Чтение онлайн

В этой кризисной обстановке появились первые тревожные признаки, вызванные революцией во Франции. Неаполитанская королева с тревогой смотрела в будущее. Ведь если пламя беспорядков перекинется на Италию, Неаполитанское королевство тоже пострадает. В эти смутные времена ей представилось, что лучше всего будет, если английский посол, которого она знала уже 20 лет, сохранит свой пост как можно дольше. Умная королева понимала, что безопасность и стабильность господства Бурбонов в Неаполе в дальнейшем в значительной мере будут зависеть от поддержки Британской империи. Именно этим соображениям и можно в первую очередь приписать успех Эммы. Собственно говоря, они были

направлены в адрес английского посла, а Эмма была всего лишь посредницей. Все-таки она сильно преувеличивала свое положение и свое влияние...

Сентябрь 1793 г. Английский капитан Горацио Нельсон впервые прибыл в Венецию и здесь познакомился с супругой сэра Вильяма. Сопровождаемый своим пасынком Джошуа Нисбетом, он приплыл в Неаполь на корабле «Агамемнон» и передал сэру Гамильтону послание английского правительства. Сэр Вильям широко распахнул перед ним двери своего дома и представил его Марии-Каролине, встретившей его с распростертыми объятиями. Она не стала скрывать своей ненависти к Франции, что полностью совпадало с политикой британских властей...

На Нельсона Эмма произвела самое благоприятное впечатление, и он написал своей жене: «Леди Гамильтон очень благосклонна к Джошуа. Это очень любезная молодая дама, которая с честью несет свое тяжелое бремя».

В Неаполе пока еще большей частью не беспокоились о наступающих тревожных временах, хотя горизонт в делах политики был затянут грозовыми тучами. Никто не сомневался в будущей помощи Англии.

Летом 1795 г. французским революционерам удалось окончательно запугать своими угрозами кабинет министров в Мадриде. Испанский король уступил, он был готов заключить мир с беспокойным соседом и сообщил об этом королю Фердинанду в тайном послании. Разрыв с Англией стал неизбежным, как только договор должен был вступить в силу. Обстановка все больше обострялась. По всей Италии сторонники французов одерживали верх и творили, что хотели. Даже мир, который Неаполь заключил с Францией, ничего не мог изменить в этих совершенно неопределенных политических условиях. Ведь король был в какой-то степени «королем по милости Франции».

В 1798 г. английский посол писал главнокомандующему английским флотом в Средиземном море: «Несмотря на кажущийся мир с Французской республикой, монархии в Неаполе грозит тем не менее неминуемое уничтожение. Последнее послание парижской Директории больше всего напоминает язык уличных грабителей: кошелек или жизнь! Тот, кому грозит опасность утонуть, естественно, цепляется за соломинку. И Вы легко можете себе представить, что правительство, чтобы избежать этой опасности, в первую очередь надеется на поддержку находящегося под Вашим командованием флота».

Теперь Нельсон со своим флотом получил задание заняться слежкой за противником на море.

И 1 августа 1798 г. Нельсон одержал решительную победу над французами в знаменитой битве при Абукире. Во всей Европе царила радость от этого грандиозного успеха. В Неаполе ликование было особенно бурным.

Когда Нельсон на борту «Венгарда» вошел в гавань Неаполя, благодарные неаполитанцы горячо приветствовали победителя и чествовали его как освободителя. Король, королева, английский посол и его супруга присоединились к ним, чтобы в свою очередь выразить свою благодарность. И здесь в который раз уже проявился талант леди Эммы Гамильтон как актрисы. С возгласом: «О Боже, неужели это возможно!» она упала в обморок и прямо в объятия героя морей!

Теперь победителя при Абукире чествовали без конца. В его честь постоянно устраивались грандиозные праздники, которые вообще-то значили

не так уж много для серьезного морского волка.

А у леди Гамильтон теперь была только одна цель: любым способом заставить свое имя зазвучать рядом с именем Нельсона. Нельсон должен был стать ее другом! И она не успокоится, пока не добьется своего. С помощью его победоносного блеска, его всемирной славы хотела она удовлетворить свое ненасытное честолюбие, вознестись еще выше!

В суматошной войне против французов в рядах австрийской армии приняли участие и неаполитанцы. Король Фердинанд вместе с армией в 32 000 человек тоже отправился на Рим, однако его, еле живого, вскоре доставили в Неаполь...

В это время опасность стала такой неотвратимой, что королевской семье не оставалось другого выхода, как под защитой английского флота спасаться бегством в Палермо. В этот решающий час леди Гамильтон и ее муж сопровождали королевскую семью, и у Эммы хватило такта убедить всех, что спасение от опасности говорит только об их жертвенности, предусмотрительности и энергичности.

Неаполь был занят французами. Разразилась революция. Казалось, что с монархией покончено навсегда. Однако через несколько часов появился Нельсон со своей эскадрой и освободил город. Среди обвиняемых в предательстве находился и принц Франческо Караччиоли, отличный неаполитанский морской офицер. Он сопровождал королевскую семью на Сицилию. Затем, когда была провозглашена Республика, он вернулся в Неаполь, чтобы попытаться спасти свое состояние, так как в противном случае оно было бы потеряно.

Здесь его убедили принять командование над республиканским флотом. Когда монархия была восстановлена, то он предстал перед судом по обвинению в государственной измене и был приговорен к смертной казни.

Приговор должны были привести в исполнение на флагманском корабле Нельсона в присутствии королевской семьи и леди Гамильтон. Караччиоли стал просить о пощаде. «Я ведь уже старик,– повторял он,– у меня нет семьи, которая будет меня оплакивать, поэтому я не слишком дорожу моей жизнью. Но мне невыносима мысль о том, что я буду повешен!» Караччиоли думал, что вмешательство леди Гамильтон может облегчить его судьбу, и обращался он главным образом к ней. Но гордая дама ничего не ответила. И приговор был приведен в исполнение. К вечеру принц был повешен на рее на глазах всех находящихся на борту. Как рассказывают очевидцы, леди Гамильтон с удовольствием следила за кошмарным спектаклем, хотя ее вмешательство и могло изменить ужасную судьбу этого заслуженного моряка...

Через пять дней после счастливого возвращения королевской семьи в Неаполь королева подарила Эмме драгоценности за ее услуги. Сэру Вильяму также были пожалованы разнообразные знаки отличия.

В течение всего этого смутного времени, когда решалась судьба королевства, Эмма усердно стремилась к сближению с Нельсоном. Довольно скоро ей это удалось.

На доброжелательного адмирала подействовали чары многоопытной жрицы Венеры. Суровая жизнь моряка не оставляла ему времени, чтобы как следует изучить душу лукавых и изысканных светских женщин. Не раз требовалось Эмме особое искусство, чтобы заманить в свои сети ничего не подозревавшего воина и заставить его плясать под свою дудку. Ей и в голову не приходило, что всем этим она разрушает счастливый брак Нельсона. У нее была только одна цель: любыми способами удовлетворить свое честолюбие. И по представлению Нельсона тщеславная женщина была в 1799 г. награждена тогдашним Великим Магистром Мальтийского Ордена русским императором Павлом I крестом за «Особые заслуги»...