Они ведь помогли Рут, теперь пришла очередь этого человека. — Чем мы можем вам помочь, мистер...

— Холман, — он указал на обвисшую фигуру на скамье. — Моя жена... Боюсь, что Господь призвал ее...

Проклятье, Билли отпрянул на шаг назад, она мертва! Пошли отсюда, мне не нравится быть рядом с каким-то чертовым трупом.

— Может быть, — Эдвард Холман подошел к ним, ступая неуверенно, — вы можете помочь мне поднять ее. Учитывая обстоятельства, я полагаю, подобало бы положить ее за алтарь, это также и разумно. Чтобы ее не было видно и поближе к Господу, если вы меня понимаете.

Билли побледнел, но Валери уже шла вперед. Он потащился за ней, скрежеща грубыми ботинками по начищенному полу, как будто в знак протеста. Валери всегда вляпается в историю, прямо несчастье какое-то. Именно она предложила взять с собой Рут, может быть, поэтому полиция их и задержала — из-за Рут. Они ее так и не выпустили, он был в этом уверен, ведь она бы тогда вернулась к ним. Полиция ее разыскивала. Вот и доверяй Валери, она опять за свое!

Трупное окоченение еще не наступило, и мертвая женщина упала, когда они попытались сдвинуть ее. Билли подпрыгнул, чуть не выронил ее. Тяжелая. Билли взял ее за ноги, Валери и Холман — за руки и за плечи. Спотыкаясь, постанывая, напрягая последние силы, они преодолели ступени алтаря. Билли подумал, что было бы гораздо легче приволочь ее, но удержался и не сказал это. Парень-то не очень расстроен, философствует

насчет своей утраты.

— Очень хорошо, — Холман выпрямился, перекрестился. — Да примет ее Господь.

За простым деревянным алтарем было пустое пространство, что-то вроде алькова, достаточно большое, чтобы тело поместилось во всю длину. Они положили руки умершей вдоль ее тела, ноги сложили вместе. Билли поискал что-то для того, чтобы накрыть ее, но ничего не было.

— Большое вам спасибо, — Холман опустился на колени. — Это было так любезно с вашей стороны. Может быть, вы помолитесь со мной за упокой ее души? Она была доброй женщиной и верной женой.

— Гм... Спасибо, но мы, пожалуй, пойдем, — Билли крепко сжал руку Валери, дав ей понять, что они не останутся здесь ни минуты. — Снег идет все сильнее.

— Да? А, конечно, — на его худом лице промелькнуло удивление, но быстро исчезло. — О Господи, мы благодарим Тебя за жизнь Маргарет, доброй и верной твоей рабы, умершей...

— Тьфу! — Билли вспотел в церкви. — С меня хватит. Так, давай решим: если мы вот здесь сойдем с дороги и срежем путь к той изгороди, может быть, нам удастся выйти.

Начинало светать; рассвет был холодный, серый, вокруг отчетливо возникали дома, словно преграждающие им путь часовые.

— Мне кажется, кто-то идет — Валери схватила мужа за руку, потянула назад. — Смотри, вон там, толпа! — Она встревожилась, вспомнила их прошлую попытку, как толпа окружила их, свистела и улюлюкала.

— Не обращай на них внимания, — Билли пошел вперед, таща за собой Валери. — Да это просто ватага детишек. Наверно, ищут еду, шарят по брошенным домам. Не смотри на них.

Она не могла разглядеть их как следует, видела лишь расплывающиеся очертания; они стояли, угрожающе сбившись в кучу.

— Мне не нравится их вид, Билли, я боюсь, — она почувствовала, как у нее заколотилось сердце.

Толпа приблизилась, они встали возле Валери и Билли полукругом. Юнцы, коротко остриженные, бритоголовые. Джинсы и подтяжки, огромные ботинки. Похожи на тех, которые устроили беспорядки во время матча «Волков» с «Альбионом», тогда там были драки, столкновения с покупателями в магазинах до и после игры. Пора бы снова ввести в школах розги, а также всеобщую воинскую повинность, тогда бы этому безобразию был положен конец. Господи, ну и тупые же лбы, когда все стараются выжить, они готовы к бесчинствам.

— Вы только гляньте на этих чокнутых — парень, по виду их вожак, преградил дорогу Эвансам. — Напялили зимнюю одежонку, чтобы не замерзнуть. А кальсоны ты надел, дедуля? — Грубый хохот, насмешки. — Давай-ка посмотрим!

— Пропустите нас, пожалуйста! — Билли попытался произнести это твердо, но получилось неуверенно. Он заслонил собой Валери. Не было смысла велеть ей бежать, потому что бежать было некуда. Они должны как-то вывернуться, разрядить обстановку.

— Никуда вы не пойдете, — парень выпрямился во весь рост. — Я уже сказал, что мы хотим посмотреть на твои кальсоны! И на ваши панталоны до колен, миссис!