Чтение онлайн

Десять человек твердо двигались вслед за мной, сохраняя тишину. Лишь иногда, где-то со стороны леса раздавались резкие вскрики птиц.

По одну сторону высилась обрывистая монолитная стена скалы, по другую обрывалась ущелье.

Глубокое, дно ее прикрывали белые клочья тумана, и очень тонко в тишине звучала журчащая вода на самом дне…

По самой каменной кромке мы должны были обогнуть перевал и перехватить по другую сторону вражеский отряд. После пятичасового подъема я заметил усталость молодых. Они уже не так сохраняли тишину, хрип дыхание, здесь звучал очень громко, но до нужной нам пещеры еще был «лестничный пролет», я уже видел нашу

площадку и черный зев глубокой пещеры…

Сделав жест подтянуться, я осмотрелся и заметил свою метку, а так же давно мною выбитые ступени, сэкономят нам время. Солнце уже начало мерцать на горизонте красным маревом…

Я улыбнулся, меня, словно преследовало алое зарево, но холод становился резче. Ребята ежились, и клубы пара выдыхали как уставшие кони на переправе. Последний рывок нам дался легко, когда все подтянулись и устроились возле давно остывшего кострища, я протянул каждому фляжку с виски… Иногда слышались лязг зубов о металл, выдавая дрожь озноба, но этот природный холод нельзя было сравнить с тем, что преследовал при переходе…Мое плечо по-прежнему болело и стягивало кожу на спине, мазь я так и не взял.

Через вход внизу открывался вид разбитого военного лагеря с горящими кострами, вот этих то, ребят мы и должны были обойти, и горячо встретить… Фляжка ходила по кругу, дыхание выравнивалось, а значит, наш ждал еще один подъем.

Я подал знак и тихо, словно тени приведений мы двинулись, скользя вдоль стены…, под ногами иногда крошевом обсыпалась горная порода, примечая свои только мне известные знаки, я в который раз шел этой тропой…

Проводником я был уже давно, иногда приходилось прощупывать и открывать новые тропы, если старые были вычисленные или не подходили во времени. Сколько я этим занимался, я уже и не помнил,… но очень долго.

Позади меня, через три человека, раздался звук подающего камнепада, веревка натянулась как струна, и в этот миг раздался вскрик, резкий, как крик раненой птицы…

Я вмиг оказался рядом с тем, кто в темноте повис над пропастью, моя рука перехватила его ладонь, удерживая на краю. Его глаза были, глазами напуганного ребенка, но все, же он, несмотря на весь страх, что сейчас поднимался у него в груди, сохранял спокойствие…

Парень замер, пытаясь не делать резких движений. Рядом со мной остались, трое, которые шли последними, остальные двинулись вперед, нельзя было упускать время. Не медля больше, я сделал жест ребятам, подтянуть веревку страховки, и тихи спокойно произнес, что говорил всегда: Один рывок! И это срабатывало. Парень что есть силы, попытался отпружинить от стены, об которую старался задержаться на одном месте, и когда его голова оказалась над пропастью, я подхватил его. Не спеша мы вытащили его на площадку и, в этот момент я уловил посторонние звуки.

Раздался звук шагов, кто-то продвигался в темноте по нашим следам. Вспомнив, что в двух метрах в стороне есть углубление в скале с узким лазом, сделав знак, я повел ребят к нему. Скрывшись в плотной темноте, мы смогли хорошо просматривать нашу тропу. Через несколько минут из-за выступа вышли, трое солдат с автоматами и, обмениваясь жестами, осматривали местность. Похоже, они услышали вскрик оступившегося или камнепад. Я хорошо видел их серую форму со знаками отличия подразделения. В полной тишине они какое-то время созерцали немой зев пропасти, а затем двинули в нашу сторону, когда они поравнялись с нами, я решил действовать. Скользнув как тень по скальному выступу, я бесшумно захватил со спины последнего,

и нажал ряд точек в области левой ключицы и солнечного сплетения, опустил онемевшего на землю. Двое услышав шорох, обернулись и в этот миг, мой удар ноги пришелся

в челюсть первому, а другой, что собирался выпустить в меня обойму, попятившись, с криком сорвался в пропасть. Еще какую-то секунду слышался треск автомата, и наступило молчание. Мой противник, налетевший на выпирающий выступ скалы, медленно сползал вниз, оставляя кровавый след на горной породе. Утром здесь будет снежный барс, это любопытное животное первое обследует падаль в горах.

Горизонт наливался рубиновым холодным рассветом, поднимался ветер, что обещал быть шквальным. Почему я не дал поразмяться ребята, я и сам не понял, просто выполнял свою работу четко, быстро, без лишних раздумий, автоматически. Так же в полном молчании мы продолжили путь, но теперь я следовал как замыкающий.

Наш путь подходил к концу. Здесь на ровном месте горном плато они проведут намеченную операцию. Я же был не нужен этим новым героям…

На мгновенье передо мной предстало красивое, и бледное лицо Рыси, ее встревоженный взгляд, словно о чем-то кричал мне… Я ее по-прежнему любил!

Резкая боль неожиданно ворвалась в мои легкие, разрывая их каленой сталью…

Я медленно обернулся и встретился с глазами умирающего солдата, кого я приложил о скалу. Теперь в каждом из нас быстро утекала жизнь, моя как песок пустыни, через которую я уходил и возвращался, его как свеча на ветру…, задуваемая нарастающем ветром. Теперь я понимал, что это мой последний перевал… Порыв ветра рванул меня вперед и в сторону, краем глаза я увидел распахнутую бездну, которая меня манила…

… Неожиданно мой пальцы зацепились за край горной тропы, под ногами качалась мягкая темнота, она словно мягкий зверь ласкалась об ноги, но жизнь вытекала из меня вместе с пульсирующей струей крови из под торчащей рукояти военного ножа. Моё тело еще боролось за жизнь, раскрывая новые резервы сил, но те утекали с болезненно застревающим вздохом.

Какое-то мгновение я видел, как приложив огромное усилия над собой, солдат приподнялся и протянул мне руку, он пытался дотянуться до меня, но я, отдавшись новой волне боли накатывающего бессилия, разжал побелевшие пальцы…

За мгновение, которое у меня было, я увидел множество лиц, первое Рыси, своих друзей, родных, той, которая меня ждала по ту грань, и лица молодых ребят, которые приходили стать новыми героями…

Внизу в клочьях тумана, я уже видел прекрасный белый город, в который стремился вернуться в своих снах, нежные руки жриц манили, меня в свои объятия… Я не знал, что он здесь на земле…

Сигнал аппаратуры поддержки дыхания, разорвал тишину палаты пронзительным звуком.

В палату влетела молодая медсестра, а следом два врача. На мониторе стремительно бежала сплошная полоса…

— Что же это, уже в который раз… — запричитала медсестричка. И с надеждой обернулась к врачам, ожидая их распоряжений. Те лишь покачали головой, больше не имело смысла поддерживать жизнь в этом теле. Оно успело слишком устать, от продолжительной борьбы…

Девушка дернулась к больному, который неподвижно лежал, словно спал, его лицо с еще темными, но поседевшими кудрями, не успело измениться, и проступившие слезы на ее глазах, вырвались горьким всхлипом.

— Сообщите его родственникам, что могут забрать тело — распорядился врач вошедшей медсестре.