Когда падают листья...
Шрифт:
Ждан все посматривал на шатренца настороженно, но тот и словом не обмолвился насчет случившегося. То ли сон на него так благостно повлиял, то ли причина заключалась в другом… в другой, золотоволосой и голубоглазой. Парень предпочитал о втором не думать, потому что толком и не знал, что, собственно, стоит в такой ситуации думать насчет этих двоих.
Дарен переменам в настроениях друга если и удивился, то виду не показал. Да и лицо, как было вечно мрачным, с чуть нахмуренными бровями, так таким и осталось.
А
"Ну и ладно, — решил Ждан, — дьябол с ними".
В порту было многолюдно, сильно пахло рыбой — свежей и не очень, морем и сильно заросшими личностями, снующими в толпе и там же побирающимися. Воров наверняка тоже было пруд пруди, однако угадать, кто же из этих милых пареньков — вор, не представлялось возможным. Может быть, вон тот, в серой бандане с узкими серыми глазами? А, может, и вот этот, белобрысый и черноглазый…
"Да уж, — подумал Дарен, отбирая кошель у мелкого пацана (и чего его везде обокрасть пытаются?), — воистину: порт — самое злачное место!"
Яромир, ловко лавируя между людьми, тащил за собой Велимиру, за ней ломился Ждан, стараясь не выпустить из виду золотистую косу подруги, а замыкал шествие Дарен, выразительно печатая шаг.
Отсыревшие и местами прогнившие доски скрипели под сотнями ног, а солнце нещадно палило, заставляя людишек прятать голову под головные уборы и двигаться еще быстрее, чтобы скорее добраться до спасительной тени.
— Пассажирское судно "Красное" отбывает через полпобега! — раздался голос неподалеку, — следующий рейс на Яцир только через два дня!
— Отлично, — лаконично промолвил Яромир и потянул бедную девушку в совершенно другую сторону.
Серое здание таможни ничем не выделялось среди своих собратьев. Разве что четвертым этажом. Внутри него все было так же серо и однообразно: что обои, что люди, работающие в нем. Заунывный старичок без проблем выписал короткие билеты Яромиру, Дарену и Ждану, взяв с "господ" слово, что будут следить за весницким парнем, а вот с девушкой возникли проблемы.
— Эгей… Извините, братцы, но на чаровников особое распоряжение требуется. Из Академии.
— Откуда вы знаете, что я чаровница? — наивно удивилась Веля, не замечая покачивающийся маятник, стоящий на столе.
Яр молча указал ей на него глазами — и Велимира затихла, огорченная.
— Девушка не училась в Академии, — спокойно подал голос Дарен.
— Тогда я не имею права пропустить ее. Она может создать помехи при передвижении.
Дарен, до этого молча изучавший старика глазами, медленно произнес:
— Под мою личную ответственность.
И без того узкие глазки сузились еще больше.
— Молодой человек, вы отдаете себе отчет в том, что если что случится…
— Ничего не случится. Мы спешим. Выпишите,
— Хорошо, — ворчливо проскрипел его собеседник, — но если вдруг что…
— Мы поняли, — с нажимом повторил войник, — поспешите, пожалуйста.
Веля тихо выдохнула за его спиной, разжав кулаки. Яромир успокаивающе положил ей руку на плечо и чуть слышно сказал:
— Спокойно. Все будет нормально.
— Знаю. Просто…
Она замолкла.
— Что?
— Ничего. Просто велик соблазн попробовать избежать неизбежное, — девушка натянуто улыбнулась, — не бери в голову.
Шатренец пожал плечами и ловко выхватил у Дарена из руки один из посадочных билетов.
— О! У меня место в каюте!
— А что, здесь лотерея? — оживился Ждан, тоже примериваясь к желтоватым невзрачным листочкам.
— Без толку, — ухмыльнулся Яр, — все равно спать на палубе будешь.
— Иди ты!
Парень фыркнул и нарочито небрежно вытянул первый же билет, убрав в нагрудный карман. Правда, потом все-таки взглянул на него украдкой, дабы разувериться в последних подозрениях.
— Что, боишься, что смоет? — насмешливо хмыкнул непонятно откуда взявшийся шатренец над самым его плечом.
— Тьфу! — сплюнул Ждан, засовывая билет обратно.
Веля пихнула Яромира в бок локтем, тоже улыбнувшись.
Даже Дарен, кажется, лицом просветлел.
Как же, цель близка как никогда, осталось всего-то перебраться через Лазурное море, да потом найти одного настоятеля храма… Яцир — остров маленький, вдоль и поперек можно пересечь за седьмицу. И Дарен не сомневался, что они найдут.
По мнению Вели со Жданом фрегат "Красный" совершенно не отвечал своему названию, но шатренец, улыбнувшись уголкам губ ласково похлопал рукой по карме, и сказал:
— А ведь и правда: красный.
— В смысле? — уточнил парень, еще раз недоуменно оглядев корабль.
Этим тут же воспользовалась коварная животинка, никак не желавшая менять твердую почву на подозрительно шатающуюся груду досок. Лошадь попятилась и громко фыркнула, чуть не сбив маленького парнишку лет четырех. Тот разревелся и кинулся мамке в живот, а уж женщина вступилась за чадо, как подобает матери:
— Что ты творишь, оглобля белобрысая? Ребенка убьешь!
— А чего он под мою лошадь лезет? — в ответ возмутился Ждан, посильнее накрутив на руку повода.
— Держать надо лучше свою кобылу, а не на девок глазеть!
— Это я-то на девок глазею?!
— А что, — хмыкнул рядом уже немолодой матрос, — проблемы с этим?
— Да нет у меня никаких проблем! — парень со злости так рванул ремни, что бедная лошадка, жалобно рыкнув, все-таки ступила на палубу.
Дарен, до этого довольно щурившийся на солнце, повернулся и встрял в перепалку между грозным народом и белобрысым: