Чтение онлайн

— Постарайтесь понять, что уровень радиоактивности нашей продукции не превышает безопасного только вследствие неукоснительного соблюдения технологии и строжайшего контроля за производственным процессом. Но если вы начнете самостоятельно, без моего присутствия, вскрывать контейнеры, не говоря уже о том, чтобы шарить по печам обжига и рабочим камерам, колония Сан-Лейк-Сити снимает с себя всякую ответственность за любой ущерб для здоровья ваших людей в результате неосторожного обращения с «горячим» материалом.

— Мне понятны ваши доводы, доктор, — сухо сказал Белл. — Разумеется, любые манипуляции с радиоактивными

материалами, совершаемые в моем присутствии, автоматически подпадают под мою персональную ответственность. Вы можете спокойно умыть руки, мистер Хеллман. Ваша помощь нам не потребуется, да и аппаратура у нас своя имеется. Приступайте, лейтенант!

Нили с неохотой сделал шаг вперед. Подавляя рвущийся из глубины души гнев, Тони преградил ему дорогу и быстро заговорил в последней, отчаянной попытке спасти положение:

— Комиссар Белл, по моему мнению, вы явно превышаете свои полномочия. Вы и ваши люди собираетесь вскрывать запломбированные контейнеры и вмешиваться в производственный процесс. Вы не принимаете во внимание того обстоятельства, что наша техника очень сложна, требует длительной настройки, и любое действие неспециалиста может привести к непоправимым последствиям. Вам должно быть известно, что весь предыдущий месяц мы были заняты упаковкой готовой продукции для отправки очередным рейсом, и вы знаете, какие строгие требования предъявляет закон к надежности упаковки радиоактивных материалов. Если вы сейчас вскроете все контейнеры, мы просто не успеем упаковать их снова в соответствии с санитарными правилами. Корабль уйдет без нашего груза, а это, в свою очередь, будет означать финансовый крах всей колонии. Положа руку на сердце, скажите, готовы вы взять на себя такую ответственность, комиссар?

Краем глаза Хеллман заметил, как О'Доннелл недоверчиво качает головой. Уж он-то лучше всех знал, что на Марсе существует только один закон — слово Белла. Что же касается самого комиссара, тот даже не удосужился ответить на страстный монолог доктора.

— Дайте нам хотя бы шанс самим разобраться в этом деле, — взмолился Тони, уже почти не надеясь на успех. — Если среди нас есть, по вашему выражению, «гнилое яблоко», мы сами его отыщем и передадим в ваши руки. Нельзя же ставить на грань разорения сотни людей всего лишь по нелепому подозрению!

— Отнюдь не по подозрению, тем более нелепому, — важно возразил комиссар. — Следственные действия, осуществленные с применением поисково-трассерного устройства М-27, называемого в просторечии электронной «ищейкой», квалифицированным и специально обученным офицером полиции, принимаются в качестве непреложного доказательства во всех судах мира.

— У меня есть предложение, — неожиданно вмешался Бреннер. — Согласно параграфу пятнадцатому Договора по межпланетным отношениям…

— Нет! — резко выкрикнул О'Доннелл. — Нам это не подходит!

— Но если вы чисты, как вы утверждаете, чего вам бояться? — не отставал магнат.

— Параграф пятнадцатый вообще неприменим в подобных случаях, — сухо ответил О'Доннелл, — Может, во времена пионеров он и был хорош, но уж никак не в наши дни. Вы бы еще закон об оскорблении Величества вспомнили!

— Достаточно, — грубо оборвал его комиссар. — Я вижу, вы тут хотите и рыбку съесть, и… Короче говоря, раз уж сам мистер Бреннер предлагает компромиссный

вариант, я не вижу причин не пойти ему навстречу. Итак, вот мое решение. Позже я пришлю вам письменную копию. Согласно параграфу пятнадцатому Договора по межпланетным отношениям, колонии Сан-Лейк-Сити предписывается до отбытия очередного рейса на Землю разыскать и представить на суд Администрации похитившего партию маркаина преступника, а также передать в компетентные органы вышеозначенный маркаин либо информацию о дальнейшей судьбе украденного товара. В случае невыполнения вышеуказанных требований Администрация оставляет за собой право окружить кордоном из воинских частей колонию Сан-Лейк-Сити и прилегающие к ней территории сроком на шесть месяцев с целью проведения тщательного и планомерного обыска для отыскания пропажи. Лейтенант, вы можете увести своих людей.

Нили отдал команду, полувзвод четко, как на учениях, сделал разворот через левое плечо и строевым шагом удалился в открытую дверь. Вслед за солдатами покинули Лабораторию комиссар Белл и довольный наркобарон.

— Этот идиотский параграф был придуман в незапамятные времена, когда корабль с Земли приходил раз в год, а то и реже, — с мрачным видом пояснил О'Доннелл. — С тех пор никому так и не пришло в голову пересмотреть или отменить его совсем. Между прочим, воинский кордон вокруг поселка означает, что ни одной живой душе не будет позволено ни посещать колонию, ни покидать ее под страхом применения оружия.

— Но сейчас мы принимаем по четыре корабля в год! — жалобно простонал Флекснер. — И до отбытия следующего осталось всего три недели. Прилетит он дней через десять, два дня на разгрузку, еще пять на погрузку — и до свидания, мама! А уж следующие два рейса нам придется пропустить!

— Пропустить два рейса… — медленно повторил ошеломленный Тони.

— Вот именно! Полгода безвылазно на одном месте. Ни заказы получить, ни собственную продукцию отправить!

— Они просто хотят нас задушить.

— Как хотите, но я не верю, что по закону Белл имеет право так поступить с нами, — выпалил возмущенный Флекснер.

— Имеет, — сокрушенно признался О'Доннелл. — И даже если эта история наделает шуму и приведет к отмене этого чертова параграфа, нам будет уже все равно. Колония просто не выживет.

— А если и выживет, вряд ли кто захочет иметь с нами дело. Стоит нам раз сорвать сроки поставок, покупатели на Земле будут шарахаться от нас, как от чумных. Кому, скажите на милость, понравится, если заказанный товар придет на полгода позже обещанного?

— Они просто хотят нас задушить! — упрямо повторил О'Доннелл.

— Постойте! А сколько у нас в резерве таблеток оксиэна?

— Не пойму, какого дьявола Белл так на нас окрысился? И чего хочет от колонии Бреннер?

— Белл — подонок и взяточник! Это всем известно.

— Потому его на Марс и сослали.

— Так чего же все-таки хотят от нас эти аферисты?

Тони Хеллман был врачом до мозга костей. Он первым опомнился, что-то пробормотал насчет новорожденного и поспешно покинул Лабораторию, оставив друзей спорить и доискиваться до причин постигшего колонию несчастья. Он вышел на свежий воздух и быстро зашагал по направлению к поселку, больше не ощущая утренней бодрости и чувствуя лишь накопившуюся во всех членах усталость.