Чтение онлайн

– Нет, не надо. Давай встретимся через пятнадцать минут на нашей площадке.

– Договорились, - отчего-то мне показалось, что в этот момент он улыбнулся.

Я спешно натянула на себя пару теплых свитеров, благо зима в нашем городке была похожа сама на себя, со снегом и морозами, а не на переходящее состояние неведомого времени года, из осени в весну, как мне это всегда казалось в Питере.

Не смотря на то, что я пришла на наше старое место на пару минут раньше, Гошка уже был там и нахохлившись как воробей на морозе

стоял спиной ко мне, прислонившись в лестнице плечом. Я поддавшись ребяческому порыву, подкралась к нему и закрыла глаза ладошками.

– Даже не надейся, - отозвался он, не шелохнувшись.
– Тебя за пару километров учуять можно, что уж говорить о паре десятков метров.

Я надулась.

– Выходит, раньше ты мне все время подыгрывал?
– и обошла вокруг него, заглядывая в лицо.

– Нет, раньше я настолько тебя не чувствовал, - тут же отозвался он и, как мне показалось, смутился.

Повисла неловкая пауза.

"Черт, ну почему так все... неуклюже. "

– Гош, - заглянула я ему в глаза, - а мы можем выкинуть, хотя бы сейчас последние пару-тройку месяцев, за которые мир свихнулся, и стать как прежде?

– Как прежде?!
– протянул он.

– Ох, ну хорошо, положим, с "как прежде" я видимо перегнула, но просто поговорить-то мы можем, без ваших хранительских штучек?!

– Ты хочешь о чем-то поговорить?

Я замялась. Вот так - с места в карьер, я начинать не хотела, потому просто спросила:

– А выход на нашу крышу еще не закрыли, не знаешь?

– Потянуло на старые подвиги, кошка?
– слегка улыбнулся он.

– Да, я все еще боюсь высоты. Ты вон, тараканов с крысами недолюбливаешь и ничего, - показала я ему язык.
– Моя фобия интеллигентнее.

Гошка закатил глаза.

– Вот я тебе бы ночью подкинул крысу с ее лысым хвостом, а потом бы посмотрел, как бы ты к ним относилась!

– Гош, ты все еще тот случай забыть не можешь?! Она ж домашняя была!

– Все равно мерзость, - передернул он плечами, и я не выдержав, расхохоталась. Настолько забавно было наблюдать на лице взрослого парня, который был выше меня почти на полголовы, это брезгливо-испуганное выражение.

– А ты змей боишься, - широко улыбнулся он, и, предложив руку, повел, судя по всему, по направлению к "нашей" крыше. Я в ответ лишь состроила мордочку.

Это убежище ото всех мы нашли еще в первый год нашего знакомства, когда играли с соседним двором в "Казаки разбойники". Это была многоэтажка, неподалеку от нас с плоской крышей и очень красивым видом на близлежащие окрестности. Я зачастую пряталась здесь от своих проблем и невзгод. Когда над тобою бескрайнее небо, а впереди зацепившись за край земли висит огненный шар солнца, многие проблемы кажутся ничтожными и легко разрешимыми, падая ниц пред могуществом и красотою нашего видимого мира. Гошка, когда я пропадала, всегда находил меня здесь и что самое главное, никто так

и не узнал, где я скрывалась порой часами. Хотя, учитывая последние новости из нашего семейного сообщества, бабуля и папа, наверное, все же были в курсе.

Гошка помог мне переступить высокий порог двери, выходящей на крышу, и у меня на мгновение остановилось дыхание. Ветра не было, вокруг царило снежное безмолвие, настолько яркое и чистое под лучами зимнего солнца, что у меня защипало глаза от слез. Вдохновенно красиво.

– Томка, ты чего?
– глянул на меня лучший друг и, стянув с руки перчатку, нежно провел пальцами по моей щеке, стирая слезинки. Я непроизвольно прикрыла глаза под его лаской и немного склонила голову в сторону его ладони.

– Это все... солнце. У меня от него глаза слезятся, - смутилась я, внезапно осознав, как это выглядит со стороны. Открыв глаза, я посмотрела на нашу улицу, едва видимую за высоким парапетом.

– Ты хотела о чем-то поговорить, - после непродолжительного молчания произнес он.

– Сейчас, - хрипло произнесла я.
– С мыслями соберусь.

– Том, что случилось?
– попытался заглянуть он мне в лицо.
– Ты побледнела. У тебя снова жар?

Он прикоснулся своей теплой рукой к моему лбу, а после, склонившись, прижался к нему губами. И я снова расслабилась.

"Как домой вернуться...", - промелькнула мысль, прежде чем я успела ее остановить.

– Температуры нет, - задумчиво протянул он.
– Может у тебя что-то болит? Может бабушке твоей позвонить. Ты уверена, что тебе можно выходить на столь продолжительное время на улицу?

– Гош, - решилась я, видя, что он начал нервничать, - со мной все в порядке. Правда. Я просто хотела...

"Черт, с чего бы начать?! Как все сложно..."

– Начни с начала, - слегка нахмурился он.

– С начала?! Ладно, хорошо, - потирая руки от мороза, я забегала по крыше, стараясь не глядеть ему в лицо.
– Я вчера говорила с бабкой и папой. Они мне кое-что рассказали и я хотела... нет, это не то. Ну, ты знаешь, что у меня произошло, и я бы хотела изменить кое-что в своей жизни, но для этого... Чееееерт..., - и внезапно замерев напротив него, я, глядя ему в глаза, выпалила, - Гош, а за что ты меня любишь?

Он коротко вздохнул и отвел взгляд.

– Любят не за что-то, а просто потому что... любят, - глухо закончил он.

– А как ты это... понял?
– медленно произнесла я.
– Когда?

– В школе, в выпускном классе, на новый год, - слова давались ему с явным трудом. Я же нахмурила лоб, пытаясь припомнить период времени о котором он говорил.
– Мы тогда его справляли у Кольки Проскурина.

Он отвернулся, подошел к парапету и, опершись на него боком, скрестил руки на груди и стал смотреть на улицу. Подойдя к нему, я встала рядом, но спиной к ограждению крыши и , заложив руки за спину.