Клеймо роскоши

Отшумела весна с ее капелями, жгучим солнцем, доедающим талый снег, журчанием потоков по разбитым городским улочкам да буйством красок от появления первой зелени и цветов. Все улеглось, и с приходом лета в Тарасове жизнь вновь вошла в спокойное русло. Краски сделались приглушеннее, спокойнее, а свежая зелень потемнела и немного запылилась.

Начало июня выдалось чрезвычайно жарким, поэтому люди мгновенно поскидывали старую демисезонную одежду и переоблачились в легкое, летнее. Тетя Мила, подметив эту тенденцию, пересмотрела свой гардероб, однако не нашла ничего, по ее мнению, достойного, очень огорчилась,

а на следующий день побежала в новый магазин, открывшийся по соседству. Вернулась оттуда, гордо демонстрируя обновку — приличное платье салатового цвета из натурального льна. Не Гальяно, но в таком в обществе показаться не стыдно. Примеряя платье перед зеркалом, тетя каждые пять минут прибегала в гостиную и изводила меня вопросами: где ей что ушить или вставить. Я говорила, что и так все нормально, но тетя мои ответы пропускала мимо ушей и опять уходила в свою комнату. Наконец она успокоилась и позволила мне досмотреть передачу о ядовитых растениях и животных. Информация, которая содержалась в передаче, могла мне пригодиться в будущем, так как я профессиональный телохранитель, а в современном мире люди нередко для нейтрализации противника пускают в ход яды, в том числе довольно экзотические. Посему надо постоянно держать руку на пульсе, самосовершенствоваться, использовать любые источники информации, даже телевизионные программы. Мир меняется, и если хочешь выжить, надо меняться вместе с ним — это мой девиз.

Я закончила чистить револьвер, собрала его, зарядила, поглядывая на экран телевизора, потом стерла с корпуса остатки смазки и стала собирать принадлежности для чистки, чтоб отнести все в свою комнату. В этот момент в комнату в очередной раз вбежала тетя Мила. В руках она держала пару сережек с искусственными изумрудами. Приложив сережки сначала к платью, потом к ушам, тетя с надеждой спросила:

— Как тебе, Жень?

— Отлично, — ответила я уверенно и тут же получила за свою беспечность.

— Женя, да ты ничего вообще не понимаешь в украшениях! К этому платью они совершенно не идут, — строго отчитала меня тетя, потом, тяжело вздохнув, сообщила: — Представляешь, все пересмотрела, и ничего к нему не подходит! Можно, конечно, просто золото, но мне хочется что-нибудь с камушками.

— Значит, я не понимаю в украшениях? — В моем голосе слышалась наигранная обида. — А вы знаете, сударыня, что в Ворошиловке я экзамен сдавала по экспертизе ювелирных украшений, драгоценных камней, металлов и произведений искусств?!

— Ну не обижайся, Женя, я же не знала. — Тетя на мгновение задумалась, а потом протянула: — Экспертиза — это хорошо. Вот сейчас же немедленно сходим в магазин, и ты мне поможешь выбрать пару каких-нибудь сережек к этому платью.

— В магазин, — повторила я озадаченно. Походы с тетей по магазинам нечто сродни медленной мучительной пытке или допросу четвертой степени, когда следователи, чередуясь, многократно задают одни и те же вопросы. Осмыслив ее предложение, я поняла, что меня ждет, и попыталась увильнуть: — Нет, тетя, я, наверное, не смогу с тобой пойти. У меня тут дела кое-какие.

— Какие же дела у тебя, что родную тетю можно побоку? — поинтересовалась она. — Опять ножи метать будешь или бить кулаками по палке, как ты там ее бишь называешь?

— Макивара, — подсказала я и горячо возразила: — Что ты, ты для меня важнее любого дела. Только одна проблема, я договорилась…

— Надеюсь, это милый молодой человек, который в тебя пылко влюблен, и у вас с ним свидание? — перебила меня тетя. — Если это так, я приму

твой отказ. Но если это опять проклятая работа и какой-нибудь уголовник, которого ты согласилась защищать, я обижусь на тебя смертельно!

— Я не охраняю уголовников, — буркнула я недовольно. — Моими клиентами бывают только бизнесмены, политики и другие состоятельные люди.

— Хм, состоятельные, — хмыкнула тетя. — Почему ж на них постоянно бандиты всякие нападают? Ты же каждый раз за полночь то битая, то чумазая приползаешь. Что, опять взялась за новое дело?!

— Нет, тетя, — бурно возразила я, решив, что это будет ложь во спасение. И понеслось: — У меня сейчас что-то вроде отпуска. Да и я договорилась о свидании с одним молодым человеком. У него серьезные намерения. Так что не удивляйся, если станешь бабушкой.

— Ага, с тобой станешь, — грустно усмехнулась тетя. — Двадцать семь лет! А в голове ветер. О будущем не задумываешься. Все ты врешь. Ни с каким молодым человеком ты не встречаешься, а чистила свой револьвер, потому что будешь в кого-то стрелять, — и, трагически заломив руки, она добавила: — А они будут стрелять в тебя! Чувствую, у меня сердце скоро разорвется от твоих похождений.

— Успокойся, не собираюсь я ни в кого стрелять. Просто оружие нужно чистить время от времени. У меня сейчас никаких новых дел. — Пытаясь ее успокоить, я говорила как можно мягче. Тетя для меня, после смерти матери, была единственным близким человеком. Она относилась ко мне как к родной дочери. После моего побега из Владивостока от отца-генерала и его новой женушки тетя с радостью позволила поселиться у нее, пока я не встану на ноги и не приобрету собственное жилье.

— Как зовут твоего нового парня? — быстро, в лоб, спросила тетя, внимательно глядя мне в лицо.

— Дима, — не задумываясь, соврала я.

Далее последовал ряд стандартных вопросов о личности моего парня. Отвечая, я следовала методике противостояния следователю при перекрестных допросах — отвечала быстро, коротко, запоминала ответ и отвечала так же, если вопрос неожиданно повторялся. Однако тетя интуитивно чувствовала, что я говорю неправду, и хмурилась все больше и больше. Наверное, хорошо развитая интуиция — это у нас в роду.

— Ладно, иди, встречайся с ним, не буду тебя отвлекать, — неожиданно легко сдалась тетя. — Пойду в ювелирный одна. Я тут кое-что отложила, так что выберу действительно стоящую вещь. Мы недавно с Марией Александровной в театр ходили на премьеру, так там у некоторых дам такие украшения были! И я тоже куплю что-нибудь подобное, но подешевле, какие-нибудь простенькие бриллиантики, но чтоб смотрелись солидно.

Я еле сдержала улыбку от несбыточности тетиных грез. Бриллианты не бывают дешевыми и простенькими, но солидного вида. Бриллианты — это бриллианты. Средняя цена за карат от десяти тысяч долларов. Мне стало интересно, сколько же тетя отложила, что отважилась на поход за «солидными украшениями». Может, она подпольно занимается нефтяным бизнесом? Или у меня за спиной торгует оружием?

— У меня тридцать пять тысяч, — ответила тетя гордо, — можно купить что-нибудь приличное. Я даже заходила, приценивалась. Бриллианты сейчас сильно подешевели.

Да, отпускать тетю одну с такими взглядами и с такими деньгами было опасно. Обреченно вздохнув, я сказала, что встреча с молодым человеком подождет и я пойду в ювелирный вместе с ней. Тете моя уступчивость показалась подозрительной.

— Чего это ты вдруг передумала? — спросила она. — Боишься, что меня в магазине объегорят?