Книга 1, Высоцкий Владимир Семенович

Книга 1

на обложку

Высоцкий Владимир Семенович

Шрифт:

ЕДИНСТВЕННАЯ ДОРОГА

(Из к/ф «Единственная дорога»)

В дорогу живо или в гроб ложись.Да, выбор небогатый перед нами.Нас обрекли на медленную жизнь мыК ней для верности прикованы цепями.А кое-кто поверил второпях,Поверил без оглядки, бестолково,Но разве это жизнь, когда в цепях,Но разве это выбор, если скован.Коварна нам оказанная милость,Как зелье полоумных ворожих,Смерть от своих за камнем притаилась,И сзади тоже смерть, но от чужих.Душа застыла, тело затекло,И мы молчим, как подставные пешки,А в лобовое грязное стеклоГлядит и скалится позор кривой усмешки.И если бы оковы разломать,Тогда бы мы и горло перегрызлиТому, кто догадался приковатьНас узами цепей к хваленой жизни.Неужто мы надеемся на что-то,А, может быть, нам цель не по зубам?Зачем стучимся в райские воротаКостяшками по кованным скобам?Нам предложили выход из войны,Но вот какую заложили цену:Мы к долгой жизни приговореныЧерез вину, через позор, через измену.Но стоит ли и жизнь такой цены?Дорога не окончена, спокойно.И

в стороне от той большой войныЕще возможно умереть достойно.И рано нас равнять с болотной слизью,Мы гнезд себе на гнили не совьем,Мы не умрем мучительною жизнью,Мы лучше верной смертью оживем.

ПЕСНЯ О ПЕТРОВСКОЙ РУСИ

(Из фильма «Сказ о том, как царь Петр арапа женил»)

Как засмотрится мне нынче, как задышится!Воздух крут перед грозой, круто вязок.Что споется мне сегодня, что услышится!Птицы вещие поют, и все из сказок.Птица Сирин мне радостно скалится,Веселит, зазывает из гнезд,А напротив тоскует, печалится,Травит душу чудной Алконост.Словно семь заветных струнЗазвенели в свой черед:Это птица ГамаюнНадежду подает!В синем небе, колокольнями проколотом,Медный колокол, медный колоколТо ль возрадовался, то ли осерчал.Купола в России кроют чистым золотом,Чтобы чаще господь замечал.Я стою, как перед вечною загадкою,Пред великой да сказочной страною,Перед солоно — да горько — кисло-сладкою,Голубою, родниковою, ржаною.Грязью чавкая, жирной да ржавойВязнут лошади по стремена,Но влекут меня сонной державою,Что раскисла, опухла от сна.Словно семь богатых лунНа пути моем встает:Это птица ГамаюнНадежду подает.Душу сбитую да стертую утратами,Душу сбитую перекатами,Если до крови лоскут истончал,Залатаю золотыми я заплатами,Чтобы чаще господь замечал.

* * *

Как по Волге-матушке,По реке-кормилицеВсе суда с товарами,Струги да ладьи,И не надорвалася,И не притомиласяНоша не тяжелая,Корабли свои.Вниз по Волге плавая,Прохожу пороги яИ гляжу на правыеБерега пологие.Там камыш шевелится,Поперек ломается,Справа берег стелется,Слева поднимается.Волга песни слышалаХлеще, чем «Дубинушка»,В ней вода исхлестанаПулями врагов.И плыла по матушкеНаша кровь-кровинушка,Стала бурой пеноюВозле берегов.Долго в воды пресныеЛились слезы строгие.Берега отвесныеБерега пологиеПлакали, измызганыОстрыми подковами,Но теперь зализаныЭти раны волнами.Что-то с вами сделалось,Берега старинные,Там, где стены древние,На холмах кремли,Словно пробудилисяМолодцы былинныеИ, числом несметные,Встали из земли.Лапами грабастая,Корабли стараются,Тянут баржи с Каспия,Тянут-надрываются,Тянут, не оглянутся,И на версты многиеЗа крутыми тянутсяБерега пологие.

ПОЖАРЫ

Пожары над странойВсе выше, жарче, веселей.Их отблески плясали в два притопа, три прихлопа,Но вот судьба и времяПересели на коней,А там в галоп, под пули в лобИ мир ударило в ознобОт этого галопа.Шальные пули злы,Глупы и бесталковы,А мы летели вскачьОни за нами влет.Расковывались кони,И горячие подковыЛетели в пыль на счастье тем,Кто их потом найдет.Увертливы поводья, словно угри,И спутаны и волосы и мысли на бегу,А ветер дул и расправлял нам кудриИ распрямлял извилины в мозгу.Ни бегство от огня,Ни страх погони — ни при чем,А время поскакало, иФортуна улыбалась.И сабли седоковСкрестились с солнечным лучем.Седок — поэт,А конь — Пегас,Пожар померк, потом погас,А скачка разгоралась.Еще не видел свет подобного аллюра!Копыта били дробь.Трезвонила капель.Помешанная на крови, слепая пуля-дураПрозрела, поумнела вдругИ чаще била в цель.И кто кого — азартней перепляса,И кто скорее — в этой скачке опоздавших нет,А ветер дул, с костей сдувая мясоИ радуя прохладою скелет.Удача впереди, и исцеление больнымВпервые скачет время напрямую, не по кругу.Обещанное — завтраБудет горьким и хмельным…Светло скакатьВрага видать,И друга тоже… благодать!Судьба летит по кругу!Доверчивую смерть вкруг пальца обернули.Замешкалась она, забыв махнуть косой.Уже не догоняли нас и отставали пули.Удастся ли умыться нам не кровью, а росой?Пел ветер все печальнее и глуше,Навылет время ранено,Досталось и судьбе.Ветра и кони и тела и душиУбитых выносили на себе.

* * *

Я все вопросы освещу сполна,Дам любопытству удовлетворенье.Да! У меня француженка жена,Но русского она происхожденья.Нет! У меня сейчас любовниц нет.А будут ли? Пока что не намерен.Не пью примерно около двух лет.Запью ли вновь? Не знаю, не уверен.Да нет! Живу не возле «Сокола»,В Париж пока что не проник…Да что вы все вокруг да около?Да спрашивайте напрямик!Я все вопросы освещу сполна,Как на духу попу в исповедальне.В блокноты ваши капает слюнаВопросы будут, видимо, о спальне?Да, так и есть! Вот густо покраснелИнтервьюер: — Вы изменяли женам?Как-будто за портьеру посмотрелИ под кровать залег с магнитофоном.Да нет! Живу не возле «Сокола»,В париж пока что не проник…Да

что вы все вокруг да около?Да спрашивайте напрямик!Теперь я к основному перейду.Один, стоявший скромно в уголочке,Спросил: — А что имели вы в видуВ такой-то песне и в такой-то строчке?Ответ: — Во мне Эзоп не воскресал.В кармане фиги нет, не суетитесь!А что имел в виду — то написал:Вот, вывернул карманы — убедитесь!Да нет! Живу не возле «Сокола»,В Париж пока что не проник…Да что вы все вокруг да около?Да спрашивайте напрямик!

* * *

Оплавляются свечиНа старинный паркет.Дождь кидает на плечиСеребром с эполет.Как в агонии бродитЗолотое вино.Пусть былое уходит,Что придет — все равно.И, в предсмертном томленьиОзираясь назад,Убегают олени,Нарываясь на залп.Кто-то дуло наводитНа невинную грудь.Пусть былое уходит,Пусть придет что-нибудь.Кто-то злой и умелый,Веселясь, наугадМечет острые стрелыВ воспаленный закат.Слышно в буре мелодийПовторение нот.Все былое уходит.Что пройдет, то пройдет.

Я ДОПОЮ ДО КОНЦА

Так дымно, что в зеркале нет отраженьяИ даже напротив не видно лица.И мары успели устать от куренья,Но все-таки я допою до конца.Все нужные ноты давно заиграли,Сгорело, погасло вино в бокале,Минутный порыв говорить пропал,И лучше мне молча допить бокал.Полгода не балует солнцем погода,И души застыли под коркою льда,И видно напрасно я жду ледохода,И память на может согреть в холода.Все нужные ноты давно заиграли,Сгорело, погасло вино в бокале,Минутный порыв говорить пропал,И лучше мне молча допить бокал.В оркестре играют устало, сбиваясь.Смыкается круг, не порвать мне кольца.Спокойно я должен уйти, улыбаясь,Но все-таки я допою до конца.Все нужные ноты давно заиграли,Сгорело, погасло вино в бокале.Тусклей, равнодушней оскал зеркал,И лучше мне молча допить бокал.

* * *

Не впадай ни в тоску, ни в азарт ты,Даже в самой невинной игреНе давай заглянуть в свои картыИ до срока не сбрось козырей.Отключи посторонние звукиИ следи, чтоб не прятал глаза,Чтоб держал он на скатерти рукиИ не смог передернуть туза.Никогда не тянись за деньгами,Если ж ты, проигравши, поникКак у пушкина в «Пиковой даме»,Ты останешься с дамою пик.Если ж ты у судьбы не в любимцах,Сбрось очки и закончи на том.Крикни: — Карты на стол! Проходимцы!И уйди с отрешенным лицом.

* * *

Зарыты в нашу память на векаИ даты, и события, и лица,А память как колодец глубока,Попробуй заглянуть — навернякаЛицо — и то — неясно отразится.Разглядеть, что истинно, что ложно,Может только беспристрастный суд.Осторожно с прошлым, осторожно,Не разбейте глиняный сосуд.Одни его лениво ворошат,Другие неохотно вспоминают,А третьи даже помнить не хотят,И прошлое лежит, как старый клад,Который никогда не раскопают.И поток годов унес с границыСтрелки — указатели пути,Очень просто в прошлом заблудитьсяИ назад дороги не найти.С налета не вини — повремени!Есть у людей на все свои причины.Не скрыть, а позабыть хотят они:Ведь в толще лет еще лежат в тениЗабытые заржавленные мины.В минном поле прошлого копатьсяЛучше без ошибок, потому,Что на минном поле ошибатьсяПросто абсолютно ни к чему.Один толчок — и стрелки побегут,А нервы у людей не из каната,И будет взрыв, и перетрется жгут…Ах, если люди вовремя найдутИ извлекут до взрыва детонатор!Спит земля спокойно под цветами,Но когда находят мины в ней,Их берут умелыми рукамиИ взрывают дальше от людей.

НОТЫ

Я изучил все ноты от и до,Но кто мне на вопрос ответит прямо?Ведь начинают гаммы с ноты «до»И ею же заканчивают гаммы.Пляшут ноты врозь и с толком,Что «до», «ре», «ми», «фа», «соль», «ля», «си» покаРазбросает их по полкамЧья-то дерзкая рука.Известно музыкальной детворе,Я впасть в тенденциозности рискую,Что занимает место нота «ре»На целый такт и на 1/8 .Какую ты тональность не возьми,Неравенством от звуков так и пышет.Одна и та же нота, скажем «ми»Звучит сильней чем даже нота выше.Пляшут ноты врозь и с толком,Что «до», «ре», «ми», «фа», «соль», «ля», «си» покаРазбросает их по полкамЧья-то дерзкая рука.Выходит все у нот, как у людей,Но парадокс имеется, да вот он:Бывает нота «фа» звучит сильнейЧем высокопоставленная нота.Вот затесался где-нибудь «бемоль»И в тот же миг как влез он беспардонно.Внушавшая доверье нота «соль»Себе же изменяет на полтона.Пляшут ноты врозь и с толком,Что «до», «ре», «ми», «фа», «соль», «ля», «си» покаРазбросает их по полкамЧья-то дерзкая рука.Сел композитор, жажду утоля,И грубым знаком музыку прорезал,И нежная, как бархат, нота «ля»Свой голос повышает до «диеза».И, наконец, бетховена спроси,Без ноты «си» нет ни игры, ни пенья.Возносится над всеми нота «си»И с высоты взирает положенья.Пляшут ноты врозь и с толком,Что «до», «ре», «ми», «фа», «соль», «ля», «си» покаРазбросает их по полкамЧья-то дерзкая рука.Не стоит затевать о нотах спор,Есть у них тузы и секретарши.Считается, что в «си-бемоль минор»Звучат прекрасно траурные марши.А кроме этих подневольных нотЕще бывают ноты-паразиты.Кто их сыграет, кто их пропоет?Но с нами бог, а с ними композитор.Пляшут ноты врозь и с толком,Что «до», «ре», «ми», «фа», «соль», «ля», «си» покаРазбросает их по полкамЧья-то дерзкая рука.