Казусы частного сыска

«Хиловато для бизнесмена-то, — подумала я, глядя на едва освещавший интерьер кафе тусклый желтый фонарик сквозь стакан с такой же тускло-желтой жидкостью, носящей здесь гордое название „коктейль лимонный“. — Ну и гадость! Да и кафе, надо сказать, забегаловка какая-то, а не кафе… Ага, вот и сам идет. С коктейлем. Бизнесмен…»

Росту в бизнесмене было, наверное, метра полтора. Ну, может быть, чуть побольше — он был на две головы ниже меня.

Люди небольшого, а тем более маленького роста обычно выглядят смешными, но Александр Александрович обладал

полной достоинства манерой держаться и довольно благообразной внешностью — бородка, причесочка аккуратная. Так что его можно было назвать как угодно, только не смешным.

— Ну вот, — удовлетворенно произнес Александр Александрович Кошкин, со стаканом в руке опускаясь на стул рядом со мной, — теперь и поговорить можно.

Он вдруг посмотрел на мой нетронутый коктейль.

— Что же вы не пьете? Не нравится?

— Нравится, — я отхлебнула глоток этой мерзости и через силу улыбнулась, — очень даже ничего…

— Ну и славно, — сказал он, — сразу перехожу к делу.

Я кивнула и с облегчением отодвинула стакан.

— Как вы уже догадались, Женя, — продолжал Александр Александрович, — я хочу предложить вам работу. Мне говорили, что вы очень хороший телохранитель. — Последнюю фразу он произнес с полувопросительной интонацией.

Я снова кивнула и усмехнулась про себя — «очень хороший»! Сомневаюсь, чтобы где-нибудь в этом городишке нашли телохранителя лучше меня.

— Вы учились этому где-нибудь? — задал очередной вопрос Кошкин.

— Да. — Я нашла в себе силы сделать еще один глоток лимонного коктейля.

— А где? — полюбопытствовал он.

— М-м… Курсы проходила. В столице, — развивать эту тему я не стала.

— Ваш гонорар… — он назвал сумму, — это, конечно, не считая всяческих расходов, премий…

Я задумалась. Честно говоря, сумма, предложенная Кошкиным, меня несколько удивила. Хотя я, признаться, привыкла к достаточно высокой оплате моего труда. А тут чуть ли не в полтора раза больше обычной ставки.

Странно… После того как он назначил мне встречу в подобной дыре да еще угостил этим мерзким коктейлем… Интересно, почему он решил отвалить мне этакие деньжищи?

— Александр Александрович, — произнесла я, — обычно клиенты обращаются ко мне, когда им грозит определенная опасность. Для телохранителя, так сказать, повседневного мои услуги стоят слишком дорого. А вы мне предлагаете.., достаточно большую сумму и не говорите, в чем заключается дело.

Кошкин несколько смешался. С минуту помолчав, он заговорил:

— Ну-у, каждый бизнесмен должен опасаться…

Конкуренты там, мафия… — Видя по моему лицу, что такая формулировка меня не устраивает, он поджал губы:

— И вообще, я вам плачу, кажется, не за то, чтобы вы задавали мне вопросы. Правильно?

Я развела руками:

— Как хотите…

Он немного помолчал, глядя на дно своего стакана. Спросил:

— Ну так как? Вы согласны?

Странно все это было — дрянное кафе, отвратительный коктейль, и вдруг — огромная плата, предложенная за мои услуги… А то, что Кошкин от меня что-то скрывает, догадаться было нетрудно.

Впрочем, что это я? С каких это пор стала бояться трудностей? Тем более гонорар вполне приличный…

— Согласна, — просто ответила я.

— Ну и отлично! —

просиял Александр Александрович. — Осталось обсудить некоторые формальности. — Он поднял свой стакан:

— За удачу!

Вот они, трудности-то, начинаются! Отсалютовав Кошкину своим стаканом, я зажмурилась и единым махом опрокинула в себя ядовито-желтую жидкость.

Домой я пришла только к вечеру. Чертовски голодная и усталая. Обсуждение «некоторых формальностей» затянулось надолго, а заказать ужин Александр Александрович не удосужился. Хотя, может быть, это и к лучшему — если о качестве тамошних блюд судить по тому же лимонному коктейлю.

Дверь мне открыла тетушка. Выглядевшая толстой в своей пуховой кофте, она, казалось, заняла собой половину всего пространства нашей тесной прихожей. Под мышкой у нее была объемистая книга, а в руках — тарелка со сладким пирогом, порезанным на тонкие ломтики. Точно, я оторвала тетю Милу от излюбленного ее занятия — чтения детективов.

— Есть хочешь, Жень? — спросила она.

Взяв с ее тарелки ломтик побольше, я целиком запихала его в рот и утвердительно замычала: да, мол, очень хочу.

— Я уже поужинала, но, если ты не против, выпью с тобой чаю, — предложила тетя.

— Конечно, — прожевав наконец пирог, выговорила я и прошла на кухню. Тетя Мила, раскрывая на ходу книгу, отправилась дожидаться, пока я поем и позову ее пить чай.

У тети я живу уже около двух лет. Средства позволяют мне купить собственную квартиру, но, честно говоря, мне не хочется переезжать от тетушки, я к ней привыкла, да и ей без меня будет скучно.

Сама я родом из Москвы. Там же и образование получила. Никаких курсов, как соврала Кошкину, я не кончала. А окончила специализированный военный институт. Все, что мы там изучали, перечислить довольно сложно. Пожалуй, достаточно будет сказать, что основными заказчиками выпускников были КГБ и военная разведка.

После специнститута последовали три долгих года службы в отряде «Сигма».

Вот такие у меня были «курсы телохранителя».

Майор Уриевский, руководитель отряда «Сигма», как-то сказал, что из нас в конечном итоге должны получиться такие солдаты, перед которыми всякие там штирлицы и джеймсбонды будут выглядеть просто щенками.

И он был прав. Те, кто выжил после трех лет непрерывной работы над своим телом и разумом, после бесконечных практических заданий, проходивших то в Афганистане, то еще в каком-нибудь милом местечке, стали настоящими суперменами.

Суперагентами. Суперсолдатами.

Два года назад я покинула Москву. Казалось бы, прекрасная подготовка, карьера опять же… Но мне просто не хотелось стать, как это говорится, марионеткой в грязных играх политиков. Большинство моих вчерашних однокашников до сих пор работают во всех «горячих» и не очень точках мира. Устанавливают мир или, наоборот, разжигают войну — в зависимости от приказа хозяев.

Я же решила удовлетвориться скромной участью переводчика и репетитора. Европейские языки я знала превосходно — спасибо институту. Да вот еще иногда брала на себя труд оберегать тучное тело какого-нибудь толстосума. И сама не заметила, как стала известной личностью среди местной предпринимательской элиты.