Клятва
Шрифт:
До того самого, памятного, судьбоносного для меня дня.
Судьба пробралась в мою спальню с рассветом, разбудив возмущённым криком матери.
— Рем, просыпайся уже поскорей, бездельник. Рем, я кому сказала, — сквозь плотную пелену сна, голос матушки пробивался с трудом. Уставшее за день тело не насытилось ещё отдыхом. Объятья сна были такие уютные, и я продолжал спать, хотя сердитый тон скорой на расправу родительницы мне игнорировать не стоило.
У-у-у! Хворостиной по голым ногам. Больно как! Сон слетел с меня мгновенно, краснеющий рубец жегся и саднил.
В этот мамин выходной мы с ней собрались за покупками в близлежащий город. От замка до проезжего тракта дорога не близкая, а там ещё нужно дождаться телегу, хозяин которой возможно соблаговолит за небольшую плату подвезти попутчиков. Так что матушка торопила меня не зря. Времени у нас с нею, и правда, в обрез.
– Спасибо вам, мастер, — подойдя к открытым воротам, услышал я напряжённый и немного испуганный мамин голос, хотя и не лишённый искренней благодарности.
Нам с ней очень повезло. Сегодня не нужно сбивать ноги, добираясь до тракта. Наставник средней группы Майлин Онур позволил нам доехать до города на своей повозке.
Маги личности мало приятные. На простых смертных они если и смотрят, то их не видят. Кто же станет замечать мусор у себя под ногами? Так что предложение наставника Онура составить ему компанию в поездке на ярмарку оказалось для испуганной кухарки скорее потрясением, чем благодеянием. Но моя мама обладала сильным и достаточно гибким характером, на свои расшалившиеся нервы прикрикнет, под любые обстоятельства подстроится, если не получается их подстроить под себя.
Довольная выпавшей на её долю удачей, решительно отгородившись от своих страхов, моя родительница позволила себе немного вздремнуть, убаюканная дорогой. Я же, ничуть не предчувствуя беду, гордо держал вожжи, управляя смирно бредущей по тракту лошадкой. Майлин Онур сидел рядом, жуя травинку и время от времени задумчиво поглядывая на меня.
— Мне нужен слуга, — внезапно произнёс он, нарушая умиротворяющую тишину. — Возможно, Фина, твой сын подойдёт. Посмотри на меня, мальчик.
Я повернулся к наставнику, притормозив лошадку, и, послушно подняв голову, посмотрел в его искрящиеся силой глаза. Взгляд одарённого выдержать не просто, но я не отвожу глаз. Да, головокружение и тошнота — это неприятно, но ведь терпимо же.
Наставник Онур хмыкнул и отвёл, наконец, выворачивающий меня наизнанку взгляд.
— Подходишь, — сообщил он. — Платить буду по серебряному фуну в неделю.
Это очень много. Моей матери платят серебрушку в месяц. А я, как помощник конюха, получаю медяк в неделю.
Шокированный неожиданным и столь щедрым предложением, я застыл глупейшим немым истуканом, вместо того чтобы благодарить мастера и обещать стать ему самым наилучшим слугой на свете.
Но видно для наставника Онура моё молчаливое потрясение было красноречивей любых слов.
— Я требовательный хозяин, — снизошёл до пояснения маг. — Свой заработок ты отработаешь сполна. И будешь при мне неотлучно.
Моя мама была абсолютно не против. Быстро оценив выгоду предложенного, она кинулась целовать руки благодетелю. А уж когда наставник заявил, что сегодня он намерен присмотреть для своего слуги одежду, не позорящую его, как хозяина, она и вовсе готова была на него молиться.
Трудно было поверить в такую удачу. Мне даже показалась, что надо мной попросту посмеялись? Может это шутка такая? И зачем я ему сдался, когда одарённые детишки всегда на подхвате и слушаются беспрекословно.
Но нет, Майлин Онур не шутил. И жизнь моя сделала резкий поворот, пока ещё мне совсем не понятный.
Под предлогом каприза, всегда иметь рядом услужливого мальчишку, готового исполнить любое его поручение, мой хозяин приводил меня с собою в класс. Сидя на низенькой скамеечке у двери, я внимательно слушал урок. Ещё бы, всё услышанное потом требовалось повторить. Как заявил наставник, он проверяет на мне доступность излагаемого им материала. Мол, если уж такой деревенщине все будет понятно, то «осененным избранным» и подавно следует хватать излагаемое на лету. И за не выученный урок, розги для лентяев более чем справедливое наказание. Меня это тоже касалось. Так что, испытав на себе пару раз тяжесть карающей руки мага, я был очень старателен и усерден!
Майлин Онур был хорошим учителем и мотивацию выбрал подходящую. Так что к концу учебного года в теории магии и простейших заклинаниях я был сведущ не хуже юных одарённых.
А потом произошёл странный разговор с моим хозяином.
— Ремтон, озвуч-ка мне, что тебе ведомо об уникальности магического дара.
Обычное дело, господин Онур мог заняться проверкой моих знаний в любой момент. И лучше бы мне быть к тому готовым.
Так что я ничуть не удивился, и не особо задумываясь над ответом, выдал, усилиями наставника, намертво впечатанную в меня информацию.
— Каждый маг империи имеет Дар, с сопутствующими ему атрибутами. Маги делятся на боевиков, проводников по мирам, целителей и бытовиков. Но в каждом из направлений приложения силы, кроме отличия в магическом потенциале одарённого, существует отличие в атрибутной составляющей. Она у каждого мага своя, уникальная.
– Уникальная. Да. А количество атрибутов Дара у всех магов одинаково?
— Нет. Присущие их Дару атрибуты, открываются магами постепенно, они познают их в течении всей своей жизни. И не известно от чего это зависит.
— А как ты думаешь, мальчик, может ли маг скрывать присущие ему атрибуты Дара?
Я опешил. Это он о чём?
— Маг принадлежит государю. Он даёт клятву. Разве возможно что-либо утаить? — пробормотал я, не понимая, к чему клонит мой наставник. Что он пытается мне сказать?
— Принадлежит, — усмехнулся Майлин. — Служит послушно. И не сможет не ответить на правильно заданный вопрос. Но вопрос нужно уметь задать. А полученный ответ понять. Всегда есть лазейка. Нет?
— Не…не знаю.