Коррида, женщины, любовь...
Шрифт:
Она таяла, чувствуя на своей щеке его теплое влажное дыхание.
— Это безумие.
— Любовь — всегда немного безумие. — Он коснулся губами ее щеки.
Все мысли разом вылетели из ее головы. В этот момент из-за туч проглянуло солнце. Стефани закрыла глаза и глубоко вздохнула, пытаясь прояснить голову. Однако его манящий аромат лишь усилил ее смятение.
— Любовь? — прошептала она. — Я уже никогда никого не полюблю.
Мигель слегка отстранился и заглянул ей в глаза.
— Посмотрим, querida.
Эти бездонные зеленые
— Хорошо, я поеду, — проговорила она чуть слышно, — но только ради статьи. Лишние деньги мне не помешают. И не ждите ничего другого!
Какое глупое заявление! В следующее мгновение Стефани уже охотно отвечала на его пылкий поцелуй. Целуя Мигеля, она представляла себе чудесные вина, песчаные пляжи, вековые дубы и лавровые рощи Испании.
— Я никогда ничего не жду, — выдохнул он ей в тубы.
Она уперлась руками в грудь матадора и нежно оттолкнула его от себя.
Стефани решила расквитаться с Мигелем за то, что он взбаламутил ее уютную размеренную жизнь. На следующее утро она обдумывала план мести в международном аэропорту Лос-Анджелеса. Рей Джонсон, штатный фотограф и добрый друг, пошел узнавать насчет их рейса. Стефани сидела на оранжевом пластиковом стуле, упершись локтями в футляр портативного компьютера, и смотрела в окно на дождь, пытаясь осмыслить события последних двух дней. Очень хотелось кофе. Всю ночь она собирала вещи и почти не успела поспать.
Достав из сумочки путеводитель по Испании, купленный по дороге в аэропорт, Стефани полистала страницы и убрала книгу, не в силах сосредоточиться. Все ее мысли занимал разговор с Ричардом.
При воспоминании об этом телефонном звонке она протяжно вздохнула. Эйдрия назвала ее поездку с Мигелем «жутко романтичной», зато Ричард замучил вопросами. Почему его сестра едет в Испанию вместе с его клиентом? Стефани объяснила, что хочет написать статью о Мигеле, что Мигель нанял ее и Рея через «Варьедадес», заплатив непомерную сумму. Ричард не поверил и попросил ее не ставить под угрозу его отношения с Мигелем.
Стефани взглянула на свое отражение в оконном стекле. Волосы курчавились после ливня, который застал их на стоянке в аэропорту, тушь растеклась. Бежевые легкие брюки стоимостью в семьдесят долларов и свитер из черной ангорской шерсти, который Эйдрия подарила ей на день рождения, помялись. Она убрала пальцами черные разводы под глазами и стала рыться в сумочке в поисках губной помады и расчески.
Мигель предлагал ей поехать в аэропорт на его лимузине, но она отказалась — из гордости. Они с Реем прибыли на служебной машине и теперь ждали испанца.
Вернулся запыхавшийся Рей. Его долговязая фигура сгибалась под тяжестью фотоаппаратуры, длинные и мокрые каштановые волосы были собраны в хвост резинкой. Спортивный джемпер и синие джинсы фотографа тоже намокли под дождем.
—
— Даже не верится, что мы сделаем эту статью! — сказала Стефани, прихватывая волосы найденной в сумочке заколкой.
— Мне тоже не верится. Мигель Рафаэль редко идет на контакт с прессой.
— Ты про него что-нибудь знаешь?
— Немного. — Рей внимательно посмотрел ей в глаза. — Он никогда не был женат.
— Я не об этом спрашивала! — Стефани почувствовала, что краснеет.
— Да, но я уловил в твоем голосе намек. Он ухлестывает за тобой, Стефани, но он тебе не пара.
— Вот как? С каких это пор ты начал решать, кто мне пара, а кто нет?
Рей пожал плечами:
— Мигель — международный плейбой.
— Тогда что ему от меня нужно?
Она вспомнила красавицу Дженну Старр.
— Вот уж не знаю. Тебе виднее.
Стефани фыркнула:
— Отстань! Мы познакомились всего два дня назад!
«Да, я раздевалась при нем догола, но это не в счет. Да, при первой возможности он пытается меня поцеловать, но и это тоже ничего не значит!»
Стефани вскочила и ушла в туалет, чтобы как-то отвлечься. Там она еще раз пригладила непослушные волосы и слегка подкрасила губы. Вернувшись к Рею, она увидела, что он копается в одной из своих сумок с аппаратурой.
— Ты знаешь, откуда у него этот шрам на лице? — неожиданно спросил фотограф.
— Нет. Откуда?
Она вспомнила, как провела пальцем по этому шраму, и Мигель сказал, что бык здесь ни при чем — мол, случилось нечто менее предсказуемое.
— Десять лет назад он был помолвлен с одной испанкой и застал ее на вечеринке с Хуаном Агиларом — испанским матадором, любимцем публики. Он попытался ее оттащить, и она расцарапала ему лицо.
Стефани пришла в ужас.
— Как ты это узнал?
— Вообще-то я страстный любитель корриды. Я даже смотрел выступление Мигеля в Мексике. Но погоди, это еще не все.
— Зачем ты мне все это рассказываешь?
— Ведь ты хочешь написать статью об этом парне.
Стефани хмуро взглянула на Рея. Она подозревала, что неожиданный поток информации об Эль Пелигро никак не связан с ее будущей статьей.
— Ладно, выкладывай.
— Мигель вызвал Хуана на бой. К тому времени Хуан уже несколько месяцев не занимался корридой и был слишком стар, чтобы драться с теми же быками, с которыми дрался молодой матадор. Он получил удар рогом и погиб. Публика ополчилась на Мигеля. — Рей достал из футляра фотоаппарат, приложил глаз к видоискателю и навел объектив на Стефани. Она подняла кверху средний палец. — Мигель знал, как его примут зрители на следующем выступлении. — Рей щелкал фотоаппаратом, не обращая внимания на ее жест. — Он вышел на арену пьяный. Толпа свистела, улюлюкала и забрасывала его гнилыми фруктами. Бык ударил его рогом в бедро, чуть не убив Мигеля.