Криминальные сливки

Вынужденные посленовогодние каникулы затянулись на долгие две недели. Наверное, в самый любимый и самый долгожданный праздник года никому не хочется портить себе настроение, заниматься делами, привлекать к работе меня. Но стоило нашим гражданам отметить последний праздник в веренице новогодних и проводить старый год, как предложения посыпались одно за другим. Только сегодня, в середине февраля, я смогла с облегчением вздохнуть и расслабиться в своей уютной, мягкой постельке. Я уже и забыла,

как это приятно — понежиться в кровати, мое последнее дело лишило меня всех радостей жизни. Мало того что каждую минуту мне приходилось быть в напряжении, так еще бытовые условия оставляли желать лучшего.

Покончив с очередным делом, я заявилась домой в начале десятого утра и сразу, минуя кухню и ванную, прошла в свою комнату. Сон — лучшее лекарство, и к трем часам дня я неплохо поправила свое здоровье, по крайней мере, боли в пояснице не казались такими навязчивыми.

Я еще лежала в кровати, когда услышала телефонный звонок.

«Только бы это не по мою душу. — Я даже зажмурилась, медитируя. — Только бы не меня».

— А кто ее спрашивает? — услышала я голос тети Милы за дверью моей комнаты.

Сомнений быть не могло, этот телефонный звонок адресован мне. Я нехотя села на кровати и посмотрела на дверь, из-за которой тут же показалась улыбающаяся тетушка.

— Ты проснулась? А тут как раз Аркадий Владимирович тебе позвонил. — Она протянула трубку и вопросительно посмотрела на меня. — Это твой новый знакомый? Такой приятный голос. — Тетушка все еще питала надежды увидеть меня в свадебном платье, поэтому каждого мужчину, который звонил мне, рассматривала исключительно как потенциального жениха.

В ответ я иронично улыбнулась и взяла трубку.

— Аркадий Владимирович, что-то случилось? — Опуская слова приветствия, я сразу перешла к делу. А причиной тому было мое недавнее сотрудничество с господином Финковским. Он, молодой, но очень перспективный врач, не так давно обращался ко мне за помощью, и я любезно оказала ему эту помощь за нескромное вознаграждение. И вот теперь, две недели спустя, он снова набрал мой номер телефона. Наверняка не для того, чтобы пожелать доброго утра.

— Здравствуйте, Евгения Максимовна. — Мой собеседник был явно чем-то расстроен, голос звучал как-то странно, приглушенно.

— Вы ведь должны были в Англию улететь, Аркадий Владимирович. У вас что, снова проблемы? — не унималась я. Я была настоящим профессионалом, в моей работе телохранителем никогда не было промашек. Я заканчивала свою работу только тогда, когда на сто процентов была уверена, что моему клиенту ничто и никто не угрожает. Но звонок Аркадия Владимировича встревожил меня; неужели его проблемы не решены, неужели я недоделала свою работу? Не может быть. — Что случилось, Аркадий Владимирович? — Я настойчиво повторила свой вопрос.

— Да, я улечу. Я завтра улетаю, — медлил он. — Но дело не в этом, дело в том, что… Кристина Скворечникова погибла, — ответил он.

Кристина Скворечникова.

Конечно же, я помню эту обаятельную и немного напуганную девушку. Нас свел Финковский, я как раз получила от него гонорар за выполненную работу, и он, наверное, в качестве бонуса познакомил меня с Кристиной и попросил помочь в ее деле.

В трубке телефона я слышала тяжелое дыхание Аркадия Владимировича, он ждал моей реакции, но, прежде чем я задала вопрос: «Как это случилось», в голове моей пронеслась та короткая встреча с сестрами Скворечниковыми, после которой я сказала свое твердое и безапелляционное «нет».

— Евгения Максимовна, ну я прошу вас, поговорите с этой девушкой, — уговаривал меня Финковский. — Она моя пациентка, очень хорошая, положительная. У нее какие-то проблемы, и ваша помощь ей просто необходима.

«Не видать мне запланированных выходных как своих ушей», — подумала я в тот момент, но все же согласилась поговорить с девушкой.

Кристина лежала в хирургическом отделении, которым и заведовал Аркадий Владимирович. У нее был перелом ноги.

— Понимаете, — начала робко Кристина, — Аркадий Владимирович вам, наверное, говорил, я оказалась тут после аварии, меня сбила машина.

Я кивнула.

— Машина скрылась с места преступления, — продолжила Кристина. — Номер ее никто не запомнил, да это и не важно, — отмахнулась она. — Я не злопамятна. В тот момент меня не очень волновало, накажут ли злодея. В конце концов я не сильно пострадала, я вообще некоторое время была рада, что пострадала именно я. — Девушка улыбнулась, поджав губы.

«Какой странный гуманизм по отношению к окружающим, — подумала я в тот момент. — Лучше я, чем другие. Впервые сталкиваюсь с такой формой всепоглощающей любви к людям».

Правда, дальнейшее повествование Кристины расставило все точки над «i»:

— Со мной была Варвара, моя младшая сестра, но у нее реакция оказалась лучше, чем у меня, она успела отскочить в сторону и не пострадала.

Все понятно, нормальная реакция старшей сестры.

— А теперь вы передумали и решили найти злодея? — задала я вопрос, когда пауза затянулась.

— Нет, то есть да, — вздохнула Кристина. — В общем, я хочу найти тех, кто покушался на Варю.

— Не поняла. — Покушение — это уже интересно, это в корне меняет дело.

— Понимаете, вчера вечером Варя снова чуть не попала под машину, ее в последний момент отдернул какой-то прохожий. Представляете!

— Представляю. Но пока смутно понимаю, чего вы хотите от меня?

— Я узнала… Аркадий Владимирович мне сказал… — Кристина нервничала. — В общем, когда я узнала о случившемся, то очень расстроилась, а Аркадий Владимирович сказал мне, что у него есть хорошая знакомая, телохранитель, которая сможет мне помочь.

Как быстро Финковский записал меня в хорошие знакомые. Поработала с человеком всего неделю и «заслужила» такое почетное звание. В душе я усмехнулась.